Издательский дом Медина Официальный сайт
Поиск rss Написать нам

Новости партнеров:

Движение мусульманок России за права женщин в 1917 г. — Феминизм русских женщин и мусульманок
19.06.2009

Феминизм русских женщин и мусульманок

Формирование политического сознания у мусульманок России проходило под влиянием восточной и европейской просветительской литературы. Но сказывалось и побудительное воздействие ряда общественных движений: мусульманского революционно-демократического, эсеров, социал-демократов, кадетов. Очевидное влияние на движение мусульманок оказали и русские феминистки. Созданные в годы первой русской революции «Русское женское взаимноблаготворительное общество», «Союз равноправия женщин», «Женская прогрессивная партия» пользовались вниманием мусульманок, в первую очередь из либерально-демократических групп их движения.

Наиболее радикальные намерения союзницам из нетитульных наций демонстрировал «Союз равноправия», добивавшийся для женщин равного избирательного права с мужчинами, права на работу в государственных учреждениях и на высшее образование. После выборов во вторую Государственную думу активистки «Союза» обращались за поддержкой законопроекта о введении всеобщего и равного избирательного права к мусульманской фракции (в числе прочих)1. Известная «Программа мусульманской парламентской фракции» 1906 г. является, вероятно, результатом инициатив, к которым были причастны и русские феминистки. В декабре 1908 г. в Петербурге состоялся Первый Всероссийский женский съезд, принявший прогрессивные решения, и мусульманская печать сочувственно отозвалась о его работе2. Авторы, писавшие о русском феминизме, не отмечают каких-либо совместных проектов или действий русских феминисток и мусульманок до 1917 г., но у историков достаточно оснований, чтобы признать первой мусульманской феминисткой «Гюльнар-ханум» — О.С. Лебедеву. После февральской революции 1917 г. контакты между обществами русских женщин и мусульманками оставались слабыми3, и там, где были, спорадическими или даже враждебными (на выборах в продовольственные комитеты г. Баку в мае). Нефеминистическим организациям, вероятно, удавалось сотрудничать. Пример такого сотрудничества дает казанский «Союз солдаток», который совместно с Мусульманским социалистическим комитетом учредил особое «Бюро солдаток-мусульманок»4.

В программных документах мусульманских феминисток, протоколах Всероссийского всеобщего мусульманского съезда, на страницах тюркской периодики можно найти образцы переноса на мусульманскую почву некоторых идейных позиций русского феминизма и социализма. Ключевые требования мусульманок о предоставлении женщинам избирательных прав и равенства с мужчинами в социальной сфере в значительной мере инициированы влиянием русских феминисток5. Присутствующие в решениях казанского Всероссийского съезда мусульманок и московского Всероссийского всеобщего мусульманского съезда требования «отменить законы о проституции и публичных домах», «следует покончить с публичными домами и законодательством о них», пожалуй, не простое совпадение с позицией всероссийского Съезда по борьбе с торгом женщинами (1910), Лиги равноправия женщин6 или Московского объединенного общества равноправия женщин7. Социалистическое и русское феминистическое влияние на программные документы мусульманок выразилось также в абсорбции мусульманским феминизмом целевых установок на охрану материнства и детства (в первую очередь — работающей матери и ее детей), на учет в рабочем законодательстве специфики женского труда, на повсеместное учреждение института женщин-инспекторов8. В протоколах московского съезда опыт преодоления гендерной асимметрии русским обществом упоминается дважды: в выступлении Раузы Султангалиевой —
в положительном контексте9, в выступлении историка Хади Атласи – в отрицательном, с противопоставлением еще более отрицательному опыту татар («У любой нации женщина – товар. И у русских тоже – в качестве товара. У них женщины хотя бы солнечный свет видят, а у нас и этого нет»)10. Тот же Гади Атласи в отношении угнетаемых мужьями татарских женщин дважды употребил русское выражение «бесплатные кухарки»11. Мусульманская печать 1917 г. время от времени упоминала о деятельности женских немусульманских организаций России, политике правительства в женском вопросе12, но, пожалуй, с не меньшей частотой отсылала своих читателей и читательниц к опыту Европы, Америки, Новой Зеландии13. Второго марта от престола в пользу брата – Михаила Александровича — отрекся Николай II, третьего марта состоялось отречение Михаила Александровича. Отречение царя от престола и переход власти к Временному правительству в начале марта 1917 г. стали отправной точкой для больших и многообещающих перемен в положении мусульманской женщины в России, особенно в ее центральных областях, в Поволжье, Крыму и Сибири. Интенсивно разворачивающееся движение женщин проявлялось в нескольких взаимопересекающихся процессах: организационном, идейно-теоретическом, вербально-психологическом (самоутверждение в своем и чужом восприятии), политическом (завоевание формальных позиций в структурах власти и реальное влияние на осуществление власти и управления), практическом (намерение и достижение в улучшении качества жизни). Наибольших успехов мусульманкам удалось добиться, по оценке автора этих строк, в развитии первых трех процессов. Политические завоевания к концу периода относительной свободы (до разгона Учредительного собрания) оказались довольно скромными. Практические достижения в наилучшей степени удались на ранее апробированных направлениях деятельности: открытии библиотек и читален, курсов и кружков, лекционном просветительстве, благотворительности.

