Издательский дом Медина Официальный сайт
Поиск rss Написать нам

Новости партнеров:

Всероссийские мусульманские съезды 1905–1906 гг. / Хабутдинов А.Ю., Мухетдинов Д.В.
27.12.2011

Рождение нации

Буржуазные реформы в России, начавшиеся в 1860-е гг., а затем национальная политика эпохи правления Александра III поставили перед татарской элитой задачу создания общности нового типа, то есть нации по европейским образцам. На решение данной задачи огромное влияние оказал тот факт, что на протяжении конца XVIII–XIX веков в состав России вошли большинство тюркских народов, таких как крымские татары, азербайджанцы, казахи, киргизы, узбеки, туркмены, тюркские народы Кавказа и даже часть турок, проживающих в Карской области[1].

Ответом стали реформы, обычно обобщаемые с помощью понятия «джадидизм» и ассоциируемые с именем И. Гаспринского. В их результате к началу XX века была создана система образования, основанная на общетюркском языке и унифицированной программе преподавания. По мнению А. Беннигсена, к концу XIX – началу XX века: «В результате реформ Гаспринского образовательный и культурный уровни мусульманской элиты империи значительно возросли. Ряд мусульманских городов: Казань, Бахчисарай, Оренбург, Баку, Уфа, Троицк – стали достойными соперниками других интеллектуальных и культурных центров – Стамбула, Каира, Бейрута». У мусульман России, и особенно у татар, происходит развитие классического мусульманского образования и усвоение теорий модернизаторов Ислама. При этом члены уммы интегрируются в систему образования и рыночную экономику российского общества.

К началу XX века у татар выкристаллизовываются два основных общественных движения: кадимизм и джадидизм. В конце XIX века само появление джадидизма вначале как системы образования обозначало раскол духовенства на слои, поддерживающие соответственно джадидов и кадимистов. Ситуация усугубилась, когда И. Гаспринский и другие лидеры джадидов выдвинули план политической реформы татарского общества и выступили инициаторами перехода средневекового самодержавного режима к европейскому конституционному государству Нового времени. Традиционалисты – сторонники сохранения устоев Ислама – оказались в ситуации выбора между этими двумя противоречащими друг другу моделями. Основной способ борьбы с реформами кадимисты видели в насилии и репрессиях властей, особенно в период после революции 1905–1907 гг. Причиной перехода кадимистов к тактике доносов была практически полная победа джадидов в идеологической сфере.

Под джадидизмом мы понимаем общественное движение тюрок-мусульман России, направленное на создание нации европейского типа. Джадидизм не обозначал изменение богослужебной мусульманской практики и догматики, а являлся преимущественно светским движением. Джадиды на начальном этапе ставили своей целью реформу образования, заключающуюся в изучении светских наук в национальной мусульманской школе на родном языке при параллельной подготовке учителей. С подготовкой граждан следующим этапом намечалось создание тюрко-татарской нации по европейскому типу, автономной в вопросах религии и образования, а в российском масштабе – децентрализация и широкое самоуправление, правовое государство с равноправием всех граждан и равенством религий.

В начале XX века татарское общество возглавлялась в основном представителями традиционной элиты. Уфа показывает пример преобладания служилых мурз (К.-М. Тевкелев, С.-Г. Джантюрин, Ш.-А. Сыртланов), и частично духовенства (Х.-Г. Габаши, Р. Фахретдин), то есть, традиционных лидеров. Район Оренбург–Троицк контролируется преимущественно торговой буржуазией — А. и Г. Хусаиновы, В. Яушев, М.-З. Рамиев (Дардменд), которая имеет свой район влияния на Южном Урале, в степях Казахстана и частично в городах Туркестана. Основной суфийский лидер татарского мира З. Расули остается автономной фигурой. Казань характеризуется доминированием буржуазии (А. Хусаинов, М. Галеев) и духовенства. К концу XIX века лидирующее положение среди духовенства Казани начинает занимать ректор медресе «Мухаммадия» Г. Баруди. Вторым реформированным медресе является «Апанаевское», или «Кул-буе» («Прикабанное»). Такие деятели, как Гильман-ахун и Фатих Карими в Оренбурге, братья Каримовы, Шахбаз-Гирей Ахмеров, Ибрагим Терегулов и Хади Максуди в Казани, превращаются все больше из просветителей в общественных лидеров. В целом именно эти три основных национальных общественных центра поддерживают как образовательную, так и политическую программу Гаспринского. В ходе мусульманских съездов 1905–1906 гг. большинство из них превратится в общеизвестные фигуры всероссийского масштаба.

