Издательский дом Медина Официальный сайт
Поиск rss Написать нам

Новости партнеров:

Нижегородская ярмарочная мечеть/ Сенюткина О. Н., Загидуллин И. К.
19.03.2012

 

 

«…сама природа указала Нижнему Новгороду быть одним из важнейших городов мира. Географическое положение его чрезвычайно выгодно. Можно сказать, что во всей внутренней России нет другого пункта, кроме Нижнего Новгорода, который был бы так удобен для отправления обширной торговли» 139.

Мельников П. И.

139 П.И. Мельников перечислил эти удобства: «Волга и Каспийское море представляют ему открытый путь на Кавказ, в Персию, в Среднюю Азию и даже в самую Индию. Волга, Дубовская железоконная дорога и Дон связывают Нижний Новгород и Нижегородскую ярмарку с Турцией, Левантом, Египтом и Южною Европою. Волга и Кама сближают это место с Уральским хребтом и Сибирью, через которую идет открытый путь в Китай. С другой стороны, Волга с водосоединительными каналами соединяет Нижний Новгород с Санкт-Петербургским портом, этим окном России в Европу, а также и с северными губерниями европейской России. Она соединяет Нижний Новгород с внутреннею Россией и сердцем ее — Москвою».

О ТОРГОВЦАХ
НА НИЖЕГОРОДСКОЙ
ЯРМАРКЕ. 1850-Е ГГ.

В конце 1850-х годов из числа зарегистрировавшихся на ярмарке 15 тысяч торговцев иностранцы составляли 700 человек, в том числе 485 — из Западной Европы, 215 — из Азии (120 персиян, 70 бухарцев, 15 хивинцев и 10 ташкентцев). Среди остальных по этноконфессиональному составу выделялись несколько больших групп: русские — 12500 человек (83,3%), армяне — 1500 (10%), татары — 300 (2%).

Остроумов П.А. Нижегород-ская ярмарка в 1817–1867 гг. //Исторические записки.
Т. 90. М.,1972. С. 216.

 

СПИСОК МУСУЛЬМАН ЯРМАРОЧНОГО ПРИХОДА, ПОДПИСАВШИХ ОБРАЩЕНИЕ МИНИСТРУ ВНУТРЕННИХ ДЕЛ О ЦЕЛЕСООБРАЗНОСТИ НАЗНАЧЕНИЯ МУФТИЕМ
ОМДС ДУХОВНОГО ЛИЦА. 1885 ГОД.

Список подписавших возглавили купцы Оренбургского края: сеитовский купец Ахмет Хусаинов, временный оренбургский купец Юсуп Девишев, оренбургские купцы Мухамеджан Шарипов, Гайнетдин Сыров, орский купец Ахмадулла Рахматуллин, по доверенности оренбургского купца Шангарея Ильясова брат его Мухамеджан Ильясов, казанские купцы: Ахметзян Сайдашев, Мухамеджан Галеев, Муртаза Азимов, Галим Хусаинов Субеев, Ахметзян Рахматуллин, Галимулла Файзуллин, Габдулвали Чукин, Шагабутдин Негматуллин, Камалутдин Гимадетдинов, Шагиахмет Забиров, Мухаметазим Аитов, Ахметзян Максютов, Абдулганий Биктемиров, Бурганетдин Муллин, Исхак Айтуганов, Салих Губайдуллин, Шамсутдин Юсупов, Мухамедшарип Абдуллин, Гарафутдин Абдуллин, Хамит Габитов, Халиулла Галеев, Нугаман Каримов, Хамит Сабиров, Абдрахман Кушаев, купцы и потомственные почетные гражданины Юсуп и Хасан Арсаевы, купеческий брат Мухаметшакир Мусин, казанские мещане Серазетдин Утяганов, Исхак Шарафутдинов, арский купец Гумер Якупов, арский купеческий сын Абдрахман Ишмуратов, Елатомские купцы Нугмитулла Демишев, Хабибулла Девшин (?), уроженец Пензенской губернии Керенского уезда д.Шалбаш Абдрахим Девлеткамов, потомственные почетные граждане Хайрулла Кастров, Мирза Емаев, Ибрагим Кастров, касимовский купец Мухамедалий Тубакаев, касимовский мещанин Фатхулла Ширинский, крестьянин Елантовского уезда Мухамедвалей Танеев, временный оренбургский 2 гильдии купец Фазлула Девлеткамов, астраханский купец Ибрагим Эрембетов, астраханский мещанин Ибрагим Халилов, ставропольский 1-й гильдии купец Хасын Алеев, карсунский 2-й гильдии купец Хисметдин Алеев, стерлитамакский 2-й гильдии купец Мухаметзариф Утямышев, казанский купец Шамсутдин Сагадеев, «нижегородский ахун» Семерхан Соколов.

Источник: РГИА, ф.821, оп.821, оп.138, д.116, лл.129–131 об.

 

ТОРГОВО-ПРОМЫШЛЕННЫЕ ФИРМЫ — УЧАСТНИКИ
НИЖЕГОРОДСКОЙ ЯРМАРКИ 1926 ГОДА

Юсупов Якуб. Казань.
 Азиатская обувь.

Ахмедгалиев И. Казань.
Азиатская обувь.

Девлятбаев и Невматуллин. Шерсть. Валяная обувь.
Нижний Новгород.

Авзалилов Калим. Меховые товары и каракуль. Казань.

Хадам Али Мустафа Оглы. Перефрукты. Москва.

Ивадулла Абдула Заде.
Перефрукты. Баку.

Али Ага Дарруди. Оптовая торговля перефруктами. Персия. Мешед. Москва.

Бр. Асадуллаевы.
Торгово-комиссионная
контора. Москва.

Мамед Али Абдулов.
Перефрукты. Астрахань.

Азиз Алиев. Перефрукты
и рис. Баку.

Курбанов Али Аскер. Перефрукты.Баку.

Узбексельсоюз.

Сухофрукты. Москва.

Казимовы Ибрагим и Гусейн. Персидские фрукты. Москва.

Сердак Джагаров и Гусейн Юсуфов. Сухофрукты. Персия.

