Издательский дом Медина Официальный сайт
Поиск rss Написать нам

Новости партнеров:

На пути к коранической толерантности / Тауфик Ибрагим
13.11.2012


 

«Все подлежат прощению, кроме грешивших в открытую»

Предписывая джальд как кару прелюбодеям, айат 24:2, скорее, подразумевает закоренелых грешников, а не любое лицо, уличенное в незаконной половой связи. Сходным образом повеление отсечь руку вору и воровке, фигурирующее в айате 5:38, скорее, касается не любого лица, совершившего кражу, пусть и случайно, а только заядлого преступника или вора. И в пользу такого толкования айата 24:2 отчасти свидетельствует последующий айат (24:3), по которому

Прелюбодей соединяется только с прелюбодейкой…,

А прелюбодейка – только с прелюбодеем.

Здесь, как справедливо отмечают комментаторы[149], «прелюбодей»/ «прелюбодейка» означает мужчину/женщину, которым свой-ственно заниматься прелюбодейством.

Далее, фигурирующая в айате 24:2/5:38 кара, скорее, выступает высшей мерой наказания за прелюбодеяние/кражу, когда грешник упорствует в своем проступке и когда все прочие методы увещевания и пресечения (включая, например, заключение) оказываются недейственными. Да и сам Коран дает понять о необходимой градации в мерах наказания. В частности, для хирабы (вооруженного разбоя на большой дороге) айат 5:33 определяет низшую меру – изгнание (нафи),[150] среднюю – отсечение конечностей, высшую – смертную казнь. И если в случае с прелюбодеянием или воровством употребляется только одна мера наказания, то, надо полагать, она служит именно предельной, наиболее суровой мерой.

Предписания о наказании за прелюбодеяние (айат 24:2) и за воровство (айат 5:38) следует понимать в свете гуманных наставлений Корана, данных, в частности, в связи с преднамеренным убийством. Как до него и Библия, Коран устанавливает талион (кысас), или равное возмездие, отдавая виновника во власть родственников убитого, которые могут лишить его жизни. Но Коран принципиально смягчает этот закон, неоднократно заповедует мусульманам проявлять великодушие и прощать[151] (2:178; 5:45; 16:126; 42:40). А раз в отношении тяжелейшего преступления – убийства – Бог призывает нас не пользоваться своим правом карать, то неужто Он станет настаивать на применении соответствующей меры наказания в случае с прелюбодеянием и воровством?!

Коранические наставления касательно условий наказания за прелюбодеяние примечательны еще тем, что если во всех прочих проступках достаточно свидетельства двух лиц, то для подтверждения факта прелюбодейства Писание требует показаний со стороны четырех свидетелей (4:15; 24:4).[152] При этом свидетели не могут ссылаться на косвенные улики и подозрения, но должны заявлять, что своими глазами видели акт прелюбодеяния во всех его деталях – как мужчина проникал в женщину, «наподобие карандаша для сурьмления в сосуд для сурьмы» [ка-ль-миль фи аль-мукхаля – Д 4452; Абу-Йусуф, 2001, с. 283].[153]

Такие требования и к качеству свидетельства, и к количеству свидетелей наводят на мысль, что суровость коранической меры наказания направлена на искоренение именно публичного разврата.[154] С другой стороны, строгость этих требований вполне соответствует характерному для Корана и Сунне снисходительному отношению к человеческой слабости, прегрешениям людей.

Разделяя установку, выраженную в знаменитых словах Иисуса – «Кто из вас без греха, первый брось на нее камень», – пророк Мухаммад заповедовал своим последователям закрывать глаза на недостатки мусульман, осуждая слежку и подозрительность (см. айат 49:12; хадисы Б 6064–6065; М 2563–2564). «Кто покроет [грехи] мусульманина, того Бог покроет в День воскресения», – увещевал Пророк (Б 2442; М 2580).[155]

 К сокрытию собственных грехов от чужих глаз он, конечно, призывал и самих лиц, впавших в порок: «Все [члены] моей общины подлежат прощению (му‘афа), кроме [грешивших] в открытую (муджахирун)» (Б 6069; М 2990).[156]

Примечательны и слова Пророка, обращенные к некоему Хаззалю из племени аслям, который склонил своего соплеменника Маиза, уличенного в прелюбодеянии, явиться к Пророку и признаться ему в содеянном: «Было бы для тебя лучше, если бы ты покрыл его (Маиза) собственным платьем!» [Д 4377; Х 21383; Малик, 1985, № 1553].[157]

Рассказывают также, что когда к Прорку привели вора, требуя наказать его отсечением руки, Пророк изменился в лице.

– Что с тобой, о Посланник Божий? – недоумевали те. – Тебе это не по нраву?

– Как же иначе, раз вы поспешествуете Сатане против брата вашего (ва-ма йамна‘уни ва-антум а‘ван аш-Шайтан ‘аля сахибикум)?! Ведь Бог милостив и любит помилование, – ответил Пророк, процитировав айат 22 суры 24: «Прощайте и извиняйте – / Разве не желаете [вы сами], / Чтобы Бог простил вас? / Всепрощающ Он и всемилосерд» [Х 3967, 4157; см. также Х 3703; Абу-Ханифа, 1995, с. 263].

Своим последователям, особенно судьям, Пророк завещал относительно применения хадда – предписанного Божьим законом наказания: «Насколько возможно, устраняйте хадд (версия: устраняйте хадд сомнениями), ибо ошибка в помиловании лучше ошибки в наказании»[158] [Ж 2545; Т 1424; Абу-Йусуф, 2001, с. 264].