И. Гаспринский прилагает огромные усилия для создания общественных деятелей в лице светской национальной элиты. К концу XIX века встал вопрос о создании учительских курсов и джадидских медресе, как центров подготовки новой элиты. К рубежу веков эти функции выполняли медресе «Хусаиния» и «Расулия» для Южного Урала, Степей и Туркестана, «Буби» для Прикамья, «Усмания» для Среднего Урала, «Мухаммадия» и «Апанаевское» для Поволжья.

Именно учащаяся молодежь и молодая интеллигенция составила затем костяк «поколения Гаспринского» – новой национальной элиты. Основными татарскими общественными деятелями на рубеже XIX–XX веков стали в Казани – Х. Максуди, в Оренбурге – Ф. Карими, в Буби – братья Буби. Их деятельность концентрируется на создании благотворительных обществ, преподавании, создании учебной литературы, библиотек, реформе языка, вербовке кадров для общественного движения.

На рубеже XIX–XX веков ряд татарских общественных деятелей ставит вопрос о переходе от просветительной к политической стадии национального развития. В 1895 г. Г. Ибрагим отправляется в поездку по странам Европы и Азии. Возникает феномен политической эмиграции и заграничной публицистики. По возвращении в Россию в 1900 г. он агитирует за создание автономных национальных учреждений и реформы европейского типа. На рубеже XIX–XX веков учащиеся Казанской татарской учительской школы (КТУШ) и ряд лиц, получивших образование в Турции и Франции, восприняли идеи не только национального просвещения, но и общественно-политического движения. Почти все эти лица прямо или через посредников поддерживали контакты с И. Гаспринским. Х. Максуди в Казани и Ф. Карими в Оренбурге, превратились в важнейших сотрудников И. Гаспринского на местах.

Зарождение татарского политического движения является следствием процесса образования нации мусульман России. Благодаря реформам И. Гаспринского, складывается политическая общность тюрок-мусульман России с собственной идеологией, литературным языком, интеллигенцией, книгоиздательством и системой просвещения, при стабильном финансировании этих структур. Татары на рубеже веков начинают создавать такого же рода национальные структуры. Начинающая складываться общенациональная структура татарского общества требует создания буржуазных организационных форм, сохранения особого статуса татар, как религиозной и этнической общности, их равноправия и предоставления возможности развития на основе цивилизационных изменений при сохранении национальной гомогенности.

В начале XX века за просветительским этапом тюркского общественного движения следует этап политической пропаганды. До российской революции 1905–1907 гг. мы можем говорить о влиянии трех политических традиций: русского либерального земского движения, русского социал-демократического движения, младотурецкого конституционного движения. В целом движение буржуазии и духовенства концентрировались на защите устоев Ислама, и общественно-политическое движение было прерогативой лишь немногочисленных, в основном светских, лидеров. Рост общественного движения в России в начале XX века приводит к формированию политических кружков среди татарской учащейся молодежи. Таким образом, татарское общественное движение сочетает в своей программе общедемократические требования, направленные на создание равноправия мусульман и христиан в рамках российского общества, со стремлением создать автономные национальные структуры на общероссийском уровне[2].

В 1903 г. по инициативе учившихся тогда в Париже С. Максуди и Ю. Акчуры 20-летний юбилей «Тарджемана» отмечается общенациональным съездом в Бахчисарае. Съезд превратился в своеобразный смотр сил сторонников джадидизма. На юбилей было прислано более двухсот телеграмм и трехсот писем с поздравлениями из России, Кульджи, Хивы, Ирана, Египта, Болгарии, Женевы, Парижа и Нью-Йорка. В это время Париж и Женева являлись основными центрами младотурецких организаций. Среди поздравителей были муфтии Таврического и Оренбургского магометанских духовных собраний, Закавказского духовного правления, шейх-уль-Ислам Закавказья, а также благотворительные общества Казани, Оренбурга, Петербурга. Делегации, кроме городов Крыма, представляли Троицк, Оренбург, Верхнеуральск, Касимов, Одессу. В целом, празднование юбилея газеты показало неоспоримый авторитет Гаспринского как лидера общественного движения мусульман России[3].