Мамедов Фармаз. Персидские фрукты. Нижний Новгород.

Халил Оглы Азиз.
Персидские фрукты. Москва.

Исмаил Зейнали. Сухофрукты. Персия. Астрахань.

Ганджи Ага Оглы Гаджи Баба. Персидские фрукты. Москва.

Буюк Аси Фазилов.
Сухофрукты. Баку.

Садык Юсуфов. Сухофрукты. Персия.

Апанаев И.И. Мыло разное. Казань.

Выборка из: Всесоюзная Нижегородская ярмарка. Каталог и путеводитель. Канавино:
Тип. «Красный печатник», 1926. С.115–126.

ТОРГОВЫЕ ФИРМЫ —
УЧАСТНИКИ НИЖЕГОРОД-СКОЙ ЯРМАРКИ 1926 ГОДА

А.А. Дарруди

Ахмедгалиев Ибрагим

Авзалилов Калим

Гизятулин Гильман

Девлятбаев и Невматуллин

Залямензинов Калимуялла

Казим Заде

Татарский союз
потребительских обществ

Узбеквино

Узбексельсоюз

Узбекгосторг

Фаткуллин М.Х.

Выборка из: Всесоюзная Нижегородская ярмарка. Каталог и путеводитель. Канавино:
Тип. «Красный печатник», 1926. С. 102–112.

ГАБДУЛЛА СУЛЕЙМАНИ

В истории особое место занимают герои, которые не кичатся своими заслугами, но в нужное время и в нужном месте умеют блистательно решить поставленные жизнью перед обществом проблемы. Именно к таким деятелям относится Габдулла Сулеймани. В последнее время неоднократно писалось о том, что именно Сулеймани является автором идеи объединения органов религиозной и национально-культурной автономии на Нижегородчине в 1917 году.

Корни Абдул-Мухамета Халиловича Сулейманова (1886–1937) происходили из Тамбовской губернии, а сам он был родом из мещан города Мамадыша Казанской губернии. В Казани он учился в медресе «Мухаммадия» и стал мюридом мударриса медресе, затем муфтия ЦДУМ в 1917–1921 годах Галимджана Баруди. Сулеймани получил и университетское образование, после чего занял место своего отца и стал вторым, затем первым имамом Нижегородской ярмарочной мечети в 1912–1917 годах. Здесь он проживал в Канавине на Напольно-Вокзальной улице, в доме 11, принадлежащем Ахмедбаю Хусаинову, миллионеру и виднейшему меценату джадидского образования, владевшему также гостиницей «Двухсветной» на ярмарке. По данным жандармского управления никаких сведений о принадлежности его к какой-либо противоправительственной партии не имелось.

Звездный час для Сулеймани настал в 1917 году. Тогда органы национально-культурной автономии татар Нижегородчины были впервые созданы мусульманским духовенством. Так, в начале апреля 1917 года имам Нижегородской ярмарочной мечети Габдулла Сулеймани создал Нижегородский губернский мусульманский комитет. Его целями было ознакомление с религиозными, национальными, экономическими и общественными потребностями татар-мишар губернии и принятие мер к их удовлетворению. С апреля 1917 года татарские национальные лидеры начали выступать за созыв национального съезда перед общероссийским мусульманским. На заседании Казанского мусульманского комитета это предложение получило поддержку большинства членов комитета. На Уфимском губернском мусульманском съезде улем и мударрис Зыя Камали и писатель Галимджан Ибрагимов также предложили вначале провести съезд мусульман Внутренней России. Инициативу проведения съезда в Казани поддержал и мусульманский комитет Нижнего Новгорода под руководством Сулеймани.

На I Всероссийском мусульманском съезде в мае 1917 года в Москве Г. Сулеймани стал казыем (судьей) ЦДУМ. На съезде он первым выступил в поддержку территориальной автономии мусульман Внутренней России и завоевал репутацию общенационального политика, так как абсолютное большинство еще даже не понимало саму концепцию будущего Татарстана. На II Всероссийском мусульманском съезде в Казани в июле 1917 года. Г. Сулеймани стал членом президиума съезда от духовенства. В докладе от имени ЦДУМ Г. Сулеймани проанализировал его деятельность в послереволюционный период. Он вначале указал, что делопроизводство Собрания перешло на татарский язык; что в соответствии с постановлениями Московского съезда мая 1917 года, уравнявшего права женщин и мужчин в сфере семейного права, Собрание упорядочило вопросы брака и развода. Оно столкнулось с ситуацией, когда «в некоторых местностях народ восстал против крайне консервативного духовенства, а в других местах — наоборот не любит, что духовенство слишком либеральное». Собрание покончило с практикой выдачи свидетельств на должности духовенства неподготовленным лицам. Собрание взяло под контроль принятие людьми Ислама, так как «ежедневно переходят в Ислам не менее пяти лиц, а в некоторые дни их число превышает сто человек». Собрание взяло на себя контроль над вакфами, выполняя решение Нижегородского III Всероссийского мусульманского съезда 1906 г. Собранием был сформирован отдел просвещения в составе выдающихся улемов: Габдуллы Буби (члена ЦК партии «Иттифак аль-муслимин», избранного на вышеупомянутом Нижегородском съезде), бывшего казыя Хасан-Гаты Габаши, Габдуллы Газизова. Сулеймани заявил, что ближайшими задачами Собрания являются организация махаллей и мухтасибатов, созыв съезда прихожан и имамов для решения вопроса об удовлетворении норм приходов и определения жалования духовенства.

29 июля 1917 г., выступая на съезде, Сулеймани отметил, что правовое положение женщин находится в критическом состоянии. Он констатировал: с одной стороны, вышеупомянутые постановления Московского съезда, с другой стороны — нормы шариата и Корана: «Со всех сторон эти постановления опротестовываются, и даже по этому вопросу прибыла делегация военных. Некоторые военные в Уфе из мечети выгнали женщин». Сулеймани отметил, что эти радикалы даже не отреагировали на замечания имамов, что пребывание женщин в мечети не противоречит нормам Корана. Сулеймани от имени Собрания призвал внести изменения в постановления Московского съезда, особо отметив, что вопросы норм шариата должны решаться только Духовным собранием, а не голосованием на съездах.

