Издательский дом Медина Официальный сайт
Поиск rss Написать нам

Новости партнеров:

Ислам в современном мире № 3-4 (23-24) 2011 — «АРАБСКАЯ ВЕСНА» ИЛИ «ЯДЕРНАЯ ЗИМА»?
22.03.2012


 

«АРАБСКАЯ ВЕСНА» ИЛИ «ЯДЕРНАЯ ЗИМА»? [1]

Л. С. Перепелкин
старший научный сотрудник Центра арабских исследований Института востоковедения РАН, зав. сектором проблем культурной политики Российского института культурологии, кандидат исторических наук

Просто смешно говорить об «арабской весне» как о серии демократических революций, охвативших мусульманский мир. Несомненно, в арабо-мусульманском мире есть сторонники демократии по абстрактному «западному образцу». Но вряд ли они пользуются не только поддержкой, но даже и пониманием среди широких масс населения. Все западные концепции демократизации (а по существу вестернизации) мира западного ислама оказались надуманными. Исторический/политический процесс не очень-то склонен следовать надуманным схемам. Этот «пассионарный взрыв» можно объяснить многими причинами, среди которых я бы выделил общемировые и региональные. Общемировые причины связаны с кризисом государственной власти во всех уголках мира (где она есть, конечно). Локальные причины вызваны конкретными историческими условиями для политизации региона.

Как об общемировом фоне следует сказать, что сейчас в мире растут протестные движения. В качестве примера можно назвать американское движение «Захвати Уолл-стрит», протестные выступления на юге Европы, декабрьские инциденты в Москве и Казахстане [2] . Более того, в некоторых частях ойкумены центральная государственная власть или полностью отсутствует (Сомали [3] ), или минимальна (Ирак [4] , Афганистан). Польский философ З. Бауман так охарактеризовал эту ситуацию: «Теперь задача состоит в том, чтобы защитить исчезающую общественную сферу или скорее заново обновить ее и населить общественное пространство, быстро пустеющее вследствие дезертирства с обеих сторон: уход „заинтересованного гражданина“ и бегство реальной власти на территорию, которая, несмотря на возможности сохранившихся демократических институтов, может быть описана лишь как „космическое пространство“» [Бауман, 2008, с. 47]. Мир находится на переломе, и это делает необходимым приглядеться к местным, региональным истокам «арабской революции, бессмысленной и беспощадной» [подробнее см.: Перепелкин, 2010].

Политический вызов . К зиме 2011 г. максима о том, что экономические проблемы могут быть решены политическими средствами, а важнейшие из них — это средства военные, все более начинает восприниматься не на слух, а на вкус. Государства начинают готовиться к возможной и не от них зависящей войне. Так, напуганные сведениями о том, что США могут поддержать готовящийся удар Израиля по иранским ядерным объектам, российские власти срочно обустраивают южный театр военных действий [Коновалов, 2011, с. 1–2]. На южных границах России слишком много горючего материала, чтобы не учитывать последствия возможной войны. Тут же встал вопрос о зарубежных военных базах на территории стран-членов ОДКБ и о судьбе Габалинской РЛС [Панфилова, 2011 (2), с. 1, 6; Мамедов, 2011, с. 6], а также о возможности государственного воздействия на интернет-сети [Панфилова, Симонян, 2011, с. 7]. И действительно, надо подстраховаться. Аналогичным образом поступают и власти КНР, для которых перекрытие Ормузского пролива в случае начала войны будет иметь весьма негативный экономический результат [Накануне…, 2011, с. 7].

Следует отметить, что все перечисленные здесь страны, кроме Ирана (пока), являются ядерными, а следовательно, страшащий всех конфликт является прекрасной прелюдией к «ядерной зиме». Россия и Китай если не союзники Ирана, то имеют с ним взвешенные отношения. США и Израиль [5] — явные противники Тегерана, и прежде всего в связи с разрабатывающейся ядерной программой этой страны [6] . Конечно, есть и другие весомые противоречия. Следует добавить, что в ближневосточном мире отношения обострились между суннитским Югом и шиитским Севером [7] . Все это произошло после «арабской весны» и, кажется, является ее результатом. Всмотримся в проблему подробнее.

Большой Ближний Восток как центр мировой напряженности. Понятие ББВ имеет недавнее происхождение, и, как можно судить, связано с планами «обобщенного Запада» получить здесь определенное доминирование, в том числе связанное с местными энергоносителями. Вероятно, «мусульманский Запад» — это наиболее конфликтный регион мира, в отличие от «мусульманского Востока» [8] : в первую очередь Индонезии и Малайзии, а также Бангладеш. Это сравнение показывает, что конфликтогенность определяется в первую очередь не религией (в данном случае исламом, который выступает скорее фактором политической мобилизации), а другими обстоятельствами. К ним надо присмотреться.

Вот как очерчивает границы ББВ политолог В. Гусейнов: «География этого региона и перечень входящих в него стран четко не определены. Однако по целому ряду признаков, а главное — по реальной политике, которую проводят здесь Вашингтон и другие, союзные ему западные столицы, к нему можно отнести страны Северной Африки, Ближнего и Среднего Востока, государств Персидского залива, Южного Кавказа и Центральной Азии, а также — хотя и с определенными оговорками — такие влиятельные региональные мусульманские державы, связанные союзническими отношениями с Соединенными Штатами, как Турция и Пакистан». Далее автор добавляет «… о целом ряде стран с режимами, откровенно враждебными Вашингтону (Иран, Ирак, Ливия) или стремящихся проводить самостоятельную политику, не укладывающуюся в предначертанные Вашингтоном рамки (как, например, Сирия), политика других государств этого региона, даже тесно связанных с Вашингтоном близкими отношениями (Саудовская Аравия, Египет и ряд других), вызывала у американского руководства вполне оправданные опасения и не раз подвергалась критике с его стороны» [Гусейнов, Денисов, Савкин, Демиденко, 2007, с. 7].

