Издательский дом Медина Официальный сайт
Поиск rss Написать нам

Новости партнеров:

ИСТОРИЯ ТАТАР НИЖЕГОРОДСКОГО ПОВОЛЖЬЯ С ПОСЛЕДНЕЙ ТРЕТИ XVI ДО НАЧАЛА XX вв. - Предисловие
26.12.2011

Предисловие к переизданию

В 2001 году вышла в свет монография нижегородского историка Сергея Борисовича Сенюткина (1951–2004) под названием «История татар нижегородского Поволжья с последней трети XVI до начала XX вв.».

Будучи ученым-востоковедом, опытным вузовским преподавателем, читавшим в Нижегородском государственном университете имени Н. И. Лобачевского в течение десятилетий ряд курсов по истории Азии и Африки, а также по методологии истории, С. Б. Сенюткин прекрасно понимал сложности в освещении собственно этнических процессов и неприятие рядом историков понятия «этническая история» как такового. В то же время, обладая сильной интуицией (в научном и общественно-политическом смысле), он уловил назревшую необходимость в таком исследовании. В конце XX столетия в системе ценностных ориентаций россиян мотив исторической памяти превращался в важнейшую составляющую умонастроения. Роль исторического знания, этнокультурной самоидентификации резко повысилась в общественном сознании.

Вместе с тем известно, что в те же 1990-е годы набирали силу, даже в академической среде, не говоря о публицистике, тенденции националистического характера в освещении тех или иных важнейших проблем российской истории. Конъюнктурные соображения никогда не были присущи С. Б. Сенюткину. Ученый отдавал себе отчет в том, что так называемые этнические истории в отрыве от мировых и региональных общественных процессов могут давать неверные интерпретации. Он был убежден, что только в контексте всех важнейших мировых событий (в данном случае евразийских) можно выявлять закономерности развития тех или иных тюркоязычных сообществ. Только учитывая все особенности истории полиэтничного, поликонфессионального нижегородского Поволжья, можно говорить о специфике развития его тюркоязычной, мусульманской части. Иначе вполне возможны не только отдельные ошибки, но и серьезные искажения в понимании исторических процессов.

Сила С. Б. Сенюткина как исследователя, безусловно, проявлялась в том, что он профессионально, искусно, умело препарировал многочисленные источники, вплетая исторические факты в событийное полотно мирового звучания, не подгоняя имеющийся эмпирический материал ни под какие схемы, а лишь используя методологические посылки как инструментарий в работе при достижении четко поставленных им целей.

Не случайно вводную часть монографии автор начал с обозначения выявленных проблем: «когда, в связи с какими обстоятельствами появились первые тюркские элементы в пределах современной Нижегородской области, сколько тюркских поселений изначально включала в себя Нижегородчина; почему некоторые из них уцелели до наших дней, а другие исчезли; что лежало в основе того исторического явления, что современные нижегородские татары принадлежат к мишарскому этническому пласту».

Поставленные проблемы до работы С. Б. Сенюткина либо вообще не рассматривались, либо были запутаны некомпетентным подходом к ним непрофессионалов.

К тому же подзаголовком в теме монографии С. Б. Сенюткина значилось: «Историческая судьба мишарей Нижегородского края». Следовательно, автор брал на себя серьезную ответственность обозначить позицию соотношения таких этнических групп, как «мишари» (часть) и «татары» (целое). Естественно, что автор, прежде чем обозначить указанный подзаголовок темы монографии, внимательнейшим образом исследовал все доступные ему материалы для понимания степени изученности этнической истории мишарей.

Исследование самосознания современных нижегородских татар в процессе этнологических экспедиций по территории их компактного проживания на юго-востоке области, знакомство с политологическими, этнографическими и социологическими выкладками, помогающими понять самоидентификацию татар Нижегородчины, стало подспорьем к изученному историческому материалу.

