Издательский дом Медина Официальный сайт
Поиск rss Написать нам

Новости партнеров:

ИСТОРИЯ ТАТАР НИЖЕГОРОДСКОГО ПОВОЛЖЬЯ С ПОСЛЕДНЕЙ ТРЕТИ XVI ДО НАЧАЛА XX вв. - Арзамасские, алатырские и курмышские военные татары на боевой службе Отечеству в XVII столетии
26.12.2011

§ 3. Арзамасские, алатырские и курмышские военные татары на боевой службе Отечеству в XVII столетии

Окончание Смуты в России совпало с началом значительного и продолжительного по времени общеевропейского события — Тридцатилетней войной 1618–1648 гг. Москва оказалась на стороне антигабсбургской коалиции, и это осложнило ее отношения с католическим миром, прежде всего с Польшей, союзницей Испании и Австрии. Готовясь к назревающим военным столкновениям, правительство Михаила Федоровича помимо прочих усилий обращается к служилым "...алатырцам, курмышанам и мещерских городов; темниковским, касимовским, кадомским и цненским князьям и мурзам и татарам, которые ныне живут по домам, идти им на государеву службу в полки"1. В 1632 году был сформирован первый рейтарский конный полк, частично укомплектованный из служилых татар.

С 1632 по 1634 год развернулись боевые действия с поляками под Смоленском и Дорогобужем. На помощь неудачно осаждавшему Смоленск князю боярину Б. М. Шеину в 1633 году царь готовит вспомогательный "поход всех татар, атаманов, казаков, новокрещен«2 под общим командованием князей Д. М. Черкасского и Д. М. Пожарского. Среди прочих (казанских, свияжских, касимовских, темниковских, кадомских) татар туда были направлены 359 алатырских, 220 арзамасских и 155 курмышских служилых татар и тарханов3. Татары Нижегородчины составили почти треть всех служилых татар и мурз, брошенных тогда на войну с поляками4.

Имеющиеся историографические работы не содержат никаких сведений о конкретных именах служилых татар — участников тех событий. Достаточно скупые и разрозненные архивные данные все же позволяют утверждать, что один из отрядов тех «курмышских служилых татар и тарханов» возглавлял мурза Чурай Томбактин из Татарского Моклокова. Источник свидетельствует, что прямо из-под Смоленска он прибыл в 1634 году в Курмыш на судебное разбирательство по поводу спорных земель под Маклаковом5.

Война на западе не могла заслонить существующую угрозу нападений степняков Крыма и Приазовья. "Московское правительство ожидало нападения татар в 1633 году, но не могло во время решающих операций под Смоленском произвести переброски хотя бы части вооруженных сил на южные границы государства"6. Это заставляет считать, что какая-то часть служилых алатырцев-татар во время той русско-польской войны продолжала оставаться на местах.

В 1636 году "в марте донские казаки наблюдали и получали сведения о приготовлениях татар к походу под Шацк, Темников и Алатырь по Ногайской дороге«7. А в мае 1636 года ногайцы двигались вдоль Суры и Мокши; в августе их сотни появились в Шацком и Темниковском уездах, захватывая пленных8. Таким образом, летом 1636 года арзамасские и алатырские места были вновь под угрозой вторжения степняков. Уместно предположение о приведении в боевую готовность имевшихся там военных людей, в том числе и служилых татар.

В связи с заметным расширением границ Российского государства при царе Алексее Михайловиче пределы Арзамасского и Алатырского уездов перестали быть «украинными» и опасными. С возникновением ряда новых военно-стратегических приоритетов возводится новая укрепленная линия во вновь построенном Симбирске. И уже с 1647 года служилых татар Алатырского уезда десятками переселяют в крепость Карсун близ Симбирска. Согласно «Выписи из отдельных книг сотника алаторских выезжих казаков» тогда, в 1647 году, тридцать конных татар уезда были направлены на юго-восток9. Тогда же в Карсун направляется и часть курмышских служилых и неслужилых татар. Им было выдано "денежное жалование для новой селитьбы по шесть рублей человеку, дворовые места и огородные, и пашни, и сенные покосы, и всякие угодья велено устроить в тех городах и острогах от засечных крепостей в ближайших местах, а на пашню земли велено им дать по пятнадцать и по двадцать четей в поле"10. Курмышских служилых и неслужилых татар было переведено в Карсун в 1647–1648 гг. 436 человек11. Для многих из них это означало потерю налаженных за десятилетия хозяйств и привычного уклада жизни. Не случайно именно тогда, в 1647–1648 гг., были зафиксированы практически первые случаи неповиновения рядовых служилых татар12. В 1655 году из Алатырского уезда в Карсун для охраны укрепрайона вновь переводятся служилые алатырские татары13. Арзамасские и алатырские татары участвуют в затяжной русско-польской войне 1654–1667 гг., воюя на Украине, и в частности штурмуют Смоленск в 1654 году14. Судя по документам, та кампания весьма тяжело далась российскому воинству, в частности, алатырским татарам, набранным в 12 деревнях (Карге, Шубиной, Семеновской, Ендовищах и др.)15. В другой челобитной, от 1660 года, арзамасские и алатырские служилые татары также перечисляли некоторые эпизоды своего участия в той войне: "...под Хмельниками был бой с ляхами и с вором и с изменником с Ивашкой Выговским... Ходили из Умана в поход очищать черкасские города, Могилев с товарищи и дошли до Кублич«16. Они продолжали служить государству, оставаясь по преимуществу мелкопоместными служилыми воинами.