Поправка Сулеймани сводилась к констатации того, что женщины обладают всеми правами, содержащимися в Коране, а также всеми политическими правами и свободами. Вместе с тем, Духовное собрание регулирует вопросы многобрачия и развода (талак), контролируя соблюдение прав женщин. Вопросы же свидетельствования (шахада) и наследования (мирас) должны решаться по Корану. Против такого варианта выступили молодые социалисты, включая Мулланура Вахитова, Ильяса Алкина, Галимджана Ибрагимова и других. Позицию Сулеймани подержали муфтий Галимджан Баруди и ахун Белебея Джамалетдин Хурамшин.

Поправка Духовного собрания была отклонена большинством голосов, а его членов упрекнули в невыполнении решений съезда, на котором они были избраны. В ответ Сулеймани заявил, что в случае неприятия их поправки, Духовное собрание в полном составе уходит в отставку. В итоге, съезд покинули радикалы, а поправка Духовного собрания были принята единогласно. Таким образом, имамы сохранили единство нации. Духовное собрание донесло до общественных деятелей позицию большинства народа, выступавшего тогда против полного равноправия женщин.

12–18 августа 1917 года на Нижегородском губернском мусульманском съезде был избран губернский Милли Шуро (Национальный совет) опять-таки во главе с Габдуллой Сулеймани. Он же стал единственным депутатом Миллет меджлисе (Национального собрания) татар от Нижегородской губернии и переехал в Уфу как казый ЦДУМ и член Диния Назараты (Религиозного министерства) Временного Милли Идарэ (Национального управления). 11 января 1918 года на сессии Миллет меджлисе произошло избрание коллегий назаратов, и Г. Сулеймани стал членом уже постоянного Диния Назараты. Пост председателя сохранил Г. Баруди. Реальная власть в Диния Назраты была в руках последователей ордена Накшбандийа: шейха Г. Баруди и его мюридов К. Тарджемани и Г. Сулеймани. В решении советских властей о роспуске Милли Идарэ от 12 апреля 1918 года было особо отмечено сохранение Духовного управления, «с условием невмешательства в политические дела». 25 апреля 1918 года от имени Диния Назараты Г. Баруди и казыи подписали воззвание, где они предупреждали авторов этого решения об ответственности перед божьей карой, судом нации и истории. В июне 1918 года Милли Идарэ возобновило свою работу после перехода Уфы под власть войск КомУЧА. Поздравление с избавлением от власти большевиков подписал и Г. Сулеймани.

В 1923 и 1926 годах на II и III Всероссийских съездах мусульманского духовенства Г. Сулеймани был переизбран казыем и членом Диния Назараты, на съезде 1926 года он вошел в состав Голямалар Шурасы (Совета улемов). В годы большого террора Сулеймани был арестован по «Делу о заговоре руководителей ЦДУМ», по которому было уничтожено более 30 человек, включая Дж. Абзгильдина, Х. Атласи, М. Буби, З. Камали, К. Тарджемани. Однако светлый образ Габдуллы казыя навсегда останется в памяти мусульман Нижегородчины.

Хабутдинова М. Габдулла Сулеймани //Медина аль-Ислам. 2005. № 8(11). С. 14.

 

[1] Цит. по: Шумилкин С.М. Нижегородская ярмарка. Н. Новгород: Изд-во «Понедельник», Волго-Вятское кн. изд-во, 1996. С. 59.

[2] В начале XX века на месте, которое было частью определено под ярмарку, но так и не использовано под нее, будет возведено здание Нижегородской соборной мечети.

[3]«За рекою Окою на урочище называемом Стрелкою где и временные балаганы уже строениям начаты» — ЦАНО, ф. 489, оп. 286 а, д. 8, л. 1–7. 14 мая 1817 года.

[4] Канавинский район — один из старейших районов Нижнего Новгорода. Первое упоминание о нём как о Кунавинской слободе относится к 1599 году. Переход от произношения «Кунавино» к «Канавино» произошёл в первой половине XX века. В начале XX века фактически часть Нижнего Новгорода, прилегающая к постройкам ярмарки, официально называемая Макарьевской частью. Жителей в обычное время до 12 тыс., во время ярмарки свыше 50 тыс. Формально до 1928 года Канавино было самостоятельной административной единицей (с 1919 года — городом), а с 1928 года как район вошло в состав Нижнего Новгорода.

[5] К тому же, многие купцы поплыли по старинке к Макарьевскому монастырю и торговали там.

[6] ЦАНО, ф. 472, оп. 287, д. 138, лл. 1, 1 об.

[7] ЦАНО, ф. 489, оп. 286, д. 1166, л.4.

[8] П.И.Мельников перечислил эти удобства: «Волга и Каспийское море представляют ему открытый путь на Кавказ, в Персию, в Среднюю Азию и даже в самую Индию. Волга, Дубовская железоконная дорога и Дон связывают Нижний Новгород и Нижегородскую ярмарку с Турцией, Левантом, Египтом и Южною Европою. Волга и Кама сближают это место с Уральским хребтом и Сибирью, через которую идет открытый путь в Китай. С другой стороны, Волга с водосоединительными каналами соединяет Нижний Новгород с Санкт-Петербургским портом, этим окном России в Европу, а также и с северными губерниями европейской России. Она соединяет Нижний Новгород с внутреннею Россией и сердцем ее — Москвою».

[9] Комитет по постройке Нижегородского ярмарочного Гостиного двора просуществовал до 1835 года — ЦАНО, ф. 2363, оп. 1708, д. 80 а, 36 л.

[10] Филатов Н.Ф. Нижний Новгород. Архитектура XVI – начала XX в. Н. Новгород, 1994. С. 131, 133.

[11] ЦАНО, ф. 1397, оп. 1, д. 49, л. 23 об. и др.

[12] Загидуллин И.К. Нижегородская ярмарка как центр экономической и общественной жизни татарских предпринимателей //Форумы российских мусульман на пороге нового тысячелетия. 4–5 ноября 2005 г. Н. Новгород: Изд-во НИМ «Махинур», 2006. С. 74–95.