В этой цитате обращают на себя внимание три вещи. Во‑первых, все перечисленные страны и регионы когда-то в разное время входили в состав Халифата, завершившегося в 1918 г. в связи с поражением Османской империи. Между тем идеи арабского, и возможно даже мусульманского интегризма живы до сих пор или в светской (как это было у Г. А. Насера), или в религиозной формах (как это было у Усамы бен Ладена).

Во‑вторых, некоторые перечисленные в цитате страны явно выглядят основными «адресатами» «арабской весны»: это в первую очередь Ливия и М. Каддафи (гражданская война, лидер убит), Египет и Х. Мубарак (страна с трудом удержалась на гране гражданской войны, лидер в отставке), Сирия (гражданская война, реально готовящаяся смена власти, судьба Б. Асада пока непонятна), Иран, который стал объектом травли со стороны суннитского исламского мира, Ирак, где властью обладают шииты, сочувствующие Ирану и Сирии (прежний лидер С. Хусейн убит, после выхода из страны западного военного контингента страна развалится, вероятно, на части) [9] . Основными бонусополучателями, по крайней мере сейчас, становятся арабские государства Персидского залива, где распространены салафитские формы ислама. Я не знаю, насколько США и другие страны Запада готовили «исламские революции», но его плодами они стремятся воспользоваться, в первую очередь укрепив враждебность между суннитами и шиитами [10] .

В‑третьих, очевидно, что события «арабской весны» и связанные с ней другие события разворачиваются в том регионе ББВ, где более двух столетий идет так называемая большая игра (термин Р. Киплинга) [Леонтьев, 2008]. Речь идет о столкновении в регионе интересов европейских великих держав. Понятно, что с течением времени эти интересы менялись. Так, для XVIII и XIX вв., когда становились колониальные империи, главным вопросом было территориальное расширение и защита колоний. В дальнейшем акцент смещался на энергоносители и защиту системы коммуникаций. Регионы Персидского залива и Каспия богаты углеводородами, а уж проливов и каналов, по которым эти и другие богатства региона доставляются к потребителям, вполне достаточно. Градус мировой политической напряженности в регионе ББВ вызвал здесь активизацию политического ислама, что способствовало событиям «арабской весны». О некоторых факторах скажу подробнее [см. также: Али, 2006; Валькова, 1987; Гусейнов, Денисов, Савкин, Демиденко, 2007; Наумкин, 2008; Шумилин, 2008].

До конца Второй мировой войны все или большинство стран ББВ (за исключением Турции, конечно) находились в колониальной или полуколониальной зависимости от стран Европы, и в первую очередь от Великобритании. И это после столетий культурного доминирования западного исламского мира по отношению к Европе [11] . Халифат в 1918 г. закончился проведением в регионе новых, часто неожиданных границ и созданием квази-государств [12] . В 1947 г. в процессе деколонизации произошли два серьезных события, которые до сих пор радикализируют исламскую умму: деколонизация и раздел Индии, а также создание Государства Израиль.

Трудно сказать, почему британская Индия развалилась на две части [13] по религиозному принципу: то ли это была злонамеренная политика Великобритании, то ли ко всему прочему лидеры Индийского национального конгресса и Мусульманской лиги не сумели хорошо договориться. Но факт остается фактом: это стоило сотен тысяч жертв и миллионов беженцев. С тех пор индийско-пакистанское пограничье является перманентной зоной конфликта, усиливающей исламский активизм как в Пакистане, так и в Афганистане. Следует напомнить, что как Пакистан, так и Индия являются ядерными державами, причем им «ничего за это не было».

В том же году создание Государства Израиль сформировало еще один узел «вечных противоречий» в регионе ББВ. Созданное в 1947 г. Государство Израиль сразу вызвало агрессию со стороны окружающих арабских народов, которую удалось в то время приостановить при помощи поставок израильтянам советского оружия. Впоследствии арабо-израильские войны возникали с завидной периодичностью. Вероятно, арабский мир подозревает, что Израиль — это плацдарм для продвижения в регионе западных интересов, в том числе и вооруженным путем. Кроме того, Израиль выступает как узел не только региональных противоречий, но и противоречий между великими державами (в свое время между США и СССР). Нерешенная проблема палестино-еврейских взаимоотношений еще долго будет политизировать регион.

Нефть (а также пути ее транспортировки) стала важным фактором геополитических игр в начале ХХ века, но и теперь фактор углеводородов не исчерпал своего значения. Бассейны Персидского залива и Каспия [14] богаты углеводородами, а потому и весь регион ББВ играет огромную роль в геополитических играх. Вот два примера. В 1973 г. Саудовская Аравия, недовольная политикой Запада по отношению к Израилю, резко уменьшила добычу нефти, что вызвало резкий рост цен на энергоносители и кризис западных рынков [15] . К 1985 г. США и Саудовская Аравия стали уже друзьями, на паритетных началах финансируя антисоветский джихад. В этом году [16] арабы резко увеличили добычу нефти и обрушили нефтяные цены. Как результат, в 1991 г. Советского Союза не стало.

В 1979 г. произошло два важных события, которые резко усилили радикализацию политического ислама. «Зеленая революция» в Иране показала, что можно избавиться от кабального влияния зарубежных стран, следуя путем исламской идеологии. Спровоцированная Западом война между Ираком (политически доминировали сунниты) и Ираном (политическое доминирование шиитов) оттачивалась как инструмент политики «разделяй и властвуй». Понятно, что иранская политическая модель вряд ли станет образцом для суннитских частей региона. Но думаю, что некоторые жители ББВ все же с интересом на нее поглядывают.

В том же 1979 г. был по просьбе афганского правительства введен контингент советских войск в Афганистан — и разразилась война, которая не утихает до сих пор. Тогдашнее советское руководство ничуть не оправдывает тот факт, что оно поддалось на провокацию со стороны США. Ведь в результате исламский джихад приобрел политически осмысленную цель, серьезную организацию и приличное финансирование. Джинна выпустили из бутылки!