Быстрее других на перемену власти откликнулись московские мусульманки. Уже в начале марта они провели собрание, на котором единогласно было постановлено добиваться полного равноправия для мусульманских женщин. Была избрана комиссия для выработки воззвания ко всем живущим в России мусульманам с призывом отказаться от многоженства. Выработали резолюцию, в которой приветствовали «русских свободных гражданок» и выразили желание работать с ними рука об руку. В телеграмме, адресованной мусульманской фракции Государственной думы, заявили: «Мусульманки Москвы приветствуют новое правительство и требуют политических и гражданских прав для всех женщин»14. Московские последовательницы «правильного пути» выступили инициаторами созыва Всероссийского съезда мусульманок и внесли заметную лепту в подготовку этого съезда, состоявшегося в конце апреля в Казани15. В связи с открытием съезда Г. Исхаки, председатель Московского мусульманского комитета и куратор московских феминисток, выступил в издаваемой им газете «Ил» со статьей о татарской женщине. Он напомнил своим читателям, что несмотря на сильнейшее угнетение, татарская женщина никогда не была рабыней. Долг ее – «стать свободной гражданкой свободной России»16. Публикации статьи предшествовали постановка спектакля «Зулейха» в Казани, поездка писателя в Казань и банкет в его честь 7 апреля17, оказавшие огромное влияние на выдвижение женского вопроса на авансцену общественно-политической жизни и осознание татарским обществом глубинных связей между судьбой женщины и судьбой нации. Вслед за московским женские собрания под лозунгами эмансипации состоялись в Астрахани, Оренбурге, Троицке, Уфе, ряде уездных городов, некоторых аулах18. Состоявшееся 17 марта собрание мусульманок Оренбурга вынесло ряд решений, замечательных по широте охваченных проблем. Обновленное общество мусульманок решило основать школу для подготовки учительниц, учредить пятничные уроки для мусульманок, не получивших школьного образования, сочло необходимым направить в аулы образованных девушек для распространения просвещения, развернуть просветительскую работу среди женщин Туркестана и Казахстана19. Уездные комитеты старались не уступать «губернским» по программной насыщенности своих решений. Осинский уездный мусульманский комитет Пензенской губернии 20 апреля высказался за создание школ для мальчиков и девочек, равенство мужчин и женщин, упразднение проституции20. В небольшом городе Крымске на Кубани женщины проголосовали за мир без аннексий и контрибуций, за участие мусульман в международной мирной конференции, равноправие женщин и мужчин, избрание женщин в Учредительное собрание, уничтожение многоженства, оставление детей у матери в случае развода и наделение женщин землей при «раздаче» земли21.