Междисциплинарный подход помог автору монографии не допустить ошибки в подзаголовке темы об исторической судьбе мишарей. Этот подзаголовок однозначно подчеркивал, что развивающемуся (как субэтнос татарского народа) мишарскому сообществу присущи свои отличительные черты в историческом процессе развития. Подавляющее большинство нижегородских татар имеет мишарские корни, то есть отличается от других субэтносов татарского народа фрагментами исторической памяти, реалиями прошлого и современным осознанием себя. Хотелось бы подчеркнуть, что подобный подход отнюдь не перечеркивал многих существенных сходных черт в истории разных субэтносов татарского народа. Более того, как одна из составляющих тюрок татары-мишари могут рассматриваться как составляющая крупнейшего суперэтноса, важнейшей частью которого являются восточные славяне и тюрки в целом и который историко-этнически определяет развитие российской цивилизации.

В 2003 году, уже после выхода в свет монографии, подводя некоторые промежуточные итоги научной работы, С. Б. Сенюткин писал: «В ходе многолетних исследований целого ряда нижегородских ученых, организованных в творческий коллектив по инициативе и поддержке ДУМНО (председатель — Умар-хазрат Идрисов), была воссоздана широкая ретроспектива истории татар-мишарей Нижегородчины. Установлены время и обстоятельства возникновения почти всех ныне существующих и даже исчезнувших татарских деревень нашей области. Выявлены роль и место ислама в процессе сохранения нижегородских тюрок. Найден совокупный ответ на многоплановый научный вопрос — почему тюркское население края принадлежит к мишарской этнической ветви. Доказано: в столетний период 1570–1670-х годов они планомерно и массами переводились московскими властями из исторической области Мещера в Окско-Волжско-Сурский бассейн. Изложенное можно считать позитивным достижением совместных усилий отдельных ученых, творческих коллективов и руководства ДУМНО».

Далее, размышляя о дальнейших задачах обществоведов, работающих над историей татар-мишарей, С. Б. Сенюткин отмечал следующее: «Однако в ходе этих исследований все чаще (по мере продвижения самих исследований) историки стали сталкиваться с нерешенной до сих пор проблемой этногенеза самих тюркских обитателей Мещеры. Иными словами: до сих пор остается малопонятным вопрос, когда, в связи с какими обстоятельствами появились в районе Средней Оки, Мокши, Шокши представители тюркского этносубстрата. Полагаем, что этот вопрос отнюдь не праздный, а научно — весьма актуальный. Решая его, можно ожидать уяснения ряда проблем: почему мишари в целом органично „вписались“ в состав российской цивилизации: каковы их исторические и этнические истоки. По мнению ученых, разрешение этих проблем является важным и для современной исторической науки, и для этнологии, лингвистики, философии и др.». В связи с этим выдвигались предложения продолжать исследования по этногенезу татар-мишарей, осуществлять междисциплинарные проекты по дальнейшему изучению роли и места татар-мишарей в российской истории.

Очевидно, что и сегодня по поводу этногенеза татар-мишарей нет единого мнения, и можно утверждать, что эта проблема — проблема происхождения татаро-мишарского субэтноса — являлась в конце XX века, когда писалась монография, открытой, так как не рассматривалась комплексно.

Трудность разрешения указанной проблемы определялась прежде всего отсутствием археологических данных по периоду ранней истории нижегородских тюрок. Поэтому глубокое исследование именно этой проблемы не входило в задачи автора; ответ на вопрос о происхождении татар-мишарей однозначно требовал данных археологических изысканий. Рассмотрение этногенеза татар-мишарей не могло хронологически начинаться с XV столетия, то есть с того времени, когда по письменным свидетельствам известны первые моноэтничные селения нижегородских татар . Что же касается работы археологов, то фактически никаких профессиональных исследований в той части территории Нижегородской области, где компактно проживали ранее (и проживают по сей день) татары-мишари, не велось.