Здесь перечислены далеко не все исторические факты и обстоятельства, которые постоянно поддерживают регион в «политическом тонусе» (например, можно вспомнить две войны против Ирака и одну против Афганистана, наличие в регионе американских военных баз и т. д.). Поэтому, на мой взгляд, политизация ислама будет здесь продолжаться, точно также как и радикализация политики. Соблюдение баланса интересов стран региона, а также региона в целом и внешнего мира возможно, на мой взгляд, на путях тесной кооперации, если даже не интеграции, по крайней мере в рамках арабо-мусульманской части ББВ. Главный вопрос заключается в том, на какой платформе эта кооперация будет осуществляться. Плохо, если на салафитской.

«Арабская весна». 30 марта 2011 года я присутствовал на выступлении посла Египта в России, состоявшемся в Институте востоковедения РАН. Если сформулировать основные тезисы выступления посла, то они могут звучать так: в египетском обществе много неустроенной молодежи; мировой экономический кризис ухудшил ее положение, в частности, за счет повышения цен на продукты питания и уменьшения количества рабочих мест; общественный взрыв был распространен по социальным сетям и привел к смене режима в Египте [17] . И что очень важно, по мнению посла, в египетских событиях свою роль сыграл «эффект домино», то есть социальное «заражение» событиями в других странах, начиная с Туниса. Что меня заинтересовало в выступлении посла, так это скрытое повторение тезиса Л. Д. Троцкого о том, что «молодежь — это барометр революции», а также обращение к современной концепции социальных сетей [18] . Возможно, так оно и было в Египте, а также в других государствах Арабского Востока, где накопилось множество причин для недовольства широких народных масс. Об этом весьма подробно говорится во всевозможных комментариях.

Сценарий «цветных революций». Обращает на себя внимание внешнее сходство между нынешними событиями в Северной Африке, на Ближнем Востоке с различного рода «цветными революциями», которые произошли на «постсоветском пространстве» в широком его понимании (Сербия, Грузия, Украина, Киргизия, Молдавия (именно в этой стране широко применялись социальные сети)).

Что же включает общая модель? В‑первых, это наличие элиты, которая «обжирается» за счет граждан. Во‑вторых, существование системы преемственности власти, не дающей формироваться новой элите. В‑третьих, существование узкой группы «борцов» (контрэлиты) за народные интересы. В‑четвертых, присоединение к этой группе борцов широких народных масс (социальной сети). Наконец, в‑пятых, это переход на сторону восставшего народа армии. Тем из читателей, которым эта модель ничего не напоминает, советую прочитать или перечитать повесть Ю. Олеши «Три толстяка». Мне эта книга сразу вспомнилась, когда я читал материалы о «революции роз» в Грузии или «оранжевой революции» на Украине.

Как всем хорошо известно, эти «цветные революции» были организованы странами Запада за счет подкупа «постсоветский элит». Они преследовали основную цель — еще более разорвать «постсоветское пространство» и не дать возможности для развития здесь интегративных процессов. Во многом эта цель была достигнута. Я не имею никакого представления о том, использовалась ли «модель Олеши» на «постсоветском пространстве» сознательно, или она представляет общий стереотип современной социальной жизни. Да это и неважно.

Общее и отличное у «цветных революций» и «арабской весны». Несомненно, «арабские революции» имеют общее с «цветными революциями» на «постсоветском пространстве». Едина мотивация: неприемлемость коррупции и накопления богатства элитами за счет граждан, формальная или фактическая наследственность власти, отсутствие или неразвитость социальных лифтов для смены элит. Для мусульман же такая ситуация может трансформироваться в принцип права на восстание против нечестивого правителя. Следует также отметить высокую роль молодежи в событиях обоих типов. Использование новейших сетевых технологий также выступает родовой чертой всех типов общественных возмущений последнего времени. Впрочем, на этом сходства, кажется, прекращаются.

Все или большинство «цветных революций» проходили в рамках выборных кампаний, то есть по существу выступали как кризис представительной демократии. С ней же были связаны и основные лозунги оппозиции. Конечно, на Арабском Востоке такие лозунги тоже были, но, во‑первых, я не очень-то верю, что здесь в массе правильно понимают представительную демократию в ее европейском (общечеловеческом?) обличии, а во‑вторых, политического процесса в виде перевыборов здесь практически не существует. Иными словами, здесь нет «слабого звена» любой европейской политической системы в виде выборов[19] . Далее можно сказать о том, что большинство «цветных революций» осуществилось мирным путем (мирным и со стороны оппозиции, и со стороны правящих кланов)[20] , чего нельзя сказать о Северной Африке и Ближнем Востоке. Наконец, если роль западных политиков в событиях «цветных революций» очевидна, то на Арабском Востоке она пока едва просматривается.

Следует добавить и о молодежной безработице. Если для Арабского Востока это понятие абсолютное [21] , то для «постсоветских революций» в то докризисное время безработица не была существенным фактором: в них широкое участие принимала явно не безработная учащаяся молодежь. В киргизских событиях роль безработной молодежи была выше: недаром теперь она так заметна в Москве. Роль оппозиции также весьма существенно разнится в «цветных революциях» и в «арабской весне». В первом случае легальная оппозиция показала свою мобилизационную силу и выиграла противостояние с властью (это относится и к Киргизии). На Арабском Востоке легальная политическая оппозиция была почти неразвита, в большинстве случаев представляя собой или исламистское подполье, или конкурирующие кланы. Это предопределило высокий уровень стихийности событий. Но вот кто воспользуется плодами «революции»? Многие склоняются к тому, что это будут религиозные радикалы.

Протестные движения в Москве и Ка­‑
захстане
. Возможно, дальним отзвуком «арабской весны» стали протестные выступления в Москве после выборов 4 декабря, а также бунт нефтяников в казахстанском городе Жанаозене.