Замечательную чуткость в восприятии освободительных процессов революции продемонстрировали мусульмане г. Троицка. Они сочли необходимым избрать женщин в состав регионального мусульманского бюро, а духовенство издало фетву о допустимости с точки зрения шариата общественно-политической деятельности женщин22.

Более сдержанной была реакция азербайджанской общественности. Татарская диаспора учредила «Общество распространения просвещения среди поволжских мусульман города Баку и его районов». В члены правления избрали 6 женщин и 5 мужчин, в кандидаты – только женщин23. 11 марта «Бакинское женское мусульманское благотворительное общество» устроило мусульманский светский раут. Присутствовала редактор-издатель журнала «Дамский мир» А.З. Муравьева. С. Ахундова (вероятно, драматург Сакине Ахундова. — С.Ф.) произнесла речь о правах женщин и об эмансипации мусульманок24. Отстраненность женщин Баку и азербайджанской провинции от политической самоорганизации, судя по всему, коренилась в большем, нежели во «внутренней» России, консерватизме населения. Об этом, в частности, красноречиво свидетельствовала реакция многих жителей Баку на решение состоявшегося в том же городе апрельского всеобщего съезда кавказских мусульман о необходимости разрешения женского вопроса25. Газета «Каспий» писала 26 апреля, что «какие-то темные лица использовали это постановление съезда в своих целях и, извращая его смысл, пустили в народе слух, будто бы съезд и его инициаторы собираются заставить всех мусульманок ходить без чадры и в ботинках». На следующий день после закрытия съезда у здания «Мусульманского благотворительного общества» собралась возмущенная толпа. Участники стихийного митинга останавливали мусульманок и снимали с них ботинки. Слышались призывы к расправе с общественными деятелями, «виновными» в организации мусульманского съезда26. Настроения малочисленной части азербайджанского общества, озабоченной отдаленностью Азербайджана от прогрессивных стандартов, выразила в мае партия тюркских федералистов, заявившая одной из своих программных целей достижение равенства всех граждан перед законом без различия пола, вероисповедания и национальности27.

Неприятие эмансипирующего влияния Февральской революции значительной частью мулл и прихожан наблюдалось и во внутренних областях России. Характерный случай имел место в городке Мамадыш недалеко от Казани. Там 22 марта состоялось общегородское собрание общественности, приветствовавшее начало революционных преобразований. Однако начало собрания было подпорчено инцидентом, инициированным одним из мулл, потребовавшим, чтобы лица женского пола покинули собрание. Реплику хазрата: «Гаурятам (Гаурят – унизительное именование женщины в арабском, татарском и многих других восточных языках. — С.Ф.) – удалиться!» — поддержала часть собравшихся. Женщины не подчинились, поднялся шум. За женщин вначале заступилась милиция, затем — авторитетный имам Надиулла-хазрат, сказавший: «Уважаемое собрание! Сейчас эра свободы. Неуместно контролировать, есть хиджаб или нет. Не шумите, пусть и они почувствуют пользу». Одна из девушек, поднявшись, произнесла небольшую речь: «Вы уж не старайтесь отлучать нас от присутствия на собрании по поводу свободы, которую весь народ с радостью встречает; мы, может, пришли поделиться с Вами радостью – общей для всей отчизны. Пришли для того, чтобы извлечь пользу от выступлений собравшихся здесь эфенди. Но не затем пришли, чтобы, как вы думаете, считая себя униженными, смотреть на вас недоброжелательно. Вы не сможете нас прогнать, мы ныне полноправные российские гражданки. И вам пора выкинуть из головы плохие мысли и держать себя прилично. Обращенные к вам наши взгляды – сугубо дружественные. Это вам надо понять. Не удаляйте из своей памяти слова Пророка «мусульманин мусульманину — брат». Письмо молодых женщин Мамадыша в журнал «Сююмбике» с рассказом об этом случае заканчивалось словами, в которых провинциальные феминистки очень точно предугадали судьбу мусульманского и общероссийского женского движения в России: «Те, кто раньше нас стал жертвой борьбы за свободу, оставили нас своими наследницами, и мы должны стараться завоевать свободу для женщин и девушек. Если мы не увидим результатов, следующее поколение увидит»28. В Ростове-на-Дону женщины на аналогичном собрании не нашли себе защитников, и им указали на дверь29. Не единичное, как в упомянутых случаях, а длительное противостояние феминисток и традиционалистов весной и летом 1917 г. наблюдалось в городке Малмыж Вятской губернии30.