В 1661–1663 гг. в Алатырском уезде имелось 322, в Курмышском — 48 служилых татар и мурз17. Частично из них набирались воины для вновь образовываемых частей российской армии. Дело в том, что после затяжных кампаний с Польшей русским военачальникам становилась понятной неизбежность переформирования частей армии, ибо поместная система призыва на службу начинала себя изживать: требовались солдаты постоянной (казарменной) службы на манер «иноземных» войск. Из татарских конников стали образовывать рейтарские (кавалерийские) полки. По-видимому, какая-то часть служилых татар Нижегородского края влилась в эти новые формирования. В частности, на это указывает упоминание в документах XVII века деревни с названием «Рейтарская» (ныне Ключищи, или Суук-Су)18. Однако рассмотрение архивных документов и иных материалов 60–70-х гг. XVII века выявляет тот факт, что большинство служилых татар рассматриваемых уездов призывалось на войну по схеме XVI века, то есть как поместная конница.

События крестьянской войны под руководством Степана Разина (1670–1671 годы), не обошедшие стороной Нижегородчину, подтвердили верность Московскому Кремлю большинства служилых татар.

В начале сентября 1670 года Разин подступил к Симбирску и осадил его. Почти месяц он вел осаду Симбирска и отсюда рассылал во все концы своих посланцев с призывами к восстанию. В обмен на согласие воевать на их стороне эти, так называемые «лазутчики», обещали человеку зипун и пять рублей, а в случае отказа грозили смертью19. Высылаемые вперед агитаторы, появлявшиеся на территории Алатырского уезда, предваряли движение отряда атамана Максима Осипова, который двигался в северо-западном направлении от Симбирска по заданию Разина. Именно этот отряд занял сдавшийся Алатырь, затем Курмыш, Ядрин и Васильсурск.

Не следует упрощенно считать, что все население рассматриваемых уездов, а тем более их служилые элементы, в одночасье перешли на сторону разинцев. Так, около 500 оставшихся верными правительству военных ушли из-под стен павшего Алатыря вместе с воеводой Ф. И. Леонтьевым за ардатовский лес в сторону Арзамаса20.

Упорное сопротивление оказал в сентябре 1670 года Саранск, среди защитников которого были служилые татары, набранные в 1669 году в Курмыше, и недавно переведенные сюда татары-арзамасцы. Срочно переброшенные летом 1670 года из-под Арзамаса в Саранск для распределения по полкам татары и мурзы были там оставлены воеводой. Он "у себя оставил лучших людей, арзамасских мурз и татар и иных городов, кому было мочно служить«21. Другая часть тех, собранных служилых татар была направлена в ряды полка князя Ю. Борятинского, шедшего на Симбирск22.

В бассейне реки Суры началось массовое присоединение к Разину русских, чувашей, мордвы. Однако среди татарского населения Нижегородчины разинцы не встретили поддержки: источники не упоминают о переходе на сторону бунтовщиков населения татарских деревень.

Во-первых, мужское население деревень Алатырского, Арзамасского, Курмышского уездов входило в состав правительственных войск. Измена оставшихся дома, их принятие Разина влекло суровое наказание их находящихся в армии близких. Алатырские и арзамасские мурзы и татары принимали участие в военных столкновениях, развернувшихся на территории Арзамасского уезда, где «крестьяне забунтовали» после взятия разинцами соседнего Алатыря (16 сентября 1670 года) и активизации восставших23. Вполне вероятно, они входили в состав военного отряда, находившегося под началом воеводы Ф. И. Леонтьева, посланного полковым воеводой Ю. А. Долгоруким на усмирение восставших. Из служилых татар был укомплектован полк князя Ю. Н. Борятинского, сражавшийся с Разиным под Симбирском и одержавший над ним верх. В целом личный состав той части остался верен присяге; лишь четверо уроженцев Камкина перешли на сторону противника24.