Как говорилось выше, выборы — это всегда «момент истины» для действующей власти. Мне случайно довелось видеть, как готовился митинг в Болотниках. 5 или 6 декабря в первой половине дня на Тверском бульваре рядом с «Макдоналдсом» собирались группы молодежи, в первую очередь студенчество (судя по надписям, не только московское). Одежда была унифицирована (какие-то одноразовые, чаще белые куртки/накидки) [22] . Они вполне организованно спустились в метро, а потом я их встретил вечером того же дня на пересечении Кузнецкого Моста и Остоженки [23] . Они скандировали «Путин вон!». В Казахстане было еще хуже. Там произошел настоящий бунт, замешанный на социальных проблемах (безработица). Подробности казахстанских событий трудно уяснить из открытых публикаций. Но известно, что в республике в последнее время набирает силу салафитское подполье. Прошу отметить, что речь идет о странах и регионах, вполне пристойно смотрящихся на «постсоветском фоне».

Применительно к России хочу сказать, что угроза перенесения на нашу территорию всякого рода «цветных революций» давно уже вербализирована радикальной правой оппозицией и сочувствующей ей либеральной интеллигенцией. Особенно угрозы подобного рода усилились с началом «арабской весны». Для меня совершенно очевидно, что виденные мною события являются хорошо организованной и проплаченной акцией: трудно себе представить, с какого это энтузиазма молодые люди, пропуская занятия, стали бы проводить целый день на улицах без еды и, пардон, туалета.

Но, похоже, в нашей стране пока еще достаточно благоразумных людей. Так, согласно опубликованным данным международного исследования, во многих странах мира 55 % населения считают арабские бунты «в основном положительным явлением». В России же «арабскую весну» поддержал лишь 31 % опрошенных, а 43 % высказались резко против [В России не оценили… 2011, с. 6]. Не хочу приводить дурные прогнозы, но на этом фоне можно ожидать насильственных провокаций, которые могут изменить общественное мнение. Как это происходило и происходит сейчас в арабском мире.

Эффект домино . Нет серьезных свидетельств того, что «весенние революции» на Ближнем Востоке и в Северной Африке сознательно готовились политиками Запада [24] . Ведь эти события, и прежде всего взрывные процессы в Египте, чрезвычайно невыгодны и опасны для тех, кто дорожит мирным процессом на Ближнем Востоке. США и ЕС относятся к их числу.

Но стоит вспомнить тезис посла Египта об «эффекте домино», чтобы понять, что организованные в одном месте провокации (или даже случайные и незапланированные события) отольются (могут отлиться) сторицей в другом месте. Такое уже было, когда усилиями Запада в Афганистане пришли в столкновение Советский Союз и «исламисты». Эта политика отлилась в трагедию 11 сентября [25] . Если политики не учатся даже на собственных ошибках, на ошибках своего клана и недавнего времени, то они вообще невоспитуемы. А какие они тогда политики [26] ? Я говорю о том, что весенние события в арабском мире должны были быть целенаправленно локализованы, а затем и ослаблены политиками и Запада, и России — ибо последствия их малопредсказуемы.

Обращает на себя внимание следующее. Текущие весенние волнения охватили в первую очередь арабский мир: Тунис, где они начались, Ливию, Алжир, Египет, Иорданию, Сирию, Ливан, Ирак, Судан, Саудовскую Аравию, Бахрейн, Оман, Йемен [Мусафир С., Веселов А., 2011, с. 37]. Когда пишутся эти строки (первая декада мая), наиболее тяжелая ситуация сохранилась в Ливии (гражданская война с угрозой иностранной интервенции), Сирии и Йемене (угроза гражданской войны). Эти волнения практически не перекинулись на другие, неарабские страны с мусульманским большинством. По существу арабский мир проявил себя как единое политическое пространство, несмотря на разницу политической организации местных сообществ, на их уровень и образ жизни, наличие или отсутствие племенных структур [27] и пр.

Сказанное означает, что фактически единое политическое пространство [28] может стать таковым в реальности, то есть могут развиваться интеграционные процессы. Существовала же в свое время Объединенная Арабская Республика (при Гамале Абделе Насере), сейчас есть Объединенные Арабские Эмираты, а также Лига арабских государств. Важным аргументом к тезису о формировании единого политического пространства может служить наличие единого миграционного пространства в рамках региона [напр: Малышева, 2007, 2008, 2010] [29] . Характерно, что в результате революционных событий в Северной Африке количество беженцев из региона распределялось так: 30 тыс. из Туниса и Ливии попытались перебраться в Европу (итальянский остров Лампедуза), а только из Ливии в Тунис и Египет переместилось 200 тыс. человек [Сумленный, 2011, с. 32–33].

На мой-то взгляд, сейчас интеграционным процессам противостоят в первую очередь местные элиты. Только непонятно, чего им теперь нужно больше бояться: внутренних или внешних вызовов. Возможно, внешние вызовы будут посерьезнее: ведь сдали же вполне прозападного и проамериканского египетского президента Хосни Мубарака. Почти везде неустойчивыми оказались конструкции взаимодействия «арабская элита — арабская улица» [30] , «арабская элита — западная элита». Нет перспектив у такой конструкции — «арабская улица — западная элита» (что предполагается идеей демократизации/вестернизации Арабского Востока). Но пока совершенно неиспробована система социального баланса типа «элиты всех арабских стран, соединяйтесь». Возможно, у нее есть перспектива. Надо напомнить, что идеи интеграции арабского мира [31] (а впоследствии и идеи панафриканского единства) пропагандировал Муаммар Каддафи. И сейчас среди лидеров арабских стран он находится в наиболее сложном положении [32] . Не поэтому ли?

