Издательский дом Медина Официальный сайт
Поиск rss Написать нам

Новости партнеров:

Современные проблемы и перспективы развития исламоведения, востоковедения и тюркологии. Материалы IV–V Всероссийской молодежной научно-практической конференции 2010, 2011 года
26.03.2012

Н. Акчурина

выпускница