Издательский дом Медина Официальный сайт
Поиск rss Написать нам

Новости партнеров:

Материалы VIII мусульманского форума
17.01.2014

Ахмадуллин В. А.
Военный университет Министерства обороны Российской Федерации, к. и.н., доцент.

Хадж советских мусульман в 1956–1957 гг.

Hajj Soviet Muslims in 1956–1957 years

В статье рассматриваются вопросы организации и проведения хаджей советскими мусульманами в период 1956–1959 гг. The article deals with the organization and conduct of Haji Soviet Muslims in the period 1956–1957 years.

Анализ значительного количества работ советских [1], российских [2], зарубежных исследователей [3], политиков [4], руководителей уммы и информации выложенной на исламских порталах [5] показывает особый интерес к истории хаджа советских мусульман. Но все эти авторы исследовали лишь отдельные годы хаджа и не затрагивали середину 50‑х годов ХХ в. Эта важная составляющая исламской жизни остаётся малоисследованной в силу того, что архивные материалы по этой проблеме были рассекречены совсем недавно.

Совет по делам религиозных культов при СМ СССР (СДРК) на заседании 27 марта 1956 г. одобрил ходатайство Духовного управления мусульман Средней Азии и Казахстана (САДУМ) о разрешении хаджа группе до 50 человек. В начале апреля 1956 г. Председатель СДРК И. В. Полянский просил ЦК КПСС, разрешить выезд на хадж группе до 50 человек. В пользу этого он приводил следующие доводы: состоявшиеся хаджи подняли авторитет СССР в глазах зарубежных мусульман; приезд в Мекку из СССР 18–20 человек вызывает много вопросов [6]. В дополнение к этому документу был подготовлен проект постановления СМ СССР, в котором ставились задачи: разрешить СДРК дать согласие духовным управлениям на хадж для 50 человек; Министерству финансов СССР выделить валюту для обмена паломникам; Всесоюзному акционерному обществу «Интурист» надлежало обеспечить перелёт; Исполкому московского городского совета подготовить места в гостиницах [7].

Анализ указаний СДРК своим уполномоченным на местах, говорит о тщательности подготовки хаджа советских мусульман и чувстве высокой ответственности чиновников СДРК за выполняемую работу. К хаджу 1956 г. в СДРК был подготовлен «Наказ представителям Духовного управления мусульман Европейской части СССР и Сибири, Духовного управления мусульман Средней Азии и Казахстана и отдельным верующим — мусульманам, направляющимся на паломничество в Мекку» [8].

Анализ документа показывает, что паломники были поставлены в жёсткие рамки: помнить, что они представляют мусульман СССР; перед интервью иностранным СМИ получить вопросы и проконсультироваться с посольством по вариантам ответов; в разговорах с иностранцами не допускать односторонних расспросов с их стороны; вернуться в СССР указанный срок.

В документах СДРК имеются свидетельства того, как уполномоченный по Киргизии добился у СДРК увеличения квоты для своей республики с 2 до 3 человек [9]. Некоторые кандидатуры лоббировались Духовными управлениями. Интересен механизм такого взаимодействия работников СДРК и мусульманских руководителей: составлялся список претендентов, затем уполномоченному назывались, например, первые шесть фамилий, которые особо поддерживались этими руководителями. В свою очередь уполномоченный передавал информацию в Москву для принятия окончательного решения. Именно такой механизм был отработан между казыем Казахстана с уполномоченным СДРК по этой республике — Б. Джумашевым и руководством САДУМ в 1956 г. [10] Эта практика была достаточно распространённой, её использовали и другие исламские лидеры: муфтий Ш. Хиялетдинов договорился с уполномоченным М. Каримовым о первых 10 людях из 28 вошедших в список претендентов на хадж 1958 г., а тот передал эту информацию в СДРК [11].

