Издательский дом Медина Официальный сайт
Поиск rss Написать нам

Новости партнеров:

Медина аль-Ислам №155–156 — Александр Князев: Центральная Азия — это Ближний Восток замедленного действия
19.12.2014

Александр Князев: Центральная Азия — это Ближний Восток замедленного действия

Об «управляемом хаосе» как инструменте мировой политики, о Центральной Азии, как возможном плацдарме новых цветных революций и «дестабилизирующем» афганском факторе мы беседуем с руководителем экспертной группы Информационно-аналитического центра «CaspianBridge», доктором исторических наук, действительным членом Русского географического общества Александром Князевым.

— В последнее время все чаще и чаще приходится сталкиваться с примерами того, как в различных частях мира происходят события, больше напоминающий хорошо срежиссированный и управляемый хаос. Как Вы сами относитесь к теории «управляемого хаоса» и какие его особенности и вектора направленности могли бы обозначить в контексте Центральноазиатского региона.

— В принципе, история никогда не была спонтанным процессом, большинство ключевых исторических событий есть результаты неких проектов. Причем, в широком применении понятия «история», я говорю не только о новом или новейшем времени. Великая французская революция 1789 года уже несет в себе вполне очевидные следы британского, австрийского, испанского участия. О революции 1917 года, как и о развале СССР, и говорить нечего — это внешние проекты, реперно опирающиеся на внутристрановые сложности и противоречия. В естественном историческом процессе антагонизмов быть не должно, за исключением тех, что относятся к сфере конкуренции. Такие антагонизмы разрешаются либо военными способами, если это конкуренция междустрановая, либо на основе права — если речь идет о цивилизованной стране, либо в сфере криминальной... То, что вы подразумеваете под «срежиссированным и управляемым хаосом», таковым и является, это набор проектно подготовленных событий с просчитанными последствиями и взаимосвязями. Я абсолютно не вижу оснований сомневаться в том, что теория «управляемого хаоса» довольно успешно осуществляется на практике. При этом действия, осуществляемые США в целом ряде евразийских стран, в определенном смысле важны не сами по себе, но как компоненты стратегического дизайна, некие опорные площадки выстраиваемой системы управления процессами по созданию новой мировой структуры управления. Только в отличие от предыдущих веков эти проекты носят уже не точечный характер, скажем, только для какого-то отдельного региона, они жестко комплиментарны друг к другу, глобализация, знаете ли... Эти процессы давно уже имеют свою теоретическую базу, в англосаксонской политологии подобные трансформации, совершаемые посредством подобных парамилитарных действий, традиционно описываются простым технологическим понятием — смена режима («regime change»). Сценарное сходство «бархатных революций» в странах постсоциалистического мира и так называемой «арабской весны» отнюдь не случайно. В отличие от многосложных электоральных методик, технология «regime change» в своих принципах проста, а потому — удобна и эффективна. Вертикаль власти последовательно расшатывается изнутри, на всех уровнях административной иерархии, но обязательно — в массовом, всеохватывающем порядке. Параллельно последовательно формируется соответствующее общественное мнение, хотя бы для нескольких социальных групп и категорий, используемых затем в качестве орудия главного удара: его наносит как раз стихия толпы, которой не могут сопротивляться потерявшие контроль над ситуацией власти и вооруженные силы страны. Еще в начале 1960-х гг. русский ученый-эмигрант Евгений Месснер выявил принципиальные особенности нового типа войн, среди которых он называл отсутствие линий фронта и четких границ между противниками, превращение общественного сознания в основной объект воздействия, четырехмерность пространства войны. Центральноазиатский регион — это фактически центр Евразии. Россия, Китай, Кавказ, Средний Восток, все сходится здесь. Естественно, что в той глобальной конкурентной борьбе, которая сейчас происходит в мире, и в которой управление хаосом — один из важных инструментов, в это борьбе такой регион обойти вниманием нельзя. Среди коллег можно услышать утверждение, будто наш регион оказался на периферии мировых событий. Это намеренно лоббируемое и внедряемое в экспертную и политическую среду, в общественное мнение, утверждение, призванное на необходимое время отвлечь внимание от региона. Но рано или поздно, все, или практически все, сойдется здесь. Центральная Азия — это Ближний Восток замедленного действия...