Во-вторых, жители татарских деревень имели возможность контактировать с разинцами, двинувшимися после захвата Курмыша, Ядрина, Васильсурска к Нижегородскому уезду. Восставшие шли на Лысково и Мурашкино через курмышские и алатырские деревни, в том числе татарские. Но большинство населения татарских деревень не проявили себя в поддержке разинцев, лишь некоторые из них (отдельные жители Камкина и Моклокова) оказали содействие восставшим25.

Многочисленные свидетельства источников о переходе на сторону Степана Разина жителей Алатырского уезда не содержат упоминаний об алатырских татарах. Речь идет о русских, мордве, чувашах и марийцах. Например, в документах мы читаем, что участие в движении приняли: «Алаторского уезду мордва и крестьяня», «Алатарского уезду уездные люди, помещиковы и вотчинниковы крестьяне и мордва», "черемиса (то есть мари. — С. С.) и чюваша и мордва26.

Отметим также, что в первой половине ноября 1670 года отряд восставших находился "в Алаторском уезде за рекою, за Пьяною, в селе Сергачах и Пожарках и в-ыных местех«27 — то есть в нескольких верстах от татарских деревень. До 23 ноября разинцы пребывали в мордовской деревне Юморга. 24 ноября того же 1670 года этот отряд начал движение в село Салган28.

Однако этого желанного для разинцев перехода на их сторону не произошло. Напротив, не позднее 22 ноября 1670 года к царскому воеводе Василию Панину близ села Гагино прибыла делегация от алатырских и арзамасских татар из 15 мурз во главе с Мамкаем Алкаевым сыном Мангушевым. Они явились в Гагино, чтобы засвидетельствовать свою преданность: «...они де служить тебе, великому государю, по прежнему все ради». Кроме того, они заявили, что к стоящим в Юморге разинцам никто из татар не присоединялся: "А они, де, татаровя нихто к ним, вором (то есть восставшим крестьянам. — С. С.) не пошли"29. Более того, алатырские татары, будучи тогда же зачисленными в полк воеводы Василия Панина, сражались с разинцами 24 ноября у села Салган30.

В-третьих, следует отметить события, связанные с появлением в деревне Рыбушкиной соратника Разина Асана (Хасана) Айбулатова31. Ранее служивший в полку князя Ю. Н. Борятинского кадомский служилый татарин А. Айбулатов перешел на сторону восставших и примкнул к Разину под Симбирском. Осенью 1670 года он направляется в Москву, имея при себе письмо мятежного атамана к столичным татарам32 (аналогичное было направлено к татарам Казани). На пути следования через Алатырский уезд он останавливается на ночлег в деревне Рыбушкиной у своего знакомого Булана Алибякова: "...Асанка был в Олаторском уезде, в деревне Рыбушкине у татарина у Буланки Алибякова, и из деревни поехал с племянником ево к Москве...«33. По-видимому, приезд в деревню разинского агитатора, везшего воззвание к татарам-мусульманам, не вызвал никакой реакции ее жителей. Об этом вполне предметно позволяют судить материалы следственного дела, весьма тщательно проведенного полуголовой34 московских стрельцов Алексеем Лужиным. Среди многочисленных репрессированных по делу А. Айбулатова и ряда связанных с ним лиц в документах не фигурируют ни Б. Алибяков, ни иные рыбушкинцы. И если А. Айбулатов и вел среди них пропаганду или агитацию в пользу С. Разина, то население Рыбушкиной осталось равнодушным к интересам мятежников.

Верность жителей татарских деревень режиму в тех мятежных условиях говорила о разных обстоятельствах.

Прежде всего это свидетельствовало об отсутствии бунтарских настроений в их среде. Отсюда следовало, что не было оснований для всеобщего недовольства населения деревни. По-видимому, зарождавшийся в середине XVII века земельный вопрос еще не достиг своей остроты и не превратился в проблему номер один. Говоря упрощенно, заметим, что им пока вполне хватало тех хозяйственно-жизненных пространств, что они имели.

Отголоски разинского мятежа еще долго давали о себе знать в пределах Нижегородчины. И не только потому, что где-то скрывались уцелевшие группы мятежников, а и в связи с обострением внутридеревенских интересов.