Результаты выборов. Какие тенденции в организации «послереволюционной» жизни проявляются уже сейчас? Их можно проследить по результатам выборов в Тунисе и Египте [Кузнецов, 2011, Мальцев, 2011; Терентьев‑мл., 2011; Бурмистров, 2011; Мирзаян, 2011; Мирзаян, 2011, с. 69]. Везде побеждают так называемые «исламисты», которых политологи подразделяют на «умеренных» и «радикальных». «Умеренный исламизм» доминирует сейчас в Турции, которая считается образцом для исламского мира. Сейчас провозглашается, что турецкая модель будет распространена в арабском мире после революционных свершений. Эта версия достаточно сомнительна. В Египте происходят репрессии против христиан-коптов, слышатся призывы к запрету слишком «вольного поведения туристов», а также к разрыву отношений с Израилем. Турецкая модель также включала в качестве высшего арбитра между светским и религиозным путями развития армию [Федоров, 1999; Ахмедов, 2006], но на площади Тахрир в Каире сейчас бунтуют против как раз армейского руководства. Вполне можно предположить, что плодами «арабской весны» воспользуются именно радикалы.

Сирия и противостояние между шиитами и суннитами. Кто доминирует на Ближнем Востоке? Почему Запад поддерживает салафитов? Наиболее сложная ситуация сложилась в Сирии, где повстанцы, внутренние и внешние, по существу после серии провокаций против правительственных войск развязали гражданскую войну. Конечно, алавитское правительство Б. Асада — не сахар, но отнюдь не деспотичнее других правительств региона. Вооруженную оппозицию законному правительству Асада поддерживают Лига арабских государств (она поддерживала и вооруженную оппозицию режиму М. Каддафи), Турция (которая стремится пойти «неооттоманским путем») и ведущие страны Запада. Какое-то содействие законному правительству Сирии оказывают только Россия и Китай [Кузнецов, 2011, с. 26; Ахмедханов, Львова, 2011, с. 14; Сурков, 2011, с. 7; Паниев, 2011, с. 8].

На мой взгляд, главная причина этой ситуации заключается в том, что нынешняя Сирия — ближайший региональный союзник Ирана. ЛАГ, и в первую очередь Саудовская Аравия, стремятся ослабить Иран и за счет этого приобрести региональное лидерство. Ту же задачу, как уже сказано, решает Турция. Страны Запада, да и Израиль тоже, стремятся свернуть ядерную программу Ирана. Как можно увидеть, все участники стремятся к своим целям, и эти цели сходятся в сирийском направлении. Иран пока трогать очень опасно, по крайней мере до тех пор, пока у Эр-Рияда нет своего ядерного оружия [Сурков, 2011, с. 7]. Между ЛАГ и Ираном ведутся даже какие-то переговоры [Сурков, 2011, с. 8]. Но, как мне кажется, судьба нынешней Сирии и ее алавитского правительства предрешена — по модели ливийского режима. Тогда у Тегерана в регионе не останется серьезных союзников.

Убийство злодеев: новое обоснование империализма. Одним из заметных событий текущей весны, входящих в общий контекст «арабской революции», стала гибель Усамы бен Ладена [33] , террориста № 1, и Муамара Каддафи, лидера Ливии. Вероятно, сам бен Ладен давно уже был не у дел: многие годы его серьезно обложили спецслужбы. На какое-то (весьма недолгое) время это событие стало сенсацией. Но пора разобраться в нем спокойно. Само звание «террорист № 1» представляет собой идеологическую чепуху. Терроризм — это не вертикально организованная, а сетевая структура с неизвестным первым номером. Не вдаваясь в детали, можно сказать, что подобного рода персонификация позволяет избежать проблематизации: борьба с причинами терроризма заменяется уничтожением лидеров. Это скрывает реальные причины введения войск в Афганистан, Ирак, помощь оппозиции в Ливии и Сирии.

Получается очень интересная последовательность. Саддам Хусейн, обвиненный в разработке ОМП и международном терроризме, пойман и казнен без суда и следствия. Усама бен Ладен, обвиняемый в международном терроризме, убит без суда и следствия. За несколько часов до нападения на резиденцию бен Ладена был совершен налет на резиденцию Муаммара Каддафи (в свое время его обвиняли в международном терроризме, в разработке ОМП, а сейчас в геноциде по отношению к собственному народу), казнили без суда и следствия. На очереди президент Сирии Б. Асад.

Я сам не большой любитель этих персонажей. Но получается так, что огромные военные машины работают только для того, чтобы убить отдельных конкретных людей, а это абсурд. Я думаю, что можно говорить скорее об идеологическом трюке, посредством которого обосновываются скрытые цели установления влияния в отдельных стратегически важных уголках мира. И это месседж элитам других стран: смиритесь, если не хотите, чтобы вас постигла учесть Милошевича [34] , Хусейна, бен Ладена, Каддафи.

Эта тема имеет и иной аспект. Насколько мы помним, и Саддам Хусейн, и Муаммар Каддафи в свое время отказались от разработок ядерного оружия и других видов ОМП. Много ли теперь будет таких охотников? Иран уж точно от этого не откажется, да и Северная Корея.

Стабильность на Ближнем Востоке (Израиль). Недавно в Каире было подписано перемирие между ХАМАС (контролирует сектор Газа) и ФАТХ (контролирует Западный берег реки Иордан). Как можно понять, в результате вокруг Израиля не воцарятся мир, спокойствие и безопасность, а наоборот, поднимется градус религиозного радикализма. До недавнего времени у Израиля были вполне приличные отношения по крайней мере с Турцией и Египтом. С Турцией они испортились несколько лет назад (по турецкой инициативе), а сохранение израильско-египетских отношений стоит под большим вопросом. Не вдаваясь в конкретные выкладки, можно предположить, что ситуация чревата или глобальным, или региональным конфликтом[35] . Недавно Палестинская автономия в одностороннем порядке провозгласила свою государственность в границах 1967 г. и уже была признана Исландией [Кожевникова, 2011, с. 7]. Если, как планируется, Израиль нанесет удары по ядерным центрам Ирана и вызовет возмущение или агрессию исламского мира, что будет? Интересно, пожертвуют ли страны Запада, и в первую очередь США, судьбой Государства Израиль? Или заступятся с риском развязать новую мировую войну?