Крымскотатарская общественность откликнулась на столичные революционные события созывом большого собрания представителей городов и сел, национальных и религиозных организаций полуострова, состоявшееся 27 марта в кинотеатре «Баян» г. Акмечети (Симферополя). Известно об участии в нем, по меньшей мере, двух женщин-учительниц31. Позже, в середине апреля, в Бахчисарае был проведен женский митинг, на котором избрали городской женский революционный комитет во главе с Шафикой Гаспринской, дочерью Исмаил-бека Гаспринского32. «Этот митинг стал знаменательным началом изменения в положении тюркской женщины», — писала Ш. Гаспринская. — Впервые в истории тюрок и ислама женщина оказалась призванной к общественной жизни, выпрямила спину и сказала себе: «И я пойду»33. В 1917 г., выступая на митингах и в печати, она указывала на две основные причины дискриминации женщин, над которыми должны были задуматься крымские татарки: отсутствие права на родину и ошибочное толкование ислама34. Бахчисарайский митинг стал отправной точкой для движения, охватившего весь Крым. Уже в апреле женские комитеты появились в Акмечети, Гезлеве (Евпатории), Кафе (Феодосии), Керчи, затем – в других городах, многих аулах всех уездов. 24 апреля состоялось многолюдное собрание мусульманок Акмечети. Восторженно, со слезами на глазах собравшиеся выслушали речи учительницы Арамаз-ханум и Шафики-ханум Гаспринской. Учрежденный в тот же день «Комитет женщин Акмечети» стал исполнять функцию координирующего центра всех женских комитетов полуострова35. Помимо ведения просветительской деятельности, комитеты были призваны обеспечивать в случае необходимости реализацию политических, религиозных и бытовых прав женщин.

 

Примечания:

1 Стайтс, Р. Указ. соч. С. 292.

2 Хатын-кызлар съезды. Вакыт газетасыннан // Эль-ислах. 1908. № 18; Петербургта хатын-кызлар Җыелышы // Эль-ислах. 1908. № 19; Думага хатын-кызлар мөрәҗәгате // Эль-ислах. 1908. № 19.

3 На вероятный случай взаимодействия русских и мусульманских феминисток весной 1917 г. указывают слова Гыйффәт (З. Бурнашевой) о присутствии «голоса мусульманок» в телеграмме съезда представителей российских женщин, состоявшегося в Москве 8 апреля, с требованием избирательных прав для женщин (Гыйффәт Хатынлар тавышы // Ил. 1917. 28 мая).

4 Биктимирова Т.А. Ступени… С. 145.

5 Решение о предоставлении всем женщинам, достигшим 21 года, избирательных прав Временное правительство ратифицировало 20 июля 1917 г. Тогда же были сняты ограничения на занятие женщинами должностей в государственном аппарате. Как следствие, в июле на пост товарища министра просвещения была назначена видная деятельница кадетской партии С.В. Панина (Стайтс Р. Указ. соч. С. 402).

6 О Съезде по борьбе с торгом женщинами и отношении Лиги равноправия женщин к проблеме проституции см.: Стайтс Р. Указ. соч. С. 314-315.