В 1904 г., во время пребывания в родном ауле Зюя Баш, Ю. Акчура написал работу «Три политические системы (основы)» («Уч тарз-и сеясят»). В истории тюркизма она сыграла ту же роль, что и «Манифест Коммунистической партии» в истории марксизма. В заключении Ю. Акчура выдвинул идею о плодотворности только тюркского расового единства, как единства истории, языка, культуры и в большинстве своем – религии Ислама.

Влияние статьи Ю. Акчуры на мусульман России было актуализировано поражением России в русско-японской войне 1904–1905 гг. По мнению Ф. Жоржона, на само создание статьи повлияло начало войны 8 февраля 1904 г. Для Ю. Акчуры японцы стали примером для подражания со стороны Оттоманского государства. Первое после Крымской войны поражение России, чьи основы были заложены в начальных японских победах на море, таким образом, могло являться залогом последующих поражений. Ю. Акчура понимал, что поражение России является, прежде всего, следствием внутри-и внешнеполитической слабости самой империи, а не силы Японии. Если Гаспринский при продолжении натиска европейских колонизаторов считал благом присоединение Османской империи к России, то Акчура пришел в целом к правильному выводу, что время расширения европейских колониальных империй подходит к концу. Если раньше победы европейских христианских держав определялись культурным и технологическим превосходством, то теперь они начинали его утрачивать. Внутри России это обозначало способность к самостоятельному культурному развитию и общественному движению нерусских этносов империи[4].

Поэтому уже в период революции 1905–1907 гг. мы видим переход общенационального развития из средневековых религиозных в преимущественно политические формы Нового времени. В этот период происходит создание татарских общественных организаций различного толка, органов печати, проводятся общероссийские съезды и локальные меджлисы. Политическая пропаганда и дискуссии становятся постоянным фактором в жизни татарского общества. Реформы Гаспринского создали политическую общность тюрко-татар России на уровне национальной элиты. Деятельность мусульманского общественно-политического движения в период революции 1905–1907 гг. является показателем зрелости нации. Исследуем роль каждой из групп национальной элиты в формировании общественных и политических структур нации.

Именно в период российской революции 1905–1907 гг. татары пережили размежевание реформаторского джадидского движения на два лагеря: либеральный и социалистический. Проанализируем суть этого феномена. И либералы, и социалисты были правоверными мусульманами. Исламская умма с ее идеями взаимопомощи, трудолюбия, тяги к образованию, осуждения роскоши привлекала всех татарских политиков первой четверти пошлого века от Г. Ибрагима до М. Султан-Галиева. Мусульманская религиозная самоидентификация в этот период была первичной по сравнению с идентификацией татарской национальной, особенно среди сельского населения. Поэтому все татарские политические организации либо употребляли в названии термин «мусульманский», либо ставили вопрос о религиозной автономии. Напомним, что татарская элита, кроме Уфимской губернии, почти не имела в своем составе дворян-землевладельцев. По российским законам мусульмане не могли преподавать немусульманам, то есть в средних школах и вузах, а также быть членами училищных советов. Цензовая земская система нигде не давала мусульманам большинства. Татарские чиновники тоже фактически отсутствовали. Таким образом, процент людей, из которых, как правило, выходили либеральные деятели, был крайне незначителен. Большинство буржуазии и духовенства составляли базу консерваторов, а шакирды, учителя, учащаяся молодежь светских школ, приказчики и часть мелкой и средней буржуазии — естественную базу для социалистов. Российская революция 1905–1907 гг., младотурецкая революция 1908 г., экономический бум 1909–1913 гг., национальная политика Столыпина и, наконец, Первая мировая война лишь расширили эту базу. На 96% сельский и на 99% трудящийся татарский народ по своей социальной структуре представлял собой идеальную базу для исламского консерватизма и аграрного социализма. Это суждение кажется абсолютно статистически верным, однако неизбежно возникает вопрос о причинах доминирования либералов. В данном случае вернемся к теории М. Гроха о создании нации этносами, не имеющими государственности, подробно проанализированной во введении[5].