[13] Рожкова М.К. Экономическая политика царского правительства на Среднем Востоке во второй половине XIX века и русская буржуазия. М.;Л., 1949. Таблицы №5–8. С. 36–39.

[14] Цит. по: Богородицкая Н.А. Нижегородская ярмарка в воспоминаниях современников. Н. Новгород: Б. и., 2000. С. 16.

[15] [Тярин Н.] Записки о поездке на Нижегородскую ярмарку Московской практической академии воспитанника Николая Тярина — Богородицкая Н.А. Нижегородская ярмарка в воспоминаниях современников. Н. Новгород: Б. и., 2000. С. 59.

[16] Овсянников Н.Н. О торговле на Нижегородской ярмарке. Н. Новгород, 1867. С. 6.

[17] Макарьевско-Нижегородская ярмарка. Очерки истории. Н. Новгород, 1997. С. 103.

[18] Цит. по: Богородицкая Н.А. Нижегородская ярмарка в воспоминаниях современников. Н. Новгород: Б. и., 2000. С. 54.

[19] Цит. по: Богородицкая Н.А. Нижегородская ярмарка в воспоминаниях современников. Н. Новгород: Б. и., 2000. С. 65.

[20] Овсянников Н.Н. О торговле на Нижегородской ярмарке. Н. Новгород, 1867. С. 349–350.

[21] Овсянников Н.Н. О торговле на Нижегородской ярмарке. Н. Новгород, 1867. С. 16; Об отношении Сибирского транзита к Нижегородской ярмарке (В защиту южного направления Урало-Симбирской железной дороги). Б.г., Б.м. С. 43.

[22] Цит. по: Богородицкая Н.А. Нижегородская ярмарка в воспоминаниях современников. Н. Новгород: Б. и., 2000. С. 45.

[23] Рожкова М.К. Ук. соч. Таблицы №34, 41 и 47. С. 180, 186,187,192, 349–350.

[24] Мельников П. Нижегородская ярмарка в 1843, 1844, 1845 годах. Н. Новгород: Губ. тип., 1846. С. 249.

[25] Рожкова М.К. Ук. соч. С. 349–350; Овсянников Н.Н. О торговле на Нижегородской ярмарке. Н. Новгород, 1867. С. 41; Свердлова Л.М. Ук. соч. С. 126–127.

[26] Макарьевско-Нижегородская ярмарка. Очерки истории. Н. Новгород, 1997. С. 105.

[27] Цит. по: Богородицкая Н.А. Нижегородская ярмарка в воспоминаниях современников. Н. Новгород: Б. и., 2000. С. 90.

[28] Рожкова М.К. Ук. соч. С. 348–349; Храмцовский Н. Краткий очерк истории и описания Нижнего Новгорода… С. 215.

[29] Сенюткина О.Н. Ярмарочная мечеть — центр общения мусульман России // Мадина аль-Ислам. 2005. №6(9).

[30] Об интенсивности движения грузов на ярмарку по речным путям см., например, «Книгу для записи судов с грузом, отправляемым вниз по Волге, Каме и Суре в навигацию 1839 года», в которой, в частности, говорится об отправке казанскими купцами «подошвенных кож» для торговли — ЦАНО, ф. 489, оп. 286 а, д. 147, л. 2 об.

[31] Овсянников Н.Н. Ук. соч. С. 12.

[32] История Казани в документах и материалах. XIX в.: Промышленность, торговля, финансы /Под ред. И.К.Загидуллина. Казань: Магариф, 2005. С. 665.

[33] История Татарской АССР. Т.1. Казань, 1955. С. 346, 349.

[34] Монастырский П. Иллюстрированный спутник по Волге. Казань, 1884. С. 167–168.

[35] Строительство Сибирской железной дороги было утверждено 18 декабря 1875 года — дорога получила название Александровской — ЦАНО, ф. 1397, оп. 1, д. 54, л. 27.

[36] Письмо выборных ярмарочного купечества . 1880 год — ЦАНО, ф. 1397, оп. 1, д. 54, лл. 27, 27 об., 28, 28 об.

[37]«Записка о Сибирско-Уральской железной дороге по сделанному изысканию Уполномоченными от сибирского купечества». 1880 год. В этом документе на цифровом материале доказывалась необходимость проложить железную ветку Екатеринбург — Тюмень. См.: ЦАНО, ф. 1397, оп. 1, д. 54, лл. 37–43 об.

[38] ЦАНО, ф. 1397, оп. 1, д. 54, л. 35.

[39] Канделаки И.В. Роль ярмарок в русской торговле. СПб.: Тип. редакции период. изд-ва Министерства финансов, 1914. С. 13.

[40] Войткович И.Ф. Нижегородский ежегодник. Н. Новгород, 1912. С. 110.

[41] Денисов В.И. Ярмарки. СПб.: Тип. В.Ф. Киршбаума, 1911. С. 7–16.

[42] Лаврухин А. Н. Нижегородская ярмарка. С предисловием С. Малышева. М.: Изд-во «Плановое хозяйство», 1925. С. 19.

[43] Был полон «карман» России…//Комсомольская правда. 1990. 18 мая.

[44] Отчет временного Нижегородского ярмарочного отделения Госбанка о свертывании торговли на Нижегородской ярмарке в 1917 году — ЦАНО, ф. 489, оп. 286 а, д. 234, л. 1.

 

Глава II. Роль Нижегородской ярмарочной мечети как центра общения российских и зарубежных мусульман в XIX столетии

2.1.Нижегородская ярмарка — всероссийский и международный торговый центр

В налаживании и укреплении экономических связей между регионами евразийского Российского государства, формировании всероссийского рынка ключевое значение принадлежало сети ярмарок, на долю которых в XVIII–XIX веках приходилась основная часть торгового оборота. Осознавая важность меновых дворов и ярмарок в социально-экономическом развитии страны, правительство старалось создавать надлежащие условия для предпринимателей. Находившаяся в стадии становления отечественная промышленность в условиях крепостной России нуждалась в кардинальном техническом переустройстве, а предприниматели, промышленники — в накоплении первоначального капитала и правительственной протекции.