7 Сообщение о собрании Московского объединенного общества равноправия женщин, состоявшегося 6 марта 1917 г. и принявшего, среди прочих, решение об отмене законов, регулирующих проституцию, опубликовал 15 марта ж. Сөембикә (№ 9. 143-144 б.).

8 См. резолюции казанского съезда мусульманок и московского съезда мусульман в документальном разделе настоящего издания (далее: док. раздел). В годы войны женщины-инспектора были назначены правительством в те отрасли промышленности, в которых в большей степени были задействованы женщины. Эта мера была осуществлена по настоянию Лиги равноправия женщин и Международного женского союза (Стайтс Р. Указ. соч. С. 394). Важная для русских женщин кампания за сохранение «сухого закона» не отразилась в общенациональных программных документах мусульманских феминисток, но для ряда татарок она, видимо, представлялась актуальной: в отчете о собрании мусульманок г. Самары зафиксировано предложение одной из участниц добиваться, чтобы «новое правительство не выпускало водку» (Вакыт. 1917. 5 мая).

9 Бөтен… 343 б. См. также док. раздел. Вероятно, протоколы отражают лишь часть положительных упоминаний русского феминистического опыта. Когда корреспондент г-ты «Вакыт» сообщал о намерении делегаток московского съезда добиться «тех же прав, что и русские женщины», он, вероятно, отталкивался от каких-то оставшихся не зафиксированными в протоколах заявлений на съезде (Вакыт. 1917. 16 мая). Здесь следует иметь в виду, что к маю ни русские женщины, ни российские женщины в целом еще не получили избирательных прав, но существовали официально декларированные в марте обещания. Лишь 20 июля правительство приняло решение о предоставлении всем женщинам, достигшим 21 года, избирательных прав. В августе женщинам были гарантированы равная оплата труда и равное с мужчинами право занимать государственные должности (Стайтс Р. Указ. соч. С. 402-403).

10 Бөтен… 349 б. См. также док. раздел.

11 Бөтен… 349 б. См. также док. раздел.

12 Например: Гыйффәт Op. cit.; Мөслими Г. Хазерлы хәлдә хатыннар // Шура. 1917. № 11. 252 б.; Хатынларга тигез хокук // Сөембикә. 1917. № 9. 143-144 б.; Мәскәү мөслимәләре комитеты тарафындан хатибнамә // Сөембикә. 1917. № 11-12. 165 б.; Динмөхәммәд Г. Хатынлар мәсьәләсе // Сөембикә. 1917. № 15. 227 б. (С.А. Знаменскиның лекция икътибасы: Изложение лекции С.А. Знаменского).

13 Например: Гыйффәт Op. cit.; Мөслими Г. Op. cit. 252 б.; Халили Я. Казандагы Гомуми мөслимәләр съезды // Сөембикә. 1917. № 11-12. 167 б.; Мөслими Г. Хазерында ханымларымыз: нинди эшләр эшләргә кирәк? // Шура. 1917. № 13. 299 б.; Шамсуддиния А. Исламда хатынларның хөррияте // Сөембикә. 1917. № 15. 222 б.; Динмөхәммәд Г. Op. cit. 226-227 б.; Учредительное собрание вә мөселман хатыны // Сөембикә. 1917. № 17. 275 б.

14 Каспий. 1917. 12 марта. См. также обращение к мусульманкам Московского комитета мусульманок: Мәскәү мөслимәләре комитеты тарафындан хатибнамә // Сөембикә. №№ 11-12. 165-166 б. (и другие обращения, помещенные в этом же номере журнала).

15 Это обстоятельство было особо отмечено в речи председательницы организационного бюро съезда Хадичы Таначевой, произнесенной при открытии съезда: Халили Я. Op. cit. 167 б.

16 Каспий. 1917. 3 мая (на основе статьи в газете «Ил»).

17 Мусин Ф.М. Op. cit. 103-104 б.