В 1679 году алатырский служилый татарин из Камкина Курманалей мурза Алкаев сын князь Мангушев «по сыску» получил земли в 60 четей, ранее принадлежавшие его землякам Девлеткильдею Сюндюкову и Акмамету Сатышеву35. Мангушев завладел землями в результате расследования участия вышеозначенных камкинцев в разинском бунте. Через 10 лет он получает еще 30 четей земель камкинца Оськи (Юсипа) Борисова, также обвиненного в участии в разинских событиях36.

В 1682 году бывшему в боевом походе камкинцу Ч. Сюндюкову уступил свои земли (30 четей) его односельчанин Игимай Яншеев (Янышев). В том же 1682 году к этому процессу передела собственности подключился еще один претендент на спорные земли — новокрещен (с 1681 года) А. Ф. Мустофин, рассчитывавший на льготы по случаю принятия им православия.

Он подает челобитную с просьбой о наделении его землями односельчан — служилых татар Аюкая Азманова, Бибая Вилкаева, Бигилды Айгилдина, Акберды Дешбулатова, Игимая Вешнякова и Осипа (Юсипа) Борисова, изменивших царю в ходе восстания 1670–1671 гг.37. На то, что данный факт прежде был неизвестен, указывает требование извещенной Мустофиным администрации нижестоящим чиновникам разобраться в отношении им упомянутых лиц и где они находятся в настоящее время38. В итоге А. Мустофин получил от властей, установивших измену вышеозначенных камкинцев, 150 четей их земли39.

Как выяснилось позже, русские чиновники, оформляя документы, перепутали имена виновного Игимая Вешнякова и невиновного Игимая Янышева и земли последнего, ошибочно причисленного к бунтовщикам, изъяли по поступной у бывшего в боевом походе Ч. Сюндюкова и передали новокрещену А. Мустофину согласно его челобитной40.

Однако в 1683 году упомянутый Оська Борисов и сын бунтовщика Аюкая Азманова Теребердей Аюкаев, вернувшийся в отпуск с войны, бьют челом о возврате им наследственных земель41. Тогда им было отказано на основании указа 1682 года о том, что если спорные земли переданы новокрещенам, то участки остаются за последними42. Но через 10 лет (1693) на основании вновь (до 1689 года) поданной челобитной неуспокоившихся О. Борисова и Т. Аюкаева идет новое разбирательство спора между ними и Мустофиным. И земли были оставлены за последним43. В том же 1693 году к тяжбе подключается еще один персонаж — сын погибшего в крымском походе Теребердея Аюкаева — Алюй Теребердеев, вновь ходатайствующий о возвращении ему земель отца и деда. В челобитной он пишет вместе с братом другого участника турецкой войны (Чурая Сюндюкова) Курмашем мурзой Алюевым сыном Сюндюковым о своих притязаниях, причем они называют себя "чебоксаринами Арзамасского уезду помещиками«44. Они объясняют подробности бюрократической ошибки с поместьем бунтовщика Вешнякова, мотивируют права на землю погибших Чурая и Теребердея, перечисляют их заслуги перед государством45 и акцентируют внимание на том, что А. Ф. Мустофин в отличие от Сюндюкова и Аюкаева на войне не был46.

В результате за долгие годы в инстанциях скопилась достаточная масса челобитных и контржалоб разных сторон, ныне наполнивших три архивных дела47. Конфликт был исчерпан решением администрации о передаче земли погибших на войне Ч. Сюндюкова и Т. Аюкаева их ближайшим родственникам48.

Столь долгое и достаточно детализированное изложение, казалось бы, локального земельного конфликта в Камкине, занявшего почти всю последнюю четверть XVII века, понадобилось автору для ряда частных и более широких обобщений.

Во-первых, понятно, что подавший заявление спустя 12 лет после разинских событий А. Мустофин только тогда оказался осведомленным об измене 6 односельчан. Отсюда вполне уместно предположение, что они все эти годы скрывались от властей и лишь в начале 80-х гг. дали о себе знать, чем и воспользовался в своих корыстных интересах Мустофин. Таким образом, сводились прежние счеты между враждующими группировками той татарской деревни.