— В одном из своих комментариев несколько лет назад вы называли Каспий «мостиком между двумя конфликтогенными регионами». Насколько вероятны, на ваш взгляд, дестабилизация Каспия и объединение Кавказа и Центральной Азии в единое хаотизированное пространство? Этот вопрос относится к предмету деятельности экспертной группы Информационно-аналитического центра «Caspian Bridge»?

— Да, это предмет нашей работы. Будучи сложным и сам по себе, объединяя различные политические системы каспийских стран, являясь узлом переплетения различных цивилизационных общностей, он привлекает к себе огромное количество интересов внерегиональных игроков мировой политики и, в силу этого объективно обладает высоким конфликтогенным потенциалом. В этих условиях переосмысление основных парадигм развития Прикаспия и граничащих с ним регионов — Центральной Азии, Кавказа, Среднего Востока, юга России — является чрезвычайно актуальной задачей экспертного сообщества. ИАЦ Caspian Bridge работает с конца прошлого года, функционирует интернет-сайт, к сотрудничеству с которым привлечено уже немало экспертов, авторитетных и в профессиональной среде, и обращающих на себя внимание в кругах принятия политических решений в ряде стран.

Каспийский регион, объединяющий пять стран —
Азербайджан, Иран, Казахстан, Россию и Туркмению, — является одним из важнейших узлов евразийской и мировой геополитики и геоэкономики. 18 сентября мы проводим в Актау уже четвертую, ежегодную международную конференцию «Парадигмы международного сотрудничества на Каспии». Раньше обсуждали и энергетику, и экологию, в нынешнем году единогласно вынесли в подзаголовок названия короткую формулировку — «военно-политический аспект». Это как раз на фоне всех тех процессов, о которых мы говорили выше... Конференция экспертов — к слову, не первая и не последняя, не решит, конечно, всех проблем, такой задачи и не ставится. Но провести мозговой штурм по наиболее актуальным, наиболее интересным, попробовать озвучить какие-то новые подходы — это мы стремимся делать. Информационно-аналитического центр «Caspian Bridge» из Актау и мой «Общественный фонд Александра Князева» — это исследовательские, экспертные организации.

Без создания механизмов коллективной безопасности для Каспия, которые были бы взаимоувязаны с региональной архитектурой безопасности Кавказа и аналогичной структурой в Центральной Азии, невозможна нормальная работа с пользой для каждой из стран этих регионов. А такой архитектуры безопасности нет ни на Кавказе, ни на Каспии, ни в Центральной Азии.

— Насколько предстоящий вывод международного воинского контингента из Афганистана, а также внутриполитический кризис в стране могут стать детонатором обострения ситуации к северу от афганских границ, и где слабое звено?

— Я осторожно отношусь в словам о «предстоящем выводе», пока он совсем не очевиден, в отличие от вполне реального внутриполитического кризиса. Вот, второе с точки зрения безопасности региона, значительно важнее. Идет дальнейшее ослабление возможностей афганского государства контролировать свою территорию. Дестабилизационный потенциал, направленный на наш регион, в виде международных террористических группировок типа Исламского движения Узбекистана, Глобального Исламского Джихада, различных салафитских, такфиристских группировок, в Афганистане существовал и существует независимо от того, кто занимает президентское кресло в кабульском Арке (резиденция президента ИРА). Наркотрафик с Кабулом также не согласовывается. Гораздо важнее наличие, либо отсутствие, заинтересованности в дестабилизации региона теми или иными центрами, координирующими деятельность вышеназванных группировок. А координируют их спецслужбы многих западных и исламских, да и не только этих, стран. Состояние стабильности и безопасности в странах региона определяется более глобальными процессами. Это уровень внутренней стабильности в социально-экономической и политической сферах, то, что порождает как массовые протестные настроения, так и уровень и формы конкуренции внутриполитических элит в каждой стране. Это уровень лояльности руководства той или иной страны к интересам США, возглавляющих список кураторов террористических группировок, базирующихся в Афганистане. Впрочем, ситуация меняется, и Афганистан теряет монополию как источник угроз. К примеру, отвоевавшие в Сирии боевики — выходцы из Средней Азии и Казахстана — сейчас концентрируются на территории Турции. Где им найдут применение — в странах их происхождения, в Ираке или на Украине — вопрос к заказчикам... Хотя, конечно, значимость Афганистана с точки зрения безопасности в регионе, доминирует. Но с передислокацией американских войск я бы эти процессы связывать не стал.