Фаза В начинается в период Российской революции 1905–1907 гг. под руководством лидеров «Иттифака». Только либералы с их образовательным уровнем, литературой, прессой, школой и благотворительными обществами, с финансовой поддержкой со стороны буржуазии могли обеспечить прохождение стадий А и Б. Таким образом, политическое движение мусульман России, и татар в частности, в 1904–1907 гг. находилось под контролем национальной либеральной интеллигенции мусульманских центров России. Либералы попытались обеспечить и прохождение стадии В

в 1905–1907 гг. и в 1917–1918 гг., так как основным условием для нее являлось наличие политической и экономической стабильности в России на протяжении 15–20 лет. В конце 1900-х гг. стабильность была нарушена в период Столыпинской реакции, в конце 1910-х гг. — большевистским режимом. В обоих случаях социалисты были вынуждены идти в фарватере политики либералов.

Для анализа взглядов и образа действий татарской европейски образованной интеллигенции необходимо исследовать восприятие ей интеллектуального климата и политических идей рубежа XIX–XX веков. В Западной Европе эта эпоха получила название «The liberal age» («Либеральный век»). Ее политическим выражением стали конституционные европейские государства, где власть находилась в руках элиты, обеспечившей расцвет экономики и политических свобод. Под влиянием этих идей оказались и мусульманские либералы Российской империи. Статьи Гаспринского и Акчуры, книги Карими и Максуди дают ясное представление о том искреннем восхищении, которое они испытывали от Европы. Именно в ней они видели модель для татарского общества.

К 1905 г. основной спектр интересов татарских либералов переместился от прогресса образования и создания печати к политической реформе, созданию конституционного государства и обеспечению равноправия мусульман, что ознаменовало переход доминанты общественного движе­ния мусульман России от просветительского к политическому. Татарские либералы, побывавшие и получившие образование в Европе, рассматривали себя как часть европейского либерального движения и ощущали себя настоящими европейцами. Отсюда берет начало политическое сотрудничество кадетов и лидеров «Иттифака» в 1906 г. Как и кадеты, лидеры татарских либералов берут начало в движении земских и городских деятелей.


[1] Хабутдинов А.Ю., Мухетдинов Д.В. Общественное движение мусульман-татар: Итоги и перспективы. – Нижний Новгород, 2005.— С. 25–26.

[2] Хабутдинов А. Ю. Формирование нации…

[3] Кэрими М.-Ф. Г. Кырыма сэяхэт. — Оренбург, 1904. — С. 7, 12—13.

[4] Цит. по: Akcura Y. Le trois systemes politiques // Georgeon F. Op. cit. Р. 23—25, 105—106.

[5] Хабутдинов А.Ю., Мухетдинов Д.В. Общественное движение мусульман-татар… С. 12–15.



М

Медина аль-Ислам
Газета мусульман Евразии

М

Ислам Минбаре
Трибуна ислама —
Всероссийская газета мусульман

А

Аль-Минбар

И

Ислам в Российской Федерации

Серия энциклопедических словарей

Ж

Минарет

Ежеквартальный евразийский журнал мусульманской общественной мысли

КНИЖНЫЕ НОВИНКИ:
  • Вера и добродетель. Книга II из цикла «Проповеди» /И. А. Зарипов/
  • Коранический гуманизм. Толерантно-плюлистические установки /Ибрагим, Тауфик Камель/
  • История Корана и его сводов /Муса Бигиев/
  • Пустыня внемлет Богу: хрестоматия /сост. М. И. Синельников/
  • Исламская мысль: традиция и современность. Религиозно-философский ежегодник. Вып. 1(2016)
Д
Ислам: Ежегодный официальный журнал Духовного управления мусульман Российской Федерации
Фаизхановские чтения
Мавлид ан-Набий
Форумы российских мусульман
 
Рамазановские чтения
Фахретдиновские чтения
Хадж российских мусульман
Современные проблемы и перспективы исламоведения и тюркологии
Ислам на Нижегородчине
Миграция и антропоток  на евразийском пространстве
Х
В Вашем браузере не установлен компонент Adobe Flash Player, поэтому Вы не можете увидеть отображаемую здесь информацию.

Чтобы уставновить Adobe Flash Player перейдите по этой ссылке
Н

ИД «Медина» награжден почетной грамотой за активную книгоиздательскую деятельность

Р

Информационные партнеры

www.dumrf.ru | Мусульмане России Ислам в Российской Федерации islamsng.com www.miu.su | Московский исламский институт
При использовании материалов ссылка на сайт www.idmedina.ru обязательна
© 2009 Издательский дом «Медина»
закрыть

Уважаемые читатели!

В связи с плановыми техническими работами наш сайт будет недоступен с 16:00 20 мая до 16:00 21 мая. Приносим свои извинения за временные неудобства.