Во-вторых, анализ рассмотренной ситуации указывает на желание властей не только наказать всех без исключения последователей Разина, но и устранить возможность нового социального взрыва в татарской среде Поволжья. В условиях зарождающегося земельного вопроса в татарских деревнях конца XVII века их население использует разные формы и методы борьбы за становящиеся дефицитом наделы: доносы, аферы, авантюры, судебные тяжбы, уходы с родных мест, принятие христианства. При разборе этих конфликтов государство, сообразуясь со своими интересами встает на защиту своих активных сотрудников — служилых людей, видя приоритетом их активное участие в государственном деле — войне, а не иное, например смену религиозных убеждений. Таким образом, в глазах властей права мусульманина, к тому же потомка подозреваемого в бунте, но участника войны с внешним противником, преобладали над интересами доносчика, тыловика-новокрещена. Об этом свидетельствовала цепь последующих событий.

После подавления крестьянской войны служилые татары продолжили боевую службу. Десятки конников из татарских деревень направляются в 1673 году на службу в Космодемьянск49, а в 1677-м — на Дон для сражений с турками50. В ходе работы над монографией автору удалось поднять архивные материалы, отражающие участие конкретных служилых татар Нижегородчины в возобновленных войнах России за Украину 70–80-е годы XVII века.

Так, уже упомянутый уроженец Камкина мурза Чурай Алекаев сын Сюндюков, «многие годы бывший на государевых службах», призывается на войну, по-видимому, не позже 1677 года. Говорить об этом позволяет перечисление в обнаруженном нами документе его «послужного списка». Ч. А. Сюндюков воевал "на Дону три года, в Чигирине, в Киеве, в Казани... и умер в крымских походах"51. Как известно, первая битва со стотысячной турецкой армией Мехмеда IV под Чигирином имела место в 1677 году, а второй крымский поход52 князя В. В. Голицына бесславно закончился в 1689 году, унеся в безводных степях десятки тысяч жизней российских воинов. Так в ковыльных равнинах Крыма оборвался путь служилого татарина с берегов Пьяны. В этом же походе героически погиб его земляк, сын мятежного участника разинских событий служилый татарин Теребердей Аюкаев53.

Участником сражений под Чигирином и крымских походов был арзамасский служилый татарин-новокрещен Андрей Мустофин. Архивные документы дают веские основания считать, что в ходе упомянутых кампаний он совершил ряд подвигов, за что был особо отмечен очень крупными земельными наделами, а к концу XVII века имел высокое звание князя и стольника54. К тому времени его поместный оклад приближался к 900 четям55.

Как и в прошлом, имели место случаи уклонения от воинской службы. Так, арзамасский служилый татарин из Камкина Алман Алышев сын Енбулатов, "не хотя службу государеву служить, сошел в понизовые городы безвесно"56. В 1683 году была отобрана земля у другого жителя Камкина — служилого татарина Бабахтеева, который "сошел в понизовые города а на службу на Дон не пошел"57. Причины подобного поведения были разносторонни и связаны не только с личностными качествами персонажей, но и с новыми обстоятельствами — нехваткой хозяйственных угодий и поиском иных, незанятых земель.

В условиях непрекращающейся войны с Турцией в 1678–1679 гг. продолжают комплектоваться новые конные татарские полки. Тогда в рейтарский полк среди прочих зачисляются служилые татары из Арзамасского, Алатырского, Курмышского уездов58. Согласно источникам, помимо прочего, они несли службу в Верхове и Путивле59.

По распоряжению Рейтарского Приказа от 24 августа 1679 года курмышская администрация во главе с Богданом Плохово должна была сформировать отряд из служилых татар и мурз и в качестве рейтар направить их на Дон60. Из деревень Курмышского уезда тогда было набрано 39 человек, чтобы сменить тех, "которые ныне на Дону находятся, и послать вместо их на ту, великого царя, службу в полку стольника и воеводы Ивана Долгорукого с товарищи, низовых же городов курмышских татар...«61.

Арзамасские служилые татары, отличившиеся еще в войне с Польшей за Украину и Белоруссию (1654–1667), были позже вновь высоко пожалованы. Скудные архивные данные позволили установить одно из тех награждений. За заслуги в прошлой войне с поляками стольник князь из Арзамасского уезда новокрещен Семен Мамаделеев сын Аганин получил, как сказано в источнике, «за „вечный мир с польским королем“ (событие 1686 года) к его поместному окладу к 960 четям» землю в вотчину в Арзамасском уезде: в селе Букалеях, в пустоши Тамаевой, в деревне Камкино, в деревне Кочко-Пожарки, а также в Курмышском уезде в деревне Озерки. Однако общее количество реально полученной им земли («новые дачи») составило площадь лишь в 117 четей62.