После пожара 16 августа 1816 года в Макарьевском Гостином дворе, правительство приняло решение о перенесении ярмарки в Нижний Новгород. Граф, государственный деятель Н. П. Румянцев (1754–1826), стремившийся к укреплению торговых связей России с Азией, писал в записке царю в конце 1816 года: «…прилично поставить (ярмарку — авт.) у самого Нижнего Новгорода, на просторной нагорной площади между городом и Печерским монастырем»[1]. Однако, первая попытка поместить ярмарку близ Печерского монастыря (так называемое Печерское поле[2]) была опровергнута, так как там не было достаточно места для пристаней, чувствовался недостаток воды, а берег был слишком высок и поэтому неудобен для торга. Со второй попытки вопрос был решен иначе: под «всероссийское торжище» отвели пологое место на мысу у слияния Оки с Волгой.

Вознесенский Печерский мужской монастырь, высокий правый берег Волги

Вид на стрелку, баржи, пришвартовавшиеся в месте слияния Оки и Волги

Уже в 1817 году торговля началась здесь[3], на Стрелке (на местности, именуемой Канавинской[4]), сначала, до строительства постоянных, во временных корпусах[5]. Однако поначалу некоторые из прибывших торговцев расположились в частных домах. Например, в доме некоего Власова в Благовещенской слободе татарские купцы заняли два амбара под мерлушку, мыло и конину. В доме Обухова в той же слободе был занят приезжими татарами один амбар под кожи. Еще в одном доме — амбар — под мерлушку и пух. Под мостом у Благовещенской слободы купцы-татары заняли под свой товар два амбара на дворе одного из мещан. Похожая ситуация сложилась в Кунавинской слободе. В доме Василия Рогозникова разместились купцы, приехавшие торговать в Нижний Новгород. Из них бухарцы и татары заняли из 28 амбаров хозяина, отданных торговцам — три, заполнив их холстами и иными товарами. Пушнина группы казанских татар, предназначенная для продажи, заняла пять амбаров у одного из жителей слободы. Многие казанцы приехали продавать лошадей — и также разместились в частных домах. Всего торговцы из различных районов заняли 126 амбаров[6], что не могло устраивать власти: на ярмарке пустовали специально построенные временные балаганы и, следовательно, ярмарка лишалась доходов от аренды лавок. В 1822 году торговцам было запрещено размещаться в частных домах. На ярмарке постепенно вырабатывался свой стиль жизни.

Кунавино, кон. XIX – нач. XX вв.

В 1819 году правительство выкупило всю землю под ярмарку, которая ранее была в разном владении: у частных лиц, у государственных крестьян, у купцов и т.д. В 1821 году ярмарочная земля была обмежевана в дачу ведомства Нижегородской ярмарочной конторы[7].

Развитию ярмарки безусловно способствовало удачно выбранное место. О преимуществах расположения ярмарки в Нижнем Новгороде П. И. Мельников писал: «…сама природа указала Нижнему Новгороду быть одним из важнейших городов мира. Географическое положение его чрезвычайно выгодно. Можно сказать, что во всей внутренней России нет другого пункта, кроме Нижнего Новгорода, который был бы так удобен для отправления обширной торговли»[8].

Нижегородский ярмарочный комплекс возводился группой талантливых архитекторов как главный всероссийский центр торговли с учетом мирового опыта, российских реалий и традиций Макарьевской ярмарки. Как известно, для контроля за строительством главного международного торгового центра страны и обеспечения его техникой в 1816 году архитектор А. А. Бетанкур организовал Комитет строений и гидравлических работ, одним из крупнейших заказов которого стал ансамбль Нижегородской ярмарки. С началом возведения корпусов «главного торжища» России в 1818 году был создан Специальный комитет Гостиного двора[9] в составе архитекторов А. Л. Леера, Р. Р. Бауса, И. Эспехо, П. Д. Готмана и др., живших постоянно в городе[10].

Главное здание Нижегородской ярмарки

Азиатские павильоны Нижегородской ярмарки

Отдел Средней Азии

Центральная часть XVI Всероссийской промышленной и художественной выставки, 1896 г.

Павильон С.А. Проковьева

Павильон кожаных и войлочных изделий Г. Адельханова

Павильон «Покорение Кавказа. Штурм аула Ахульго»

Павильон товарищества бр. Нобель

Вид старого Нижнего

Карусель на самокатской площади

Театр и ресторан Т. Астафьева

Театральная площадь, 1850-е годы. Литография по рис. В. Рыбинского

Архитектором А. А. Бетанкуром был разработан план ярмарочной площади. По чертежам сначала делались модели зданий торгового комплекса. В 1818 году они были выставлены на обозрение купечества, «чтобы оно имело ясное понятие о расположении и о достоинстве частей новых ярмарочных залов».

Нижегородская ярмарка, ежегодно действовавшая с 15 июля по 15 августа, обретала все большее значение для развития ярмарочной торговли и всероссийского рынка[11]. С 1864 года «торжище» стало закрываться 25 августа, фактически же официальное закрытие происходило 8 сентября[12].

Восточные торговые связи России продолжали укрепляться. Увеличение вывоза товаров в Азию в 1807–1825 годах произошло, прежде всего, за счет новых предметов сбыта российской промышленности: шерстяных, шелковых, и, в основном, хлопчатобумажных тканей, составлявших половину российского экспорта. Благодаря этому в первой четверти XIX века наблюдался рост экспорта промышленных изделий и относительное падение вывоза полуфабриката.

В 1825 году русский вывоз на Восток составил 11 853 руб., в том числе в Китай — 35,1%, казахские степи и Среднюю Азию — 35,6%, Иран и Турцию — 29,3%. Примерно четверть ассортимента приходилась на готовые изделия (27,1%), меха (25,1%), кожи (27,1%), «металл не в деле» составлял 8,85%. В страны Азии сбывалась готовая продукция на сумму 3217 тыс. руб., в том числе в Китай — 13,3%, Среднюю Азию — 45,3%, в Турцию и Иран — 41,4%. Более половины (53,9%) вывоза составляли хлопчатобумажные изделия, вторую позицию занимали «разные товары» (13,5%), затем сукна (11,9%), металлические изделия, мишура и позументы (8,3%), шелк (5,9%), полотняные сукна (3,9%), другие шерстяные изделия (2,6%)[13].