В сложившейся научной ситуации автор, опираясь на письменные источники, начал свое повествование с последней трети XVI века (дав некоторую предысторию, насколько это было возможно, с середины XV столетия). С выходом монографии ситуация с исследованием этногенеза субэтноса мишар не сдвинулась с места, но и не осталась вовсе нетронутой. Дело в том, что монография С. Б. Сенюткина неизбежно вызвала дополнительный интерес к проблеме этногенеза и специфике ранней истории мишарей, желание получить ответ, каковы были предпосылки формирования мишарской этногруппы.

В наши дни археологами делаются усилия по расширению источникового комплекса для исследования истории татар-мишарей за счет археологических источников в рамках ныне действующей программы «Материальная культура народов Волго-Окского региона в эпоху средневековья: формирование и развитие». (Программа была инициирована ДУМНО и рассчитана на 2007–2011 годы; нижегородскую часть археологических исследований курирует и реализует доцент ННГУ археолог Н. Н. Грибов.) По-видимому, в перспективе можно ожидать появления научных трудов, раскрывающих ранние пласты мишарской истории. Некоторые (пусть пока кому-то могут показаться и не очень значимые) шаги в этом направлении уже сделаны. Например, в переиздающуюся сейчас книгу по истории Сафаджая, крупного татарского села Нижегородчины, включены некоторые фрагменты по взаимодействиям жителей селений Мурзицы и Сафаджая, подтвержденные археологами.

Таким образом, во многом инициатива ДУМНО по развитию вновь созданного и действующего с 2007 года археологического проекта имела толчком выход ряда книг по истории татаро-мусульманских общин Нижегородчины, и в первую очередь рассматриваемой монографии С. Б. Сенюткина.

Итак, сегодня мы понимаем наличие глубинных корней татаро-мишарской общности как субэтноса татарского народа. Но вопрос этногенеза рассматриваемой группы нельзя считать закрытым. Дальнейшая этническая история мишарей развивалась в связи с процессами, определенными монгольским завоеванием и созданием Золотой Орды. Происходило переплетение судеб отдельных этнических групп (в том числе мишарей) в рамках ордынского социокультурного пространства, внутри которого перемешивались этнические группы как пришедших сюда монгольских и тюркских племен (которые, в свою очередь, также взаимодействовали между собой), так и коренных жителей указанного пространства. С XV века еще теснее, чем ранее, переплетались судьбы русских и татар-мишарей, прежде всего через такое образование, как Касимовское ханство.

Таким образом, материал по истории татар-мишарей развернут в монографии С. Б. Сенюткина на основе письменных источников с середины XV века, но заголовок дает хронологию повествования с последней трети XVI столетия, когда источниковая база начинает позволять более детальное описание событий.

Выход в свет монографии положил основу для дальнейшей работы по развитию изучения истории татар-мишарей. Подтверждение тому — целый ряд новых проектов, а также исторических сочинений: монографий, научных статей и др. Работа по дальнейшему исследованию татаро-мишарской истории идет как «вглубь» — написание новых историй конкретных нижегородских деревень, так и «вширь» — создание серии энциклопедических словарей по исламской тематике.

Материал по истории татар-мишарей, накопленный благодаря усилиям ученых-историков, все больше становился теоретической основой проведения не только научных, но и общественных мероприятий. Так, в 2005 году в Нижнем Новгороде прошли научно-практическая конференция на тему «Татары-мишари: проблемы идентичности и этносознания» и тесно связанный с ней II Всероссийский съезд нижегородских татар. Эти мероприятия стали частью акций российского звучания, направленных на сохранение и приумножение исламского и татарского творческого наследия в России. Многие перспективы развития и сохранения мишарского этноса обсуждались на основе тех исторических исследований, которые были проделаны до этого учеными.

Значимость работы С. Б. Сенюткина в том, что она представляет собой комплексное научное исследование, осуществленное на основе серьезного пласта письменных источников, прежде всего архивных, не введенных ранее в научный оборот.

Сегодня на территории Нижегородской области существует боле 30 татарских селений, являющихся фактически моноэтничными — они компактно расположены на юго-востоке региона. Их история интересна не только тем людям, которые живут в этих селениях, но и представителям широких общественных кругов, всем россиянам, интересующимся отечественной историей. Поэтому неудивительно, что монография С. Б. Сенюткина «История татар нижегородского Поволжья с последней трети XVI до начала XX вв.» быстро стала раритетом.