В мае 1956 г. СДРК представил Комиссии по выездам за границу при ЦК КПСС выездные дела 20 человек [12]. На хадж 1956 г. наложили особый отпечаток несколько обстоятельств. Во‑первых, непоследовательная позиция Комиссии по выездам за границу при ЦК КПСС. Она заседала 9, 13, 16, 18, 20, 23, 25, 27, 29, 30 июня. На заседании 29 июня было принято решение отменить разрешение на выезд 11 человек и разрешить хадж 13 мусульманам. Именно в этот день СДРК направил в Комиссию дополнительный список и просил отменить выезд для 9 человек. В итоге появился новый список из 20 человек. Руководителями паломников были назначены К. Салиховым — имам-хатыб Московской соборной мечети и Н. Тиллашайхов. Последний в письме к министру финансов СССР назван как «верующий из г. Ташкента». Из анализа его выездного дела ясно, что он родился в 1887 г., учился в медресе с 1905 г. по 1910 г., вся его трудовая деятельность прошла на светских должностях. С 1949 г. он работал кладовщиком склада № 2 ОРСа Узгеологоуправления в г. Ташкент. При этом от САДУМ были и служители ислама, но старшим никто из них назначен не был. Поэтому можно только строить предположения о занятии Н. Тиллашайховым должности одного из двух руководителей группы, ведь ни о каком равенстве авторитетов, как для советских мусульман, так и для зарубежных единоверцев не могло быть и речи.

Во‑вторых, среди паломников был член КПСС, кандидат медицинских наук, главврач клиники мединститута в г. Самарканд — У. Арипов [13].

Третья особенность этого хаджа — путешествие не на специальном самолете гражданского воздушного флота СССР, как в прошлые годы, а на рейсовых, по маршруту: Москва — Белград — Афины — Каир — Джидда (в проекте постановления был указан маршрут: Москва — Белград — Афины — Джидда). Но есть авторы называющие маршрут: Будапешт — Белград — Афины — Каир — Джидда — Мекка [14]. Вылет был намечен на 10–13 июля 1956 г. [15]

Четвёртая особенность — хадж был совершён после проведения национализации Суэцкого канала и народу АРЕ было ясно — страну ждёт агрессия.

В информационном сообщении СДРК для ЦК КПСС и СМ СССР говориться о 20 хаджи [16]. О таком количестве говорится и в отчёте члена СДРК Л. А. Приходько [17] и пишут современные исследователи [18]. Но в части архивных материалах указаны фамилии 20, а в других делах 18 паломников [19]. В ходе беседы, состоявшейся в октябре 1956 г. между руководством Духовного управления мусульман Закавказья (ДУМЗАК) и прибывшем из Туниса хранителем арабских рукописей Аль-габиба Альхуджальни, гостю было сообщено о 20 хаджи в 1956 г. [20] Но в апреле 1957 г. заместитель Председателя ДУМЗАК муфтий А. Дебиров сказал итальянскому корреспонденту Джакобе Сержио, что в хадж 1956 г. съездил 21 паломник из СССР. При этом он заявил, что советская власть не создаёт препятствий для хаджа, а проблема в Саудовской Аравии, которая даёт мало въездных виз [21].

Несмотря на тщательную проверку кандидатов, инструктажи и таможенные досмотры, некоторые паломники провезли в Мекку и другие арабские города по 25–75 писем. Но об этом работникам СДРК стало известно только во время конфидициальных бесед с вернувшимися паломниками [22].

С 15 по 20 июля паломники совершили в Мекке положенные ритуалы и вернулись в г. Каир, где 9 августа дали пресс-конференцию. С речью на арабском языке выступил К. Салихов. Он сообщил, что паломники из СССР молятся за успехи АРЕ и за здоровье Президента Гамаль Абдель Насера. Затем он ознакомил египтян с жизнью мусульман СССР, акцентируя внимание на торжестве свободы совести в СССР, подкрепляя свое выступление фактами о наличии мечетей, подготовке кадров служителей культа, возможности совершать хадж и т. п. Выступившие с ответным словом имам мечети при университете Аль-Азхар и представитель прессы благодарили паломников за их приезд в Каир, и выразили удовлетворение уровнем государственно-исламских отношений в СССР. Пресс-конференция закончилась чтением Корана тремя хаджи из СССР, что вызвало восторг у присутствующих [23].