 И сам он являл в этом подобающий пример. В частности, вышеупомянутого Маиза Пророк все склонял к отказу от признания: «Может быть, ты только ее поцеловал, только обнял?»[159] (Б 6824). В том же духе он подсказывал приведенному к нему вору: «Не думаю, что ты украл!»[160] – дважды или трижды повторил Пророк (Д 4380; Ж 2597; Н 4877; Х 22002).

Подавляющее большинство богословов-факихов надлежащим образом руководствовались этим толерантным наставлением Пророка, в уголовных делах рекомендуя истолковывать в пользу подсудимого всякие сомнения и для этого подсказывать подсудимому возможные пути ухода от наказания.[161] Однако многие из них не до конца осознали всю широту гуманной заповеди Корана и Сунны об искупительной силе раскаяния (тауба). Что касается интересующего нас здесь вопроса – о прелюбоедянии, то отношение Пророка к раскаявшимся грешникам хорошо иллюстрируют следующие истории.

Как-то к Пророку пришел человек, заявив: «Я совершил поступок, заслуживающий наказания (хадд), – исполни же его по отношению ко мне!» Пророк пропустил его слова мимо ушей, ничего не спрашивая о содеянном. Вскоре наступило время ритуальной молитвы, и этот человек сотворил ее вместе с Пророком. По ее окончании он вновь подошел к Пророку, повторив свое заявление.

– Разве ты не молился с нами? – спросил его Пророк.

– Да.

– Так Бог простил тебе грех твой (инна Аллаха кад гафара ляка занбака/хаддака –  Б 6823; М 2764–2765) [162].

Повествуют и об одном мединце, прибывшем к Пророку и признавшемся ему в интимной близости с недозволенной ему женщиной (в одной версии уточняется: не дошедшей до проникновения). Пророк оставил незамеченным его признание, а присутствовавший при этом Умар наставил того: «Бог покрыл бы твой [грех], если бы ты сам его покрыл» (кад сатара Аллах ‘аляйк лау сатарта ‘аля нафсик). Когда тот вновь обратился к Пророку, последний процитировал ему айат 114 суры 11, где сказано: «Воистину, деяния добрые устраняют деяния дурные».

– Это касается только меня или распространяется на всех людей? – спросил мединец.

– На всех без исключения, – ответил Пророк (М 2763; Ж 1398; Т 3112; см. также: Б 526; М 2763).

Также в одной версии вышеупомянутого предания о Маизе говорится, как при исполнении наказания над ним (раджм) тот убежал, но его догнали и прикончили. Когда об этом доложили Пророку, он воскликнул: «Почему не оставили его в покое?! Быть может, он бы раскаялся и Бог простил ему»[163] (Д 4419; Х 21383).

Не уделяя должного внимания ни такого рода свидетельствам,[164] ни кораническим откровениям, дарующим амнистию раскаявшимся лицам даже из числа воевавших против мусульман язычников (9:11) и из числа участников вооруженного разбоя-хирабы (5:34), факихи-ригористы не считают раскаяние снимающим уголовное наказание в случае прелюбодеяния (а также кражи и употребления вина). К такому противоречию фундаментальной толерантной ориентации Корана и Сунны, а с ней и здравому смыслу, их привело именно некритическое принятие некоторых хадисов, приписывающих Пророку соответствующие приговоры в отношении раскаявшихся грешников. Вместо того чтобы в свете этой толерантной ориентации разглядеть неподлинность таких хадисов или хотя бы отнести их к «отмененным» (мансух), ригористы, водимые такими хадисами, пошли в обратную сторону, существенно сужая коранический/пророческий гуманизм!



М

Медина аль-Ислам
Газета мусульман Евразии

М

Ислам Минбаре
Трибуна ислама —
Всероссийская газета мусульман

А

Аль-Минбар

И

Ислам в Российской Федерации

Серия энциклопедических словарей

Ж

Минарет

Ежеквартальный евразийский журнал мусульманской общественной мысли

КНИЖНЫЕ НОВИНКИ:
  • Вера и добродетель. Книга II из цикла «Проповеди» /И. А. Зарипов/
  • Коранический гуманизм. Толерантно-плюлистические установки /Ибрагим, Тауфик Камель/
  • История Корана и его сводов /Муса Бигиев/
  • Пустыня внемлет Богу: хрестоматия /сост. М. И. Синельников/
  • Исламская мысль: традиция и современность. Религиозно-философский ежегодник. Вып. 1(2016)
Д
Ислам: Ежегодный официальный журнал Духовного управления мусульман Российской Федерации
Фаизхановские чтения
Мавлид ан-Набий
Форумы российских мусульман
 
Рамазановские чтения
Фахретдиновские чтения
Хадж российских мусульман
Современные проблемы и перспективы исламоведения и тюркологии
Ислам на Нижегородчине
Миграция и антропоток  на евразийском пространстве
Х
В Вашем браузере не установлен компонент Adobe Flash Player, поэтому Вы не можете увидеть отображаемую здесь информацию.

Чтобы уставновить Adobe Flash Player перейдите по этой ссылке
Н

ИД «Медина» награжден почетной грамотой за активную книгоиздательскую деятельность

Р

Информационные партнеры

www.dumrf.ru | Мусульмане России Ислам в Российской Федерации islamsng.com www.miu.su | Московский исламский институт
При использовании материалов ссылка на сайт www.idmedina.ru обязательна
© 2009 Издательский дом «Медина»
закрыть

Уважаемые читатели!

В связи с плановыми техническими работами наш сайт будет недоступен с 16:00 20 мая до 16:00 21 мая. Приносим свои извинения за временные неудобства.