* * *

Мозаика событий, связанных с «арабской революцией», с трудом складывается в общую картину. Здесь трудно отделить закономерное от случайного и выделить общие тенденции. Возможно, это происходит потому, что политика местных правительств, также как и политика ведущих стран Запада в регионе, не была в последние несколько десятков лет концептуальной, то есть не исходила как из местных реалий, так и из перспектив дальнейшего развития. Не буду скрывать, что одной из таких перспектив я вижу развитие интеграционных процессов в арабском мире при лидерстве либо Саудовской Аравии, либо (что менее вероятно) Турции или Ирана. Но их конкретные проявления и результаты предсказать трудно.

Но кое-что можно сказать вполне определенно. Запад воспользовался (если сам не организовал) бунтами в арабском мире для того, чтобы усилить противостояние между суннитами и шиитами, целясь в первую очередь в Иран и его союзников в регионе (Сирия, в какой-то мере Ирак). Так руками салафитов предполагается ликвидировать иранскую ядерную угрозу. Но соответствует ли — в среднесрочной перспективе — укрепление салафитского варианта в регионе интересам как самого Запада, так и мира в целом? В этом я не уверен. Думаю, что ситуация в регионе преподнесет еще много сюрпризов. «Арабская весна» может стать удобным поводом для создания и поддержания в регионе «управляемого хаоса». Что будет после «арабских революций»? Никто не знает.

Литература

Али Т. Столкновение цивилизаций: крестовые походы, джихад и современность. — М., 2006.

Ахмедов В. Армия и власть на Ближнем и Среднем Востоке в эпоху глобализации и модернизации. — М., 2006.

Ахмедханов Б. Буря в пустыне //
Однако. 2011. 7 февр.

Ахмедханов Б., Львова Н. Услышать Сирию // Однако. 2011. 5 дек.

Бауман З. Текучая современность. —
СПб., 2008.

Ближневосточные революции подготовлены на американские деньги // Мир новостей.
2011. 3 мая. С. 4.

Бурмистров П. Обама достал Усаму // Русский репортер. 2011. 5–12 мая.

Бурмистров П. и др. Буря против заклинателя пустыни // Русский репортер. 2011. 24–31 мар.

Бурмистров П. Ислам на марше // Русский репортер. 2011. 8–15 дек.

Валькова Л. В. Саудовская Аравия. Нефть, ислам, политика. — М., 1987.

В России не оценили «арабскую весну» // Однако. 2011. 19 дек.

Глумсков Д. Революция forever // Эксперт. Лучшие материалы. Революции XXI века.
2011. № 9.

Григорьев Е. Подкоп под Шенген // Независимая газета. 2011. 14 мая.

Гесейнов В., Денисов А., Савкин Н., Демиденко С. Большой Ближний Восток: стимулы и предварительные итого демократизации. — М., 2007.

Кожевникова Е. Первая страна Западной Европы признала Палестину // Независимая газета. 2011. 1 дек.

Коновалов С. Москва оптимизирует военную группировку на Юге. Россия готовит адекватный ответ на возможные удары Тель-Авива и Вашингтона по Тегерану // Независимая газета. 2011. 15 дек.

Кузнецов А. Просто Аравия // Однако.
2011. 18 апр.

Кузнецов А. Арабская рулетка //
Однако. 2011. 17 окт.

Кузнецов А. Опасная игра // Однако. 2011. 14 нояб.

Куликов Д. Крах того, чего не может быть // Однако. 2011. 2 мая.

Леонтьев М. Большая игра. М., 2008.

Мальцев В. Лица исламской демокраии // НГ-религии. 2011. 7 дек.

Малышева Д. Б. Миграционные процессы на Ближнем Востоке и в Северной Африке // Миграционные процессы в развивающихся странах Азии и Африки (динамика и современное состояние): Сб. ст. — М., 2007.

Малышева Д. Б. Актуальные проблемы миграционной политики государств Ближнего Востока и Персидского залива // Миграционные процессы в развивающихся странах Азии и Африки (основные проблемы, попытки решения). — М., 2008.

Малышева Д. Б. Ближний Восток и Северная Африка: государственное регулирование миграции в условиях глобального экономического кризиса // Миграционные процессы в странах Азии и Африки. Опыт государственного регулирования. — М., 2010.

Мамаев Ш. Нефтяной королевский поход // Эксперт. 2011. 2–8 мая.

Мамедов С. Габалинская РЛС оказалась на иранской волне // Независимая газета.
2011. 22 дек.

Мирзаян Г. Зыбучая Ливия // Эксперт. 2011. 28 мар. – 3 апр.

Мирзаян Г. Ливийский капкан // Эксперт. 2011. 18–24 апр.

Мирзаян Г. Срок годности истек // Эксперт. 2011. 9–15 мая.

Мирзаян Г. В Тунисе заморозки // Эксперт. 2011. 31 окт. – 6 нояб.

Мирзаян Г. Игра на добивание. У Сомали нет шансов сохраниться в виде единого государства // Эксперт. 2011. 7–13 нояб.

Мирзаян Г. Между Кораном и Уставом // Эксперт. 2011. 19–25 дек.

Молодых А. Бунт сытых // Русский репортер. 2011. 14–21 апр.

Мусафир С., Веселов А. Осада Триполи // Русский репортер. 2011. 31 мар. – 7 апр.

Накануне третьей мировой? // Однако. 2011. 19 дек.

Наумкин В. В. Ислам и мусульмане: культура и политика. Статьи, очерки, доклады разных лет. М. — Нижний Новгород, 2008.

Паниев Ю. ООН усиливает нажим на Сирию // Независимая газета. 2011. 14 дек.

Панфилова В. Революционный кафтан для Центральной Азии // Независимая газета.
2011. 14 мая.

Панфилова В. Ливийский сценарий для Назарбаева // Независимая газета. 2011. 19 дек.

Панфилова В. (2) «Манас» останется базой, даже если будет центром // Независимая газета. 2011. 22 дек.

Панфилова В., Симонян Ю. Сетевые воины для ОДКБ // Независимая газета. 2011. 21 дек.