В ходе хаджа произошло два события: была достигнута договорённость о приезде в СССР четырёх — пяти религиозных деятелей АРЕ, в том числе ректора Аль-Азхара; паломникам были подброшены журналы и газеты антисоветского содержания, но по указанию К. Салихова их выбросили. Были и проблемы с эмигрантами: во время бесед они говорили советским паломникам об отсутствие свободы совести в СССР, обосновывая это в том числе и малочисленностью паломнических групп приезжающих из СССР.

Как показывает анализ документов, несмотря на тщательную подготовку хаджа 1956 г. со стороны СДРК, ошибки прошлых лет повторились — среди паломников только К. Салихов отлично знал арабский язык и два-три человека умели хорошо читать Коран.

Анализ архивных документов позволил выявить важный факт: деления информации на два потока «внутренний и «внешний». Речь идёт о той статистике связанной с исламом, которая подавалась советскими чиновниками для иностранцев. Так заместитель Председателя СДРК В. И. Гостев на вопрос Муххамеда Аршада Аббаса — члена делегации мусульманского духовенства Индонезии о ежегодном количестве паломников ответил, что их 25–30. Предупреждая вопрос о причинах столь малого количества, сослался не на истинные причины — нежелание властей СССР увеличить поток, а на отсутствие дипломатических отношений с КСА и дефицит гостевых домов [24].

Таким образом, чиновник столь высокого уровня допустил глупость, он практически напрямую признал, что в Российской империи ситуация с хаджем была более благоприятной чем в СССР.

Как показывает анализ документов связанных с хаджем, не обошлось без скандалов местного значения, о которых в СДРК узнали после окончания хаджа 1956 г. В 1955 г мулла Болтобаев из г. Сузак Киргизии собрал с мусульман 18 тыс. рублей на свой хадж. За этот поступок, нарушающий каноны ислама, его публично осудил мулла из г. Джалал-Абада И. Абдуллахунов. Но, отправляясь на хадж в 1956 г., И. Абдуллахунов собрал с верующих более 25 тыс. рублей. Имам Кок-Янгакской мечети Асадуллин осудил сбор денег И. Абдуллахуновым, как поступок дискредитирующий хадж. Тем не менее, на ж/д станции И. Абдуллахунова встречали примерно 1500 человек. Они донесли его на руках с вокзала до мечети (примерно 200 метров) [25].

В апреле 1956 г. член СДРК Л. А. Приходько выехал в Азербайджан для решения комплекса вопросов. В ходе беседы с Председателем ДУМЗАК шейх-уль-исламом Хаким Заде, последним было высказано пожелание о разрешении ежегодного паломничества в г. Мешхед [26]. В начале июня 1956 г. И. В. Полянский обратился с секретным представлением к Первому заместителю Председателя СМ СССР А. И. Микояну, в котором были предложения, выполнение которых, должно было помочь укрепить советское влияние на мусульман СССР и зарубежья [27]. Для этого предлагалось резко увеличить число паломников; для доказательства свободы совести в СССР дать им в 1957 г. возможность побывать в Иране, Сирии, Ливане, Турции; шиитам разрешить паломничество в Кербелу и в Мешхед. Повторно предложение о разрешении шиитам посещать эти места прозвучало два раза в 1957 г.: в секретном докладе «Об использовании мусульманских и других религиозных организаций СССР в целях усиления советского влияния в странах Востока» [28] подготовленном для ЦК КПСС, а также в справке подготовленной СДРК и Ш. Р. Рашидовым — Председателем Президиума Верховного Совета Уз. ССР, заместителем Председателя Президиума Верховного Совета СССР [29]. С точки зрения автора, такое решение, хоть и запоздалое, работало на авторитет партийно-государственных органов СССР.