В развитие темы, обозначенной С. Б. Сенюткиным как ученым, заложившим основы тюркологического, исламоведческого направления истории Нижегородчины, основательно, глубоко раскрытой им в монографии, можно наметить ряд направлений, которые при дальнейшей проработке позволят обогатить современную науку. Перечислим среди них:

• дальнейшее расширение источниковой базы исследования истории татар-мишарей в широком ареале их обитания;

• повышение уровня изученности истории татар-мишарей в целом;

• изучение этнических характеристик татар-мишарей, межкультурных взаимодействий мишарей в этноконтактных регионах;

• конструирование и поддержание татаро-мишарских этнических и социальных границ;

• изучение процессов вхождения мишарей в различные политические пространства;

• дальнейшее постижение соотношения понятий «татары-мишари» и «ислам» учеными-обществоведами.

Существование любого этноса проверяется, как известно, через самоидентификацию. Многие представители татаро-мишарского этнопласта осознают себя неким единым целым и проявляют достаточно серьезный растущий интерес к своему историческому прошлому и вопросу этногенеза своего субэтноса. Не учитывать эти тенденции нельзя, так как загоняемая внутрь сознания и нереализуемая на практике мотивация может привести к нежелательным социальным последствиям.

В свете сказанного полагаю, что инициатива по переизданию книги С. Б. Сенюткина Издательским домом «Медина», исходившая от ДУМНО, вполне своевременна и будет принята с большой благодарностью всеми, кто испытывает потребность в качественных исторических сочинениях, дающих достоверное историческое знание о прошлом.

От своего имени как член творческой группы под руководством доктора исторических наук, профессора С. Б. Сенюткина выражаю глубокую благодарность Духовному управлению мусульман за «вторую жизнь» книги моего мужа.

О. Н. Сенюткина



М

Медина аль-Ислам
Газета мусульман Евразии

М

Ислам Минбаре
Трибуна ислама —
Всероссийская газета мусульман

А

Аль-Минбар

И

Ислам в Российской Федерации

Серия энциклопедических словарей

Ж

Минарет

Ежеквартальный евразийский журнал мусульманской общественной мысли

КНИЖНЫЕ НОВИНКИ:
  • Вера и добродетель. Книга II из цикла «Проповеди» /И. А. Зарипов/
  • Коранический гуманизм. Толерантно-плюлистические установки /Ибрагим, Тауфик Камель/
  • История Корана и его сводов /Муса Бигиев/
  • Пустыня внемлет Богу: хрестоматия /сост. М. И. Синельников/
  • Исламская мысль: традиция и современность. Религиозно-философский ежегодник. Вып. 1(2016)
Д
Ислам: Ежегодный официальный журнал Духовного управления мусульман Российской Федерации
Фаизхановские чтения
Мавлид ан-Набий
Форумы российских мусульман
 
Рамазановские чтения
Фахретдиновские чтения
Хадж российских мусульман
Современные проблемы и перспективы исламоведения и тюркологии
Ислам на Нижегородчине
Миграция и антропоток  на евразийском пространстве
Х
В Вашем браузере не установлен компонент Adobe Flash Player, поэтому Вы не можете увидеть отображаемую здесь информацию.

Чтобы уставновить Adobe Flash Player перейдите по этой ссылке
Н

ИД «Медина» награжден почетной грамотой за активную книгоиздательскую деятельность

Р

Информационные партнеры

www.dumrf.ru | Мусульмане России Ислам в Российской Федерации islamsng.com www.miu.su | Московский исламский институт
При использовании материалов ссылка на сайт www.idmedina.ru обязательна
© 2009 Издательский дом «Медина»
закрыть

Уважаемые читатели!

В связи с плановыми техническими работами наш сайт будет недоступен с 16:00 20 мая до 16:00 21 мая. Приносим свои извинения за временные неудобства.