Внешние войны не могли заслонить опасностей, таящихся среди кочевых народов на юго-восточных окраинах страны63. Волнения среди калмыков и башкир в 1680 году в степях между Волгой и Уралом, а также известие о том, что изменивший Москве калмыцкий тайша Аюка бросил 2000 своих людей на украинные города и намеревался штурмовать Самару64, не оставляли в покое служилых людей понизовых уездов. Ситуацию осложнял открытый мятеж башкир Кунгурского и Уфимского уездов в 1682–1683 гг. (бывший продолжением начатого еще в 1675 году Сеитовского восстания башкир), к которому примкнули мари, мордва и казанские татары65.

В тревожных обстоятельствах 1683 года вновь оставшиеся верными правительству татары с Нижегородчины были привлечены к строительству оборонительных сооружений Сызрани. В 1688 году группы алатырских служилых татар направляются на долгосрочную службу под Уфу для удержания контроля над продолжавшей быть весьма беспокойной Башкирией66.

Последние обстоятельства показывали достаточную долю уверенности российского правительства в надежности, дисциплинированности и преданности служилых татар-мишарей из теперь ставших центральными районов страны. На их лояльность и аполитичность рассчитывали различные слои российской правящей элиты, вступившей в борьбу за преобладание в конце XVII столетия.

Таким образом, на протяжении всего XVII века служилые татары Арзамасского, Алатырского и Курмышского уездов продолжали активно претворять в жизнь государственные интересы России. Анализ архивных и иных данных показал помимо прочего, что татары — арзамасцы, алатырцы, курмышцы — участвовали почти во всех боевых действиях, ведомых московскими государями: в отражении польской интервенции 1609–1618 гг., шведского вторжения, в русско-польских войнах 1632–1634 и 1654–1667 гг., войне с Турцией 1676–1681 гг., в крымских походах 1687 и 1689 гг. Кроме того, они постоянно несли охранную службу в укрепленных районах в Симбирске, Карсуне, Уфе и других местах, обороняя юго-восточные рубежи страны от нападений калмыков и мятежных башкир.

С течением времени Арзамасский уезд стал уступать Алатырскому первенство в количестве выставляемых служилых татар. Уже со второй половины XVII столетия Алатырский уезд занял третье место в России по числу служилых татар и мурз, способных участвовать в военных походах и кампаниях. Это значило, что алатырские служилые татары становились одной из важных составных частей общероссийских вооруженных сил.

Служилые татары Нижегородчины демонстрировали свою преданность командирам и администрации, дисциплину, верность присяге (шерти). В ходе крестьянской войны под руководством С. Т. Разина военные татары дрались против повстанцев, а мирное население татарских деревень трех рассматриваемых уездов в целом не поддержало мятеж.

В известном смысле допустимо говорить об аполитичности татар Нижегородского края, что диктовалось их собственным пониманием верности долгу и относительно привилегированным положением самих служилых и членов их семей.

Государство ценило слой служило-татарских элементов в целом, видя в нем надежных и испытанных защитников своих, в частности военных, интересов. Примеры высоких наград служилых татар Нижегородчины и факты разрешения земельных тяжб конца XVII века в деревне Камкино Арзамасского уезда — некоторые из иллюстраций готовности властей обеспечить в первую очередь права служилых военных татар на фоне иных (в том числе и татар-новокрещенов) интересов.

1 Акты Московского государства, издаваемые Имп. академией наук / Под ред. Н. А. Попова. Т. I. — СПб., 1890. — № 181, 185.

2 Акты Археографической экспедиции. Т. III. № 206.

3 Соловьев, С. М. Указ. соч. Кн. V. Т. 9. С. 282.

4 Подсчитано по: Соловьев С. М. Указ. соч. Кн. V. Т. 9. С. 282.

5 ГАНО, ф. 579, оп. 589, д. 111, скл. 2.

6 Новосельский, А. А. Указ. соч. С. 216.

7 Там же. С. 235.

8 Там же. С. 236.

9 См.: Снежневский, В. И. Генеральное межевание земель и несколько сведений о характере землевладения в Нижегородском крае в XVII —XVIII столетиях по делам межевого департамента Сената / В. И. Снежневский // Действия НГУАК. Т. I (Вып. 1–14). Вып. 10. — Нижний Новгород: Изд. губ. правл., 1894. — С. 452.

10 Зерцалов, А. И. Материалы по истории Симбирского края XVII–XVIII вв.; под ред. В.Э.Красовскаго / А. И. Зерцалов. — Симбирск: Симбирск. губ. уч. арх., Симбирская губ. тип., 1900. — С. 22.