Посетивший в 1820 году Нижегородскую ярмарку литератор и художник П. П. Свиньин (1787–1834) сделал ряд интересных замечаний о восточном колорите ярмарки. «Ряды бухарцев, хивинцев, персиян представляют любопытное зрелище, какого нельзя встретить ни в каком другом европейском городе: здесь можно познакомиться некоторым образом даже с образом жизни обитателей другой части света. Постланный ковер на низкий прилавок составляет часто для изнеженного, угрюмого азиата круг его деятельности: сидя на нем, поджав ноги, он совершает все дела свои и коммерческие обороты: на нем развертывает свои товары, на нем угощает чаем своих собратьев, на нем обедает и отдыхает, не переменяя своего положения — мановением трубки равнодушно и лениво показывает своим покупателям на кувшины с драгоценным жемчугом и кипы с индийскими шалями!»[14].

 

На Стрелке продолжалась традиция Макарьевской ярмарки — привозить купцам на продажу лошадей. Существовала специальная Конная линия, о которой современник писал следующее: «Заводские лошади приводятся из Нижегородской, Симбирской, Тамбовской и Вятской губерний; но лошади киргизские и башкирские, вымениваемые на границах Тамбовской и Оренбургской губерний, составляют украшение Конной…»[15].

На главное «торжище» империи стекались купцы со всей России, Сибири, Средней Азии, Персии, Кавказа, частью из Западной Европы и Америки. В 1830-х годах здесь торговали представители 50 народов Евразии[16]. «Если сравнить ценность привоза западноевропейских и азиатских товаров, бывающих в продаже на Нижегородской ярмарке в первой половине XIX века, то получим пропорцию, равную для 1831 года, — 1:1,5, для 1850 года — 1:3. Таким образом азиатская торговля на ярмарке превышала западноевропейскую в 1,5–3 раза, в то время как в целом по России объем азиатской торговли был меньше западноевропейской в 1831 году в 8 раз; а в 1850 году — в 6 раз. Это было обусловлено огромным значением Нижегородской ярмарки для азиатской торговли России в целом. Через нее проходило до 90% ценности всего привоза азиатских товаров в Россию. Не случайно Нижегородскую ярмарку современники называли “меновым двором Европы с Азией”»[17].

Именно присутствие на ярмарке как европейских, так и восточных купцов, в первую очередь мусульман, позволило французу Лекоенту де Лаво высказать в 1827 году следующие соображения: «С первого взгляда подумаешь, — писал он, — что народы собираются сюда для отправления какого-нибудь всемирного торжества, что здесь или священная Кааба, или новая Олимпия!»[18] Эту мысль развивал его соотечественник — маркиз де Кюстин, путешественник и литератор, побывавший на ярмарке в 1839 году. «Нижегородская ярмарка, — писал он, — ставшая ныне самой значимой на земном шаре, является местом встречи народов, наиболее чуждых друг другу, народов, не имеющих ничего общего между собой по виду, по одежде, по языку, религии и нравам. Жители Тибета и Бухары — стран, сопредельных Китаю, — сталкиваются с финнами, персами, греками, англичанами и французами. Это настоящий судный день для купцов. Во время ярмарки число приезжих, одновременно живущих на ее территории, равняется двумстам тысячам. Отдельные единицы, составляющие эту массу людей, постоянно сменяют друг друга, но общая сумма остается постоянной, а в дни особенно оживленной торговли доходит даже до трехсот тысяч»[19].

Действительно в 1820–1830-е годы Нижегородская ярмарка продолжала наполняться купцами из разных уголков земного шара и успешно выполняла возложенную на нее миссию, являясь складочным местом торговли России с Азией. Согласно сведениям М. К. Рожковой, бухарцы, хивинцы, персидские купцы успешно торговали здесь еще до официального разрешения вывозить из России золотую и серебряную монету, данного им в 1831 году[20] (об этом писали и некоторые другие исследователи[21]).

Внешний облик персидского купца дошел до нас в зарисовке наблюдателя того времени: «…его походка была медленна, шаг мерный, сколько по привычке, столько потому, что ему трудно было идти в турецких туфлях по песку. Он являл собою вид одного из тех богатых капиталистов Востока, которые, сберегая свои огромные капиталы, ведут торговлю только предметами мелкими и в незначительном количестве, такими как: кашемирские шали, жемчуг, драгоценные камни и пр. Взоры его блистали довольством, которое доставляет богатство…»[22].

В привозе из Азии в 1830–1840-е годы преобладали два вида товаров. Это — предметы питания, чуть ли не целиком состоящие из китайского чая, и изделия среднеазиатской промышленности, почти исключительно текстильной. В 1840 году в восточном импорте они составляли соответственно 35,1% и 34,7%, казахский скот — 8,8%, полуфабрикаты и сырье (в основном иранский шелк и среднеазиатская хлопчатобумажная бумага) — 15,3%, меха — 5,2%. В этот период в удельном весе русского сбыта на Восток на долю Китая приходилось 38,7% экспорта, Средней Азии — 39,8% (менее половины (46,4%) приходилось на казахскую степь), Ирана и Турции — 21,5%[23].

По свидетельству П. И. Мельникова, обстоятельно изучившего ассортимент и торговые обороты каждого из видов товаров, ярмарочная торговля не считалась начавшейся, пока не происходила реализация китайского чая. За полученные деньги уже приобретались отечественные мануфактурные товары для китайского рынка[24]. Разрешение в 1855 году продажи чая на Кяхте за деньги негативно сказалось на российской, в том числе татарской, кожевенной промышленности. Когда в 1862 году чай начали доставлять водным путем, что обходилось в два раза дешевле, кяхтинский чай перестал быть главным рычагом Нижегородской торговли[25].