— В контексте возможности дестабилизации ситуации в ЦА можно ли говорить о том, что со стороны России появились признаки выстраивания долгосрочной стратегии в регионе, или она по-прежнему носит больше рефлекторный характер на внешние раздражители.

— На мой взгляд, о какой-то концептуальности региональной политики России говорить очень преждевременно. Собственно, говорить можно об адекватности или отсутствии таковой по отношению к каждой из стран региона, общей региональной политики я вообще не вижу. Что касается постранового взгляда, тут тоже слишком много противоречий и рефлекторики, что не соответствует ни интересам самой России, ни интересам стран региона.

Олег Столповский,
главный редактор
интернет-портала Antiterrortoday.com



МЕДИНА АЛЬ-ИСЛАМ

Медина аль-Ислам
Газета мусульман Евразии

МИНБАР ИСЛАМА

Ислам Минбаре
Трибуна ислама —
Всероссийская газета мусульман

АЛЬ-МИНБАР

Аль-Минбар

ИСЛАМ В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Ислам в Российской Федерации

Серия энциклопедических словарей

ЖУРНАЛ «МИНАРЕТ ИСЛАМА»

Минарет

Ежеквартальный евразийский журнал мусульманской общественной мысли

ИСЛАМ В СОВРЕМЕННОМ МИРЕ
КНИЖНЫЕ НОВИНКИ:
  • Вера и добродетель. Книга II из цикла «Проповеди» /И. А. Зарипов/
  • Коранический гуманизм. Толерантно-плюлистические установки /Ибрагим, Тауфик Камель/
  • История Корана и его сводов /Муса Бигиев/
  • Пустыня внемлет Богу: хрестоматия /сост. М. И. Синельников/
  • Исламская мысль: традиция и современность. Религиозно-философский ежегодник. Вып. 1(2016)
ДРУГИЕ ПЕРИОДИЧЕСКИЕ ИЗДАНИЯ
Ислам: Ежегодный официальный журнал Духовного управления мусульман Российской Федерации
Фаизхановские чтения
Мавлид ан-Набий
Форумы российских мусульман
 
Рамазановские чтения
Фахретдиновские чтения
Хадж российских мусульман
Современные проблемы и перспективы исламоведения и тюркологии
Ислам на Нижегородчине
Миграция и антропоток  на евразийском пространстве
ХАНАФИТСКОЕ НАСЛЕДИЕ
В Вашем браузере не установлен компонент Adobe Flash Player, поэтому Вы не можете увидеть отображаемую здесь информацию.

Чтобы уставновить Adobe Flash Player перейдите по этой ссылке
НАШИ УСПЕХИ

ИД «Медина» награжден почетной грамотой за активную книгоиздательскую деятельность

Реклама

Информационные партнеры

www.dumrf.ru | Мусульмане России Ислам в Российской Федерации islamsng.com www.miu.su | Московский исламский институт
При использовании материалов ссылка на сайт www.idmedina.ru обязательна
© 2009 Издательский дом «Медина»
закрыть

Уважаемые читатели!

В связи с плановыми техническими работами наш сайт будет недоступен с 16:00 20 мая до 16:00 21 мая. Приносим свои извинения за временные неудобства.