По сообщению МИД СССР советское посольство в г. Тегеране проанализировало ситуацию и пришло к двум выводам: о благоприятном отношении иранцев к приезду советских паломников в г. Мешхед; и отрицательно отозвалось о поездке в г. Неджеф и г. Кербелу из-за отсутствия в Ираке советского посольства и неблагоприятной обстановки вокруг этого государства. Вопрос по г. Мешхеду имел продолжение — 25 января 1957 г. СДРК, учитывая просьбу ДУМЗАК, запрашивал у ВАО «Интурист» информацию о подробностях возможного паломничества и могущих возникнуть проблемах при организации и в ходе поездки. В конце января 1957 г. и. о. Председателя СДРК Л. А. Приходько запросил информацию у уполномоченного СДРК М. Мамедова (Аз. ССР) о необходимых сроках поездки в г. Мешхед.

В октябре 1956 г. уполномоченный СДРК по Уз. ССР Н. И. Иногамов доложил И. В. Полянскому, что ЦК КП Узбе­кистана и СМ Уз.ССР считают увеличение количества паломников с 7 человек в 1956 г. до 25–30 хорошим способом повышения авторитета внешней политики СССР [30]. В феврале 1957 г. IV Управление КГБ при СМ СССР получило от СДРК списки кандидатов на хадж и на поездку в г. Мешхед. Надо отметить, что Духовные управления подали списки с рекордным количеством претендентов на поездку в Мекку: ДУМЗАК — 25, ДУМЕС — 28, ДУМСК — 32, САДУМ — 60 [31]. При этом большинству претендентов было отказано Духовными управлениями: в САДУМ было подано 133 заявления [32], в ДУМЗАК около 30 [33]. МИД СССР частично поддержал просьбу СДРК и в апреле 1957 г. предложил отправить в хадж 40–50 человек. Из Аз. ССР на поездку в Иран претендовало 8 человек, но ввиду невозможности быстро решить вопрос, СДРК рекомендовал в конце марта 1957 г. прекратить приём заявлений от желающих поехать в эту страну [34].

В мае 1957 г. СДРК просил Комиссию по выездам за границу при ЦК КПСС разрешить выезд в Мекку для 20 человек, но представил список на 28 человек. Комиссия разрешила выезд 20 мусульманам [35]. Анализ документов показывает, что 12 из них представляли САДУМ, 4 — ДУМЕС, по 2 человека из ДУМЗАК и ДУМСК [36]. Для поездки САДУМ подобрал врача-хирурга — С. Н. Ходжаева. Паломников инструктировал В. И. Гостев — заместитель Председателя СДРК, он напомнил о необходимости соблюдать достоинство гражданина СССР и быть на страже интересов Родины [37]. Делегация вылетела на хадж 2 июля 1957 г. Руководителем группы был Ш. Халыкназаров — имам-хатыб соборной мечети «Абдул-Хан» в г. Ош [38]. Хаджи посетили Мекку, Медину, Каир, Порт-Саид [39]. Посещение г. Порт-Саид советскими паломниками, по мнению автора, накладывало на визит особый отпечаток, т. к. совсем недавно в этом городе шли боевые действия. В г. Каир они встречались с генсеком Исламского конгресса А. Садатом — будущим Президентом Египта.

Анализ беседы показывает, что разговор шёл о ситуации в мире, но никаких конкретных совместных мероприятий стороны не наметили. Хадж 1957 г. находился в фокусе внимания и многих зарубежных СМИ. Но некоторые из них смешивали ложь с правдой. Примером такого творчества может служить серия статей опубликованных Г. Файзуллиным [40]. Он написал, что в каждой советской делегации прибывающей на хадж было 15–17 человек, а в 1957 г. их было 18. В тоже время показанная им система отправки на хадж даёт возможность согласиться с выводом, что руководство СССР создавало значительные препятствия желающим выехать на паломничество [41].