Перепелкин Л. С. «Проект модерна» и современная ситуация: власть и «гражданское общество» // Гражданское общество: теория и практика. Ежегодник. 2010. Вып. 4 / под ред. Г. Н. Григорьева и Ю. М. Резника. — М., Чебоксары: Чувашский гос. пед. Ун-тет; Независимый институт гражданского общества, 2010.

Петров Н. Брюссельский «Виртуозо» заменит Джеймса Бонда // Независимая газета. 2011. 12 мая.

Подопригора Б. Третья мировая — информационная? // Однако. 2011. 25 апр.

Скосырев В. Ким Чен Ын сообщил послам, кто главный // Независимая газета. 2011. 22 дек.

Сумленный С. Шенген заменят на контроль // Русский репортер. 2011. 12–19 мая.

Сурков Н. Эр-Рияд пригрозил ядерной дубинкой // Независимая газета. 2011. 8 дек.

Сурков Н. Выборы в Сирии со стрельбой и забастовками // Независимая газета. 2011. 13 дек.

Сурков Н. Исламские тяжеловозы пытаются договориться // Независимая газета. 2011. 16 дек.

Сурков Н. Иракская стабильность закачалась // Независимая газета. 2011. 22 дек.

Сурков Н. Иракская стабильность взорвана // Независимая газета. 2011. 23 дек.

Сценарии дальнейших вторжений США. Официальные документы Пентагона. М., 2009.

Терентьев‑мл. А. Робкий лев // Однако. 2011. 11 апр.

Терентьев‑мл. А. Аравийский пожар // Однако. 2011. 14 мар.

Терентьев‑мл. А. Осеннее похмелье // Однако. 2011. 7 нояб.

Терехов А. Запад создает Освободительную армию Ливии // Независимая газета. 2011. 22 апр.

Федоров В. А. Армия и модернизация в странах Востока. М., 1999.

Шумилин А. И. Энергетическая стратегия России и США на Ближнем Востоке и в Центральной Азии. — М., 2008.


[1] В работе используются некоторые предшествующие публикации автора.

[2] Отмечу, что протестным движениям в Москве (без жертв) и в Казахстане (с человеческими жертвами) предшествовала публикация идеи о создании Евразийского интеграционного пространства. Что же, бунты действительно отвлекают от перспективы.

[3] См.: Мирзаян, 2011, с. 93.

[4] На фоне «арабской весны» начался новый виток противостояния между шиитами и суннитами Ирака [Сурков, 2011, с. 7; Сурков, 2011, с. 8].

[5] Израиль никогда не подтверждал и не отрицал наличие у него ядерного оружия. Но ни у кого не вызывает сомнения, что оно у Израиля есть. В печати упоминались даже данные о наличии у Израиля от 10 до 90 ядерных боеголовок.

[6] Иран — типичное «пороговое государство», которое скоро может обладать ядерными боезарядами. Очевидно, что публичное «наказание» М. Каддафи, который отказался от «военного атома» и бактериологического оружия в обмен на стабильность своего режима, вполне учли в Тегеране. При этом ядерная программа Ирана взяла старт в начале 1970‑х гг. при активной поддержке стран Запада. Шах не скрывал, что Иран стремится к обладанию ядерным оружием. Стоит также напомнить, что западная интервенция в Ирак в 2003 году, а впоследствии бессудная казнь С. Хусейна, имела «ядерную подоплеку». Следует также обратить внимание на уверенное поведение нынешнего «наследного принца» Северной Кореи Ким Чен Ира, так как его страна входит в «ядерный клуб» [Скосырев, 2011, с. 7].

[7] Это напоминает концепцию «управляемого хаоса».

[8] Нельзя сказать, чтобы «мусульманский Восток» был вовсе бесконфликтным. Здесь есть и проблема Восточного Тимора, и движение моро на Филиппинах. Но градус напряженности на ББВ пока значительно сильнее.

[9] По данным американской разведки, наиболее опасными для Запада выступают такие страны региона, как Иран, Пакистан, Сирия [Сценарии, 2009].

[10] Здесь не место вдаваться в детали, но, кажется, никто на Западе не протестовал против вооруженного подавления шиитского восстания на Бахрейне.

[11] Вот занятный момент: слово «алкоголь» происходит из арабского языка, так как в регионе в 14 в. научились перегонять спирт (а ислам запрещает употребление спиртного). Символ «0», без которого невозможна современная математика, также был изобретен арабами. Античное наследие досталось Европе также в значительной степени при арабском посредстве.

[12] Надо отметить, что первая политическая партия на исламской основе — «Братья-мусульмане» — была создана во второй половине 1920‑х гг.

[13] Потом из состава Пакистана выделилась Бенгалия, или Бангладеш, причем индуистской Индии пришлось защищать мусульманскую Бенгалию от исламского же Пакистана.

[14] Недавно в иранской зоне Каспия обнаружены огромные запасы энергоносителей.

[15] Правда, воспользовавшись этим, США отказались от золотого стандарта доллара и до сих пор печатают в огромных количествах необеспеченную валюту.

[16] В этом году между консервативными правительствами США и Британии был заключен так называемый «Вашингтонский консенсус» о направлениях трансформации мира в интересах Запада.

[17] Интересно, что доступ к социальным сетям предполагает хорошую подготовку и возможность использовать Интернет или мобильную связь.

[18] Возможно, роль социальных сетей, основанных на новейших технологиях, преувеличивается. Так, современный автор пишет: «… начавшаяся в Таджикистане в 1992 году акция протеста на центральной площади Душанбе за считанные часы переросла в многотысячный митинг, а позднее в пятилетнюю гражданскую войну без использования интернет-технологий и мобильных телефонов». По мнению автора, основную роль в организации протестных акций играла мечеть [Панфилова, 2011, с. 1].

[19] Как очевидно, в любой стране с европейской политической культурой чрезмерная активность граждан/избирателей вне периода выборов может расцениваться как бунт. Поэтому подтасовка данных избирательных комиссий — важнейший аргумент для легализации излишней избирательной активности и для вмешательства извне. На этой волне можно организовать небольшую группу оппозиционеров и привлечь для активных действий заметное количество граждан.