В конце 1830-х – начале 1840-х годов оценки современниками ярмарки как единственного центра российско-азиатской торговли стали меняться. В этот период происходило дальнейшее сосредоточение торгового обмена в меновых дворах Оренбурга, Троицка, Семипалатинска, а также в Астрахани. Туда приходили караваны верблюдов, ведомые бухарскими и хивинскими купцами. До 40% привезенных товаров расходилось в приграничных районах России, более 60% отправлялось на Нижегородскую ярмарку, остававшуюся важнейшим узловым пунктом торговли России со Средней Азией[26]. Тем не менее, в 1841 году М. Погодин, посетив ярмарку, сделал следующую зарисовку: «…ожидается большой караван из Оренбурга. Перед татарским фасом на луговине стоит тысяча кибиток с поднятыми вверх оглоблями. Ну точно восточное кочевье!» Интересной ему показалась бухарская манера торговли тулупами: «Проходя ряды, я обернулся нечаянно на реку: смотрю на набережной человек пятьдесят, рассыпанных врознь, но не в дальнем расстоянии друг от друга, двигаются, поворачиваются, то вдруг побелеют, то вдруг почернеют, толкаются, бегают, но все на одном месте. Подхожу ближе. Что же это? Бухарцы, торгующие тулупами: они беспрестанно надевают и снимают их для показа покупателям, и прохаживаются. Преподвижная и преоригинальная картина!»[27]

В 1850-х – 1860-х годах очевидцы отмечали, что Нижегородская ярмарка стала главным центром внутренней торговли, а не международного торгового обмена, и караванная торговля в ней занимала ничтожное место. Последняя, если исключить привоз чая, являлась прерогативой, прежде всего, Оренбурга и Троицка[28].

Появление пароходов на Великом Волжском пути заметно ускорило и увеличило товарообмен между различными частями страны и способствовало расцвету пунктов транзитной торговли, с одной стороны, с Поволжьем и Сибирью, с другой стороны, со странами, товары которых, как правило, сосредоточивались на Нижегородской ярмарке. В результате улучшилось обеспечение двух самых крупных городов России продукцией и сырьем[29].

Широкое развитие парового флота в 1830-е – 1850-е годы позитивно отразилось на товарооборотах ярмарки[30]. Следует отметить, что развитие пароходства по Каме, а также между Нижним Новгородом, Казанью и Пермью существенно изменило характер торговли с Сибирью и Кяхтой. В частности и поэтому в 30-е – 40–е годы сильные позиции на Нижегородской ярмарке получили оренбургские купцы, как «деятельные посредники… степной и среднеазиатской торговли»[31]. В 1860 году по Волге и Каме ходило 220 пароходов. Из Вятского края шел лес и хлеб, из Сибири — пушнина, с Урала — металл, из казахских степей — скот, сало, шерсть, из Астрахани — фрукты, рыба, соль, из Москвы — галантерея, бакалея, текстиль, шерстяные изделия, стекло, фарфор, из Ростова на Дону — вина и фрукты. Экономическим контактам с Москвой способствовали строительство шоссейной дороги, соединившей ярмарку с первопрестольной (1847)[32].

Стратегическое значение в создании надежного и удобного транспортного сообщения между столицами и регионами, в укреплении всероссийского рынка имело открытие в 1862 году железнодорожного пути «Нижний Новгород — Москва». Десятилетием ранее, в 1851 году, стала действовать железнодорожная ветвь между Москвой и Петербургом. В результате северная столица получила надежное и мобильное средство перевозки грузов с главного «торжища» страны. По мере того, как в промышленно-торговые населенные пункты, расположенные на берегах Волги и Камы, доходила железнодорожная ветка, значение речного пути для перевоза резко возрастало, в целом увеличивались торговый оборот и численность населения этих центров. Соединение в 1870 году Саратова железной дорогой с Москвой положило начало новой модели грузооборота. В 1877 году вступила в эксплуатацию дорога Сызрань – Батраки – Оренбург. Во второй половине 1880-х годов вторая восточная магистраль Самара – Уфа – Златоуст – Челябинск пересекла Уральский хребет и вышла на территорию Западной Сибири, впервые соединив ее рельсовым путем с Москвой и Санкт-Петербургом. Сибирские и среднеазиатские товары теперь проходили по железной дороге в Самару, а с камских пристаней — в Нижний Новгород. Сибирский и Оренбургские тракты также потеряли свое былое значение[33]. «Теперь огромные партии хлеба проходят мимо Казани, прямо в Рыбинск.

Нижний перехватил посредническую роль по торговле с Сибирью и Азией, овладел торговлей пермской солью и уральским железом. Самара и Саратов устроили у себя склад главных продуктов Заволжья (пшеницы, соли, шерсти, сала) и отправляют внутрь России. Оренбург сделался центром среднеазиатской торговли…», — отмечали современники.[34]

Надежды на улучшение условий транспортировки товаров купцы Нижегородской ярмарки связывали и со строительством Южно-Сибирской железной дороги.[35] Наиболее важным ее участком они считали отрезок от Тюмени до Екатеринбурга. К 1880 году относится написание письма властям выборными от ярмарочного купечества[36], под которым подписались наиболее авторитетные фигуры из этой среды, в частности одна из подписей, выполненная арабской вязью, принадлежала торговцу Абдул-Хакиму Халитовичу Бакырову. Инициатива купцов Нижегородской ярмарки нашла поддержку у сибирского купечества.[37] Кроме того, в том же, 1880 году в адрес министра финансов было направлено прошение на ту же тему от более чем 200 купеческих фирм, торговавших на ярмарке. Мусульманские купцы не остались в стороне от этой инициативы.[38]

С развитием железных дорог, и в особенности Закаспийской, у покупателей и торговцев с зарубежного и российского Востока, в том числе татар, появилась возможность привозить товары напрямую в Москву и другие промышленные центры европейской части России. Однако интерес к Нижегородской ярмарке отнюдь не упал. Татары из Средней Азии, Сибири и более отдаленных мест, продолжали приезжать на Нижегородскую ярмарку. Но в случае оставшихся непроданных товаров к концу ярмарочных торгов не отдавали их перекупщикам за бесценок, как это было до развития железных дорог, а сами ехали в Москву со своими товарами и там продолжали торговлю. Многие считали сентябрьские торги в Москве продолжением Нижегородской летней ярмарки.