По результатам визита в Египет и итогам хаджа 1957 г. советским посольством был составлен отчёт [42]. В нём прозвучало несколько предложений работающих как на усиление ислама в СССР, так и на рост авторитета СССР в мире: отправка на хадж более многочисленных групп; приглашение в СССР исламских деятелей Египта; расширение связей ДУ из СССР с мусульманскими организациями Египта, с влиятельными духовными лидерами этой страны; увеличения числа студентов из СССР в Аль-Азхаре и приглашение египтян в СССР для работы в медресе.

Как показывает анализ событий дальнейших лет, партийно-государственный аппарат СССР почти до самого развала Советского Союза жёстко контролировал мусульман. Методика отбора на хадж, как бы мы не критиковали её сегодня, имела свои достоинства: за долгие годы работы у неё не было ни одного сбоя в плане невозвращенчества. И тут можно говорить как о качественной работе всех звеньев: Духовных управлений, системы СДРК, органов КГБ, СМ СССР, отделов и комиссий ЦК КПСС, так и о патриотизме нескольких поколений мусульман выросших при советской власти.

Akhmadullin Vyacheslav — candidate of historical Sciences, associate Professor. The Military University of the Ministry of defence of the Russian Federation

Приложение

Список советских паломников в 1956 г. [43]

От САДУМ

Таллайшахов Нугман — верующий из г. Ташкент, один из двух руководителей всех паломников

Сейтходжаев Рахманберды — верующий из Южно-Казахстанской области

Турдубаев Таабалди — служитель в мечети в Ошской области

Аймухамедов Черкез — служитель культа в г. Ашхабад

Саттиев Исакджан — служитель культа в г. Наманган

Нагизов Рза — заместитель шейха пи мазаре в Каракалпакской АССР

Абдул-Ахунов Исламхун — служитель культа в г. Джелал-Абад, Абдуллахунов Исламахун — имам религиозного общества мусульман г. Джалал-Абад в Киргизской ССР

Бабоев Пулатжан — служитель культа в г. Ленинабад

Абдурахманов Абдураим — верующий из Ташкентской области

Шарахмедов Ахмед — верующий из г. Ташкент

Маматкулов Мустафакул — верующий из Самаркандской области

Бурханов Агзам — верующий из Ташкентской области

Арипов Уктам — член КПСС с 1949 г., кандидат медицинских наук, главный врач клиник медицинского института в г. Самарканд

Губайдулин Мустафа — служитель культа в Кустанайской области

От ДУМЕС

Динмухаметов Нигоматжан — служитель мечети в г. Челябинск,

Ишимбаев Халяф Муллабаевич — верующий из г. Ишимбай, БАССР

Салихов Камаратдин — служитель мечети г. Москва, один из двух руководителей всех паломников

Мансуров Хуззят Назинович — верующий из г. Чистополь

От ДУМЗАК

Ахундов Сулейман Молла Гаджи оглы — верующий из г. Баку

От ДУМСК

Таштемиров Пайзулла — верующий из г. Буйнакск

Список советских паломников в 1957 г. [44]

От САДУМ

Геленов Мамедбай, сторож на строительстве в г. Ашхабаде;

Ахмедов Хаджамберди, колхозник в Андижанской области;

Норбутаев Абдулвахаб, ответственный секретарь казиата по Таджикистану, житель г. Курган-Тюбе;

Халыкназаров Шапат, имам-хатыб мечети в г. Ош — руководитель группы

Абдулкадыров Шахимарданкуль, пенсионер из г. Бухары;

Садьков Мумин, заместитель имама мечети в г. Ташкенте;

Абдуллоев Усман, пенсионер, из г. Боги-Баланда Самаркандской области;

Махмудов Адылжан, шофep из г. Ош;

Мухитдинов Махмуджан, заведующий производством шёлко-ткацкой артели им. Сталина в г. Наманган;