[20] Применение силы (излишней — как говорят западные политики (?)) делегитимизирует как оппозицию, так и действующую власть в глазах в первую очередь Запада, но и в глазах граждан. Киргизские события 2005 и 2010 гг. происходили по иной схеме — с допущением насилия, и ясно почему. При этом к событиям «арабской весны» критерий насилия применяется только по отношению к государственной власти.

[21] Там темпы рождаемости выше, чем динамика создания новых рабочих мест.

[22] Когда я спросил у одной из участниц, что это за собрание, она отослала меня к старшему. Вряд ли так поступили бы те, кто действительно возмущен итогами выборов.

[23] Я в этом районе работаю, для меня было странно, как это люди могут целый будний день митинговать.

[24] Мне приходилось читать в прессе данные о том, что некоторые арабские оппозиционеры имели встречи с представителями американских политических структур незадолго до переворота [напр.: Ближневосточные революции…]. Но это мало о чем говорит, так как подобные встречи весьма распространены в практике американской политической элиты: здесь не привыкли класть яйца в одну корзину. Более того, именно «… внутриамериканская борьба во многом определяет сегодня развитие событий в мире». Так, ключевую роль в киргизских событиях 2005 г. сыграла так называемая «Крайсис групп», по существу филиал Демократической партии США, при этом официальные интересы этой страны имели противоположную направленность [Глумсков, 2011, с. 87]. Иными словами, разные политические группы США могут иметь свои представления о внешней политике страны.

[25] Также и ХАМАС, согласно некоторым данным, был создан спецслужбами Израиля в противовес ФАТХу.

[26] Кстати говоря, о современных политиках. Времена угроз и вызовов дают политических тяжеловесов типа Рузвельта, Черчилля, Сталина, Насера, Ганди, Мао Цзедуна и т. д. Но на современной политической арене я не вижу политиков подобного калибра. А ведь времена предстоят тяжелые. И их тяжесть будет обратно пропорциональна личным качествам политической элиты.

[27] И даже несмотря на то, что резолюцию ООН 1973 против Ливии поддержали некоторые арабские государства Персидского залива.

[28] Таковым же, если следовать данной логике, является и «постсоветское пространство».

[29] Надо сказать, что подобное пространство формируется сейчас и в рамках СНГ.

[30] Это реализовалось в событиях на Ближнем Востоке и в Северной Африке, хотя в ряде этих стран элита была вполне патерналистской и «делилась» с населением.

[31] По моему глубокому убеждению, если арабскими элитами будет осознана необходимость развития интеграционных процессов, то роль исламского/религиозного фактора будет здесь невелика, скорее всего. Дело в том, что религиозный фактор даже в достаточно гомогенном в этническом плане арабском мире является скорее причиной раздора, чем сближения. Здесь будет уместнее европейская политика XVII в. «чья власть, того и вера». Идеи Халифата как теократического супергосударства, на мой взгляд, малоперспективны. Но вот коллегиальный ответ на внешние вызовы и необходимость сбалансированного развития всего региона, возможно, будут востребованы арабскими элитами.

[32] Это проявляется, например, в помощи его оппонентам на Востоке страны (то есть временному правительству), поступающей от некоторых европейских членов НАТО и ЕС. Если учитывать, что в этой части Ливии наиболее сильны сторонники Аль-Каиды, то совершенно непонятно, чем эта стратегия может закончиться.

[33] Согласно ряду сообщений, Усама бен Ладен был захвачен живым и казнен без суда и следствия. В ходе его поимки было убито несколько его детей и внуков. Труп его был выброшен в море. О его последней резиденции знали чуть ли не с августа прошлого года.

[34] Его, насколько я знаю, просто уморили в тюрьме.

[35] Напомню, что Израиль, вероятнее всего, обладает ядерным оружием.



М

Медина аль-Ислам
Газета мусульман Евразии

М

Ислам Минбаре
Трибуна ислама —
Всероссийская газета мусульман

А

Аль-Минбар

И

Ислам в Российской Федерации

Серия энциклопедических словарей

Ж

Минарет

Ежеквартальный евразийский журнал мусульманской общественной мысли

КНИЖНЫЕ НОВИНКИ:
  • Вера и добродетель. Книга II из цикла «Проповеди» /И. А. Зарипов/
  • Коранический гуманизм. Толерантно-плюлистические установки /Ибрагим, Тауфик Камель/
  • История Корана и его сводов /Муса Бигиев/
  • Пустыня внемлет Богу: хрестоматия /сост. М. И. Синельников/
  • Исламская мысль: традиция и современность. Религиозно-философский ежегодник. Вып. 1(2016)
Д
Ислам: Ежегодный официальный журнал Духовного управления мусульман Российской Федерации
Фаизхановские чтения
Мавлид ан-Набий
Форумы российских мусульман
 
Рамазановские чтения
Фахретдиновские чтения
Хадж российских мусульман
Современные проблемы и перспективы исламоведения и тюркологии
Ислам на Нижегородчине
Миграция и антропоток  на евразийском пространстве
Х
В Вашем браузере не установлен компонент Adobe Flash Player, поэтому Вы не можете увидеть отображаемую здесь информацию.

Чтобы уставновить Adobe Flash Player перейдите по этой ссылке
Н

ИД «Медина» награжден почетной грамотой за активную книгоиздательскую деятельность

Р

Информационные партнеры

www.dumrf.ru | Мусульмане России Ислам в Российской Федерации islamsng.com www.miu.su | Московский исламский институт
При использовании материалов ссылка на сайт www.idmedina.ru обязательна
© 2009 Издательский дом «Медина»
закрыть

Уважаемые читатели!

В связи с плановыми техническими работами наш сайт будет недоступен с 16:00 20 мая до 16:00 21 мая. Приносим свои извинения за временные неудобства.