В 1914 году исследователь российских ярмарок И. В. Канделаки писал, что в «недавном прошлом» в Нижнем Новгороде подводился итог торговой деятельности России, отсюда получались руководящие указания на возможные условия торговли на будущее время, торговый год начинался с главного «торжища» и кончался также на Нижегородской ярмарке.[39]

Строительство Сибирской железной дороги и расширение железнодорожной сети, установление дифференциального тарифа существенно изменили характер ярмарки, окончательно лишив ее миссии центрального пункта встречи товарных потоков между Европой и Азией. Льняные изделия стали отходить от ярмарки в 1880-е годы, с 1890 года за грубыми тканями коммерсанты также стали ездить в Москву, в магазины индустриальных центров, несмотря на то, что большинство мануфактур было расположено в бассейне рек Волги и Оки. Приобретение сырья в Средней Азии привело к свертыванию торговли хлопком на ярмарке. Становилось нормой приобретение дерева, железа, шерсти с выездом на место производства. Сибирская железная дорога сделала возможной доставку на Нижегородскую ярмарку таких мехов, которые до открытия этой дороги не могли попасть в Нижний к ярмарке, так как добывались летом[40].

Вместо крупных оптовиков на ярмарку стали больше приезжать средние и мелкие коммерсанты. Проведение Оренбургско-Ташкентской линии в начале ХХ века неблагоприятно отразилось на ярмарочной торговле, открыв сибирские рынки для самаркандских товаров, успешно конкурирующих с персидскими. Прокладка железной дороги в Петровск открыла персидской торговле зимний путь в крупные торговые центры: Киев, Варшаву, Харьков, Ригу, уменьшив обороты ярмарки. Появление железнодорожной ветки «Петербург–Вятка» лишило Нижегородскую ярмарку исключительного положения распределительного пункта для товаров уральских предприятий и предоставило им возможность непосредственной торговли в столицах и Архангельске.

Торговые ряды ярмарки, Кунавинская слобода, вид на понтонный мост и верхнюю часть города

В начале ХХ века торговля наличным товаром уже уступала торговле образцами, в которой особенно преуспели торговцы галантерейными товарами и канцелярскими принадлежностями, а также чаем (за наличные продавалось не более 1/6 части чая), шерстью, папиросными гильзами, кондитерским товаром, жестяными изделиями, венской мебелью, писчебумажными изделиями. Несмотря на разительные перемены в стране, на Нижегородскую ярмарку продолжали поступать товары почти из всех регионов России, с Кавказа, из восточной и западной Сибири, Средней Азии, Персии, Китая, Западной Европы и Америки[41]. Для ряда товаров, таких как пушнина, каракуль, продукция химической промышленности, стекло и др. ярмарка продолжала иметь всероссийское значение, по большинству же реализуемых товаров в начале ХХ века она выступала как региональная ярмарка.

Первая мировая война началась в тот день, когда ярмарка поднимала флаги. Торговые сделки замерли, но ненадолго. С 25 июля 1914 года ярмарка вновь ожила[42]. Если к началу ее работы количество жителей в Нижнем Новгороде составляло 111 тыс. человек, то во время торгового сезона оно возросло до 1 миллиона[43].

Однако война постоянно давала о себе знать. «Ежегодный летний торг под Нижним Новгородом оскудевал начиная с января 1915 года — оскудевал по мере сокращения производительных сил страны и отвлечения промышленности от обслуживания вольного рынка к делу обороны страны и работе на армию»[44]. Тем не менее, даже в годы войны товарооборот Нижегородской ярмарки хоть и уменьшался, но оставался все же достаточно внушительным. Свидетельством тому приводимые цифры по товарообороту Нижегородской ярмарки в годы войны (см. приложение).

Грузчики, работавшие в волжском пароходстве



М

Медина аль-Ислам
Газета мусульман Евразии

М

Ислам Минбаре
Трибуна ислама —
Всероссийская газета мусульман

А

Аль-Минбар

И

Ислам в Российской Федерации

Серия энциклопедических словарей

Ж

Минарет

Ежеквартальный евразийский журнал мусульманской общественной мысли

КНИЖНЫЕ НОВИНКИ:
  • Вера и добродетель. Книга II из цикла «Проповеди» /И. А. Зарипов/
  • Коранический гуманизм. Толерантно-плюлистические установки /Ибрагим, Тауфик Камель/
  • История Корана и его сводов /Муса Бигиев/
  • Пустыня внемлет Богу: хрестоматия /сост. М. И. Синельников/
  • Исламская мысль: традиция и современность. Религиозно-философский ежегодник. Вып. 1(2016)
Д
Ислам: Ежегодный официальный журнал Духовного управления мусульман Российской Федерации
Фаизхановские чтения
Мавлид ан-Набий
Форумы российских мусульман
 
Рамазановские чтения
Фахретдиновские чтения
Хадж российских мусульман
Современные проблемы и перспективы исламоведения и тюркологии
Ислам на Нижегородчине
Миграция и антропоток  на евразийском пространстве
Х
В Вашем браузере не установлен компонент Adobe Flash Player, поэтому Вы не можете увидеть отображаемую здесь информацию.

Чтобы уставновить Adobe Flash Player перейдите по этой ссылке
Н

ИД «Медина» награжден почетной грамотой за активную книгоиздательскую деятельность

Р

Информационные партнеры

www.dumrf.ru | Мусульмане России Ислам в Российской Федерации islamsng.com www.miu.su | Московский исламский институт
При использовании материалов ссылка на сайт www.idmedina.ru обязательна
© 2009 Издательский дом «Медина»
закрыть

Уважаемые читатели!

В связи с плановыми техническими работами наш сайт будет недоступен с 16:00 20 мая до 16:00 21 мая. Приносим свои извинения за временные неудобства.