11 Красовский, В. Э. Указ. соч. С. 10.

12 Зерцалов, А. И. Указ. соч. С. 21.

13 Красовский, В. Э. Указ. соч. С. 10.

14 В частности, в челобитных алатырских служилых татар боярину Б. И. Морозову дается упоминание об их «смоленских службах» середины XVII в. Подробнее см.: Акты хозяйства боярина Б. И. Морозова. — М.—Л.: Изд-во АН СССР, 1945. — Ч. II. — С. 113–114. Челобитье, челобитная (от «бить челом», кланяться) — просьба, жалоба (в делопроизводстве России XV — начала XVIII вв.). Челобитная подавалась в центральные и местные государственные учреждения на имя царя, помещика, вотчинника и др.

15 Акты хозяйства боярина Б. И. Морозова. — М.—Л.: Изд-во АН СССР, 1945. — Ч. II. — С. 113–114.

16 Акты Московского государства, издаваемые имп. Академией наук / Под ред. Н. А. Попова. — СПб., 1901. — Т. 3. — С. 274.

17 Подсчитано по: Веселовский, С. Б. Смета военных сил Московского государства в 1661–1663 гг. / С. Б. Веселовский. — М.: ЧОИДР, 1911. — Кн. 3. — С. 44–46; 48–52.

18 ГАНО, ф. 161, оп. 109, д. 51, л. 421 об.

19 Крестьянская война под предводительством Степана Разина. Сб. документов. Т. II. Ч. 1. — М.: Изд-во АН СССР, 1957. — С. 62. Далее — Крестьянская война...

20 Соловьев, А. И. Стенька Разин и его сообщники в пределах нынешней Симбирской губернии / А. И. Соловьев. — Симбирск: Изд. Симб. губ. уч. арх. комиссии, Симб. губ. тип., 1908. — С. 11.

21 Отписка царю воеводы Юрия Никитича Борятинского / Соловьев А. И. Стенька Разин и его сообщники в пределах нынешней Симбирской губернии. — Симбирск: изд. Симб. губ. уч. арх. комиссии, Симб. губ. тип., 1908. — С. 6. — № 31.

22 Там же.

23 Крестьянская война... С. 83.

24 ГАНО, ф. 1403, оп. 1, д. 143, лл. 1–6; ф. 2013, оп. 602, д. 344, лл. 1–4.

25 Крестьянская война... С. 267, 268, 294, 368 и др.

26 Там же. С. 70, 77, 170.

27 Там же. С. 268.

28 Там же.

29 Там же. С. 308.

30 Там же. С. 328.

31 Карачурин Асан Айбулатов сын (он же мурза Акай, или, как его называли русские крестьяне, Мурзакайка) — служилый татарин, атаман, один из руководителей крестьянской войны под руководством С. Т. Разина. Имел как служилый человек земли в Кадомском и Керенском уездах. Перешел на сторону Разина. Говорил о себе: «Я, Асан, Айбулатов сын, — при Степане Тимофеевиче» (Прелестная грамота от имени С. Разина и А. Карачурина к казанским татарам с призывом присоединиться к восстанию // Крестьянская война... С. 52). В ноябре—декабре 1670 года отряд Карачурина (состоял преимущественно из мордвы) сражался с правительственными войсками в восточной части современной Мордовии. В 20-х числах ноября 1670 года отряд был истреблен, а мурза Акай казнен.

32 Между прочим, на следствии и допросах С. Т. Разин показал, что текст этого письма был переведен с русского на татарский самим А. Айбулатовым (Список с правой грамоты, данной в 1694 г. Александру Вешнякову на поместья изменника Асая Айбулатова в Керенском и Кадомском уездах / Разобран А. В. Смирновым // Действия НГУАК. — Т. III. Отд. 3. — Нижний Новгород: Тип. губ. правл., 1898. — С. 9).

33 Список с правой грамоты, данной в 1694 г. Александру Вешнякову на поместья изменника Асая Айбулатова в Керенском и Кадомском уездах / Разобран А. В. Смирновым // Действия НГУАК. — Т. III. Отд. 3. — Нижний Новгород, 1898. С. 10–11. Документ опубликован также в сборнике: Документы и материалы по истории Мордовской АССР. — Саранск: МНИИЯЛИ, 1940. — Т. II. — С. 102.

34 Полуголова — воинское звание в русской армии XVI–XVII вв., командир подразделения стрельцов численностью 250–500 (по другим данным, до 300) человек; позднее — полуполковник и подполковник (Военный энциклопедический словарь. М.: Военное изд., 1984. — С. 574).