Абдраманов Каллихожа, заместитель имама мечети в г. Чимбай Каракалпакской АССР;

Турсунов Барат, имам мечети в г. Орджоникидзебад Таджикской ССР;

Ходжаев Насыр Садыкович, хирург-консультант инфекционной больницы № 1 г. Ташкент;

От ДУМЕС

Мустафин Ахмедзян, имам соборной мечети, г. Москва;

Сафин Валей Гарипович, имам мечети, г. Уфа;

Алманов Ислам Фазылович, бухгалтер мечети, г. Казань;

Шахмаметов Халим Усманович, председатель исполнительного органа религиозного общества мусульман, г. Ленинград;

От ДУМЗАК

Исмаилов Исмаил Микаил оглы, огородник, г. Баку;

Джафаров Ибрагим Джафар оглы, приеёщик в Союзе охотников, г. Нахичевань;

От ДУМСК

Гаджиев Асельдер, председатель исполнительного органа религиозного общества мусульман, г. Махачкала;

Омаров Хапиз Омарович, председатель ревизионной комиссии Духовного управления мусульман Северного Кавказа и Дагестана, г. Буйнакск.


[1] См. Саидбаев Т. С. Ислам и общество. — М., 1984; Sharafutdin M. Haj to Mecca // Muslims of the Soviet East. The Journal of the Muslim Religious Board for Central Asia and Kazakhstan. № 4 (56) 1403 (A. H.) 1982 (A. D.)

[2] Малашенко А. В. Исламское возрождение в современной России. — М., 1998; Резван Е. Хаджж из России // Ислам на территории бывшей Российской империи. Энциклопедический словарь. Выпуск 1. — М., 1998; Юнусова А. Б. Ислам в Башкортостане. — Уфа, 1999; Ибрагимов P. P. Власть и религия в Татарстане в 1940—1980‑е гг. — Казань, 2005; Герейханов Г. П. Государственно-исламские отношения в России, их влияние на пограничную безопасность (социально-философский анализ). Дисс. ... д‑ра философ. наук. — М, 2006; Денисов Д. Н. 130 лет Центральной соборной мечети Оренбурга / Д. Н. Денисов, К. А. Моргунов. — Оренбург, 2009; Королев А. А. Власть и мусульмане Среднего Поволжья: эволюция взаимоотношений. 1945–2000 гг. Дисс. ... д‑ра ист. наук. — М., 2008. Хабибуллина З. Р. Хадж мусульман Башкортостана: история и современные тенденции // Известия Самарского научного центра Российской академии наук. — Т. 11. 2009. № 6.

[3] См. Рой Я. Ислам в Советском Союзе после Второй мировой войны // Иордан М. В., Кузеев Р. Г., Червонная С. М. Ислам в Евразии: современные этические и эстетические концепции суннитского Ислама, их трансформация в массовом сознании и выражение в искусстве мусульманских народов России. — М., 2001; Левитин Л. И. Узбекистан. Эпоха Каримова. Критические заметки сторонника Президента Ислама Каримова. — М., 2003; Назаров А. Х. История религиозной жизни мусульман Таджикистана в 1941–1991 гг. Дисс. ... канд. ист. наук. — Душанбе, 2004; Усманходжаев А. Жизнь муфтиев Бабахановых: служение возрождению Ислама в Советском Союзе. — М., — Нижний Новгород, 2008.

[4] Мухаметшин Ф. М. Ислам в политической жизни России. Дисс. ... д‑ра полит. наук. — М., 1998; Бекмурзаев Б. А. Хадж из России // Дагестанская правда. Республиканская общественно-политическая газета. 17.05.2011 г.; Умаханов И.М—С. Наша хадж-миссия признана одной из лучших«. .