18 Биктимирова Т. Ә. Татар хатын кызлары… 112 б. Известные из сообщений периодики акции женщин на местах за лето 1917 г. перечислены в сн. 166.

19 Биктимирова Т. Ә. Татар хатын кызлары… 112 б. Одна из первых акций: 11 мая в ауле Кабан Оренбургской губ. в торжественной обстановке открылись летние курсы по подготовке учительниц, заведующая курсами – Багбостан Мукминова. Среди слушательниц были жительницы Вятки, Казани, Перми, Самары, Саратова, Симбирска, Сызрани, Уфы, Кавказа и Туркестана (Вакыт. 1917. 16 мая).

20 Каспий. 1917. 16 июня (со ссылкой на газету «Вакыт»).

21 Каспий. 1917. 20 июня.

22 Каспий. 1917. 30 апреля.

23 Каспий. 1917.12 марта.

24 Там же.

25 Съезд работал с 10 по 20 апреля в г. Баку. Гали Мерданбек Тобчибашев в своей приветственной речи на московском Всероссийском всеобщем съезде мусульман особо отметил состоявшееся на бакинском съезде примирение суннитов и шиитов Кавказа (Бөтен… 31 б.).

26 Каспий. 1917. 26 апреля.

27 Революция и национальный вопрос. Т. III. М., 1930. С. 342.

28 Джаббарова К., Фазыйлуллина Г., Салимова Ф. Мамадыш Җые­лы­шы // Сөембикә.1917. № 11-12 С. 183-184.

29 Халили Я. Op. cit. 172 б.

30 Известия Всероссийского мусульманского совета. 1917. 20 октября.

31 Hablemitoglu Ş., Hablemitoglu N. Op. cit. 214 s.

32 Idem. 216 s.

33 Idem.

34 Idem.

35 Idem. Каспий. 22 июня 1917 г. (со ссылкой на газету «Терджиман»).



М

Медина аль-Ислам
Газета мусульман Евразии

М

Ислам Минбаре
Трибуна ислама —
Всероссийская газета мусульман

А

Аль-Минбар

И

Ислам в Российской Федерации

Серия энциклопедических словарей

Ж

Минарет

Ежеквартальный евразийский журнал мусульманской общественной мысли

КНИЖНЫЕ НОВИНКИ:
  • Вера и добродетель. Книга II из цикла «Проповеди» /И. А. Зарипов/
  • Коранический гуманизм. Толерантно-плюлистические установки /Ибрагим, Тауфик Камель/
  • История Корана и его сводов /Муса Бигиев/
  • Пустыня внемлет Богу: хрестоматия /сост. М. И. Синельников/
  • Исламская мысль: традиция и современность. Религиозно-философский ежегодник. Вып. 1(2016)
Д
Ислам: Ежегодный официальный журнал Духовного управления мусульман Российской Федерации
Фаизхановские чтения
Мавлид ан-Набий
Форумы российских мусульман
 
Рамазановские чтения
Фахретдиновские чтения
Хадж российских мусульман
Современные проблемы и перспективы исламоведения и тюркологии
Ислам на Нижегородчине
Миграция и антропоток  на евразийском пространстве
Х
В Вашем браузере не установлен компонент Adobe Flash Player, поэтому Вы не можете увидеть отображаемую здесь информацию.

Чтобы уставновить Adobe Flash Player перейдите по этой ссылке
Н

ИД «Медина» награжден почетной грамотой за активную книгоиздательскую деятельность

Р

Информационные партнеры

www.dumrf.ru | Мусульмане России Ислам в Российской Федерации islamsng.com www.miu.su | Московский исламский институт
При использовании материалов ссылка на сайт www.idmedina.ru обязательна
© 2009 Издательский дом «Медина»
закрыть

Уважаемые читатели!

В связи с плановыми техническими работами наш сайт будет недоступен с 16:00 20 мая до 16:00 21 мая. Приносим свои извинения за временные неудобства.