35 ГАНО, ф. 2013, оп. 602, д. 67, л. 1.

36 Там же, л. 6.

37 Там же, ф. 2013, оп. 602, д. 344, л. 1.

38 Там же, л. 1.

39 Там же, лл. 2–4.

40 Там же, ф. 2013, оп. 602, д. 67, л. 1; ф. 1403, оп. 1, д. 143, л. 4.

41 Там же, ф. 1403, оп. 1, д. 143, л. 5.

42 Там же, л. 2–3.

43 Там же, л. 3.

44 Там же, л. 4.

45 Там же.

46 Там же, лл. 6–7.

47 Там же, ф. 2013, оп. 602, д. 67, л. 1–7, 18; д. 344, лл. 1–4; ф. 1403, оп. 1, д. 143, лл. 1–8.

48 Там же, ф. 1403, оп. 1, д. 143, л. 8.

49 РГАДА, ф. 1135, оп. 1, д. 60.

50 Там же, д. 133.

51 ГАНО, ф. 1403, оп. 1, д. 143, л. 6.

52 В документе упоминается об участии Ч. Сюндюкова в «крымских походах», а не в «походе». Так как они имели место в 1687–1689 гг., становится понятным, что данный персонаж сложил голову в ходе крымской кампании 1689 г.

53 Там же.

54 ГАНО, ф. 157, оп.1, д. 154, л. 116 об.

55 Там же.

56 Там же, л. 77 об.

57 Там же, ф. 2013, оп. 602, д. 67, л. 8.

58 Русская историческая библиотека. Т. IX. — СПб., 1889. — С. 429.

59 РГАДА, ф. 1136, оп. 1, д. 133, л. 2.

60 Там же, л. 1.

61 Там же.

62 ГАНО, ф. 157, оп. 1, д. 154, лл. 178–180 об.

63 В 1635 года ряд кочевых этносов — ногайцев, киргизов, киргиз-кайсаков и др. — под общим руководством калмыков были объединены в Джунгарское ханство, занявшее территорию от Енисея до Дона и просуществовавшее до 1758 года, будучи разгромленным маньчжурскими правителями Китая.

64 Соловьев, С. М. Указ. соч. Кн. VII. Т. 13. С. 234–235.

65 Рашитов, Ф. А. Указ. соч. С. 133.

66 Орлов, А. М. Указ. соч. С. 85.



М

Медина аль-Ислам
Газета мусульман Евразии

М

Ислам Минбаре
Трибуна ислама —
Всероссийская газета мусульман

А

Аль-Минбар

И

Ислам в Российской Федерации

Серия энциклопедических словарей

Ж

Минарет

Ежеквартальный евразийский журнал мусульманской общественной мысли

КНИЖНЫЕ НОВИНКИ:
  • Вера и добродетель. Книга II из цикла «Проповеди» /И. А. Зарипов/
  • Коранический гуманизм. Толерантно-плюлистические установки /Ибрагим, Тауфик Камель/
  • История Корана и его сводов /Муса Бигиев/
  • Пустыня внемлет Богу: хрестоматия /сост. М. И. Синельников/
  • Исламская мысль: традиция и современность. Религиозно-философский ежегодник. Вып. 1(2016)
Д
Ислам: Ежегодный официальный журнал Духовного управления мусульман Российской Федерации
Фаизхановские чтения
Мавлид ан-Набий
Форумы российских мусульман
 
Рамазановские чтения
Фахретдиновские чтения
Хадж российских мусульман
Современные проблемы и перспективы исламоведения и тюркологии
Ислам на Нижегородчине
Миграция и антропоток  на евразийском пространстве
Х
В Вашем браузере не установлен компонент Adobe Flash Player, поэтому Вы не можете увидеть отображаемую здесь информацию.

Чтобы уставновить Adobe Flash Player перейдите по этой ссылке
Н

ИД «Медина» награжден почетной грамотой за активную книгоиздательскую деятельность

Р

Информационные партнеры

www.dumrf.ru | Мусульмане России Ислам в Российской Федерации islamsng.com www.miu.su | Московский исламский институт
При использовании материалов ссылка на сайт www.idmedina.ru обязательна
© 2009 Издательский дом «Медина»
закрыть

Уважаемые читатели!

В связи с плановыми техническими работами наш сайт будет недоступен с 16:00 20 мая до 16:00 21 мая. Приносим свои извинения за временные неудобства.