[5] Бабаханов Ш. Муфтий Зияуддинхан Ибн Эшон Бабахан. Жизнь и деятельность. — Ташкент, 1999; Асадуллин Ф. А. Москва мусульманская: история и современность. Очерки. — М., 2004; Амин аль-Касим, Дилявер Сейдахметов. История хаджа крымских татар. URL: http://islam.com.ua/articles/meet_islam/forgotten_history/1187/ (режим доступа: 19.04.2012); Мусульманское паломничество в ХХI веке. Приветствие Председателя СМР муфтия шейха Равиля Гайнутдина участникам III Международной конференции «Хадж — единство мусульман. Прошлое и настоящее. Комплексные решения». Казань, 7 июля 2011 г. URL: http://www.muslim.ru/articles/125/2775/ (режим доступа: 19.04.2012).

[6] ГАРФ, ф. 6991, оп. 3, д. 127, л. 22–23; д. 129, л. 84–85.

[7] ГАРФ, ф. 6991, оп. 3, д. 129, л. 86.

[8] ГАРФ, ф. 6991, оп. 3, д. 141, л. 1–3. См. Приложение.

[9] ГАРФ, ф. 6991, оп. 3, д. 140, л. 18–20.

[10] ГАРФ, ф. 6991, оп. 3, д. 140, л. 1, 18–23.

[11] ГАРФ, ф. 6991, оп. 3, д. 173, л. 3–6.

[12] ГАРФ, ф. 6991, оп. 3, д. 140, л. 47–148, 153–159, 163–170, 174–176.

[13] ГАРФ, ф. 6991, оп. 3, д. 140, л. 51, 141, 149, 150, 152, 160, 161, 171–173, 177–180, 185, 186; оп. 4, д. 59, л. 1–5, 13, 23, 38, 42.

[14] См. Гаврилов Ю. А., Шевченко А. Г. Мусульманство в истории и культуре народов России: исламская составляющая российской цивилизации. — М., 2007. — С. 248; Гаврилов Ю. А., Шевченко А. Г. Ислам и православно-мусульманские отношения в России в зеркале истории и социологии. — М., 2010. — С. 106.

[15] ГАРФ, ф. 6991, оп. 3, д. 130, л. 57; д. 140, л. 185; оп. 4, д. 60, л. 4, 5.

[16] РГАНИ, ф. 5, оп. 33, д. 23. л. 75–81.

[17] ГАРФ, ф. 6991, оп. 3, д. 130, л. 57.

[18] См. Гаврилов Ю. А., Шевченко А. Г. Мусульманство в истории и культуре народов России: исламская составляющая российской цивилизации. — М., 2007. — С. 247; Гаврилов Ю. А., Шевченко А. Г. Ислам и православно-мусульманские отношения в России в зеркале истории и социологии. — М., 2010. — С. 106.

[19] ГАРФ, ф. 6991, оп. 3, д. 140, л. 179–180, 186; оп. 4, д. 59, л. 1–5, 13, 23, 38, 42; д. 60, л. 4, 5.

[20] ГАРФ, ф. 6991, оп. 3, д. 228, л. 200.

[21] ГАРФ, ф. 6991, оп. 3, д. 230, л. 37.

[22] ГАРФ, ф. 6991, оп. 4, д. 59, л. 1–3; оп. 4, д. 60, л. 4, 5; РГАНИ, ф. 5, оп. 33, д. 23. л. 81.

[23] ГАРФ, ф. 6991, оп. 3, д. 130, л. 58; оп. 4, д. 59, л. 1–3; РГАНИ ф. 5, оп. 33, д. 23. л. 79–80.

[24] ГАРФ, ф. 6991, оп. 4, д. 60, л. 34.

[25] ГАРФ, ф. 6991, оп. 3, д. 141, л. 1–2.

[26] ГАРФ, ф. 6991, оп. 3, д. 127, л. 54–55.

[27] ГАРФ, ф. 6991, оп. 3, д. 129, л. 198–199.

[28] ГАРФ, ф. 6991, оп. 3, д.166, л. 5.

[29] ГАРФ, ф. 6991, оп. 3, д. 146, л. 65–67.

[30] ГАРФ, ф. 6991, оп. 3, д. 141, л. 15.

[31] ГАРФ, ф. 6991, оп. 3, д. 158, л. 12.

[32] ГАРФ, ф. 6991, оп. 3, д. 173, л. 8–16.

[33] ГАРФ, ф. 6991, оп. 3, д. 230, л. 132.

[34] ГАРФ, ф. 6991, оп. 3, д. 158, л. 1–35, 66.

[35] ГАРФ, ф. 6991, оп. 3, д. 160, л. 1–92, 97–98; оп. 4, д. 86, л. 90, 95, 150–158. См. Приложение.

[36] ГАРФ, ф. 6991, оп. 3, д. 230. л. 120.

[37] ГАРФ, ф. 6991, оп. 4. д. 75. л. 81.

[38] ГАРФ, ф. 6991, оп. 3, д. 159, л. 1–20; д. 160, л. 93–96.

[39] ГАРФ, ф. 6991, оп. 3, д. 160, л. 95; оп. 4, д. 99, л. 16.

[40] См. Fayzulln G. Muslims In USSR — I // Morning News 25.9.1958 y.; Fayzulln G. Muslims In USSR — II // Morning News 26.9.1958 y.

[41] См. Fayzulln G. Muslims In USSR — II // Morning News 26.9.1958 y.

[42] ГАРФ, ф. 6991, оп. 3, д. 160, л. 97–104.

[43] ГАРФ, ф. 6991, оп. 3, д. 140, л. 141, 179–180, 186; д. 141, л. 1, 4; д. 230, л. 132; д. 535, л. 95; оп. 4, д. 59, л. 1–5, 13, 23, 38, 42; д. 60, л. 4, 5.

[44] ГАРФ, ф. 6991, оп. 3, д. 159, л. 1–202; д. 160, л. 21–22, 27–29, 94, 97–98; д. 160, л. 2–10, 29.



М

Медина аль-Ислам
Газета мусульман Евразии

М

Ислам Минбаре
Трибуна ислама —
Всероссийская газета мусульман

А

Аль-Минбар

И

Ислам в Российской Федерации

Серия энциклопедических словарей

Ж

Минарет

Ежеквартальный евразийский журнал мусульманской общественной мысли

КНИЖНЫЕ НОВИНКИ:
  • Вера и добродетель. Книга II из цикла «Проповеди» /И. А. Зарипов/
  • Коранический гуманизм. Толерантно-плюлистические установки /Ибрагим, Тауфик Камель/
  • История Корана и его сводов /Муса Бигиев/
  • Пустыня внемлет Богу: хрестоматия /сост. М. И. Синельников/
  • Исламская мысль: традиция и современность. Религиозно-философский ежегодник. Вып. 1(2016)
Д
Ислам: Ежегодный официальный журнал Духовного управления мусульман Российской Федерации
Фаизхановские чтения
Мавлид ан-Набий
Форумы российских мусульман
 
Рамазановские чтения
Фахретдиновские чтения
Хадж российских мусульман
Современные проблемы и перспективы исламоведения и тюркологии
Ислам на Нижегородчине
Миграция и антропоток  на евразийском пространстве
Х
В Вашем браузере не установлен компонент Adobe Flash Player, поэтому Вы не можете увидеть отображаемую здесь информацию.

Чтобы уставновить Adobe Flash Player перейдите по этой ссылке
Н

ИД «Медина» награжден почетной грамотой за активную книгоиздательскую деятельность

Р

Информационные партнеры

www.dumrf.ru | Мусульмане России Ислам в Российской Федерации islamsng.com www.miu.su | Московский исламский институт
При использовании материалов ссылка на сайт www.idmedina.ru обязательна
© 2009 Издательский дом «Медина»
закрыть

Уважаемые читатели!

В связи с плановыми техническими работами наш сайт будет недоступен с 16:00 20 мая до 16:00 21 мая. Приносим свои извинения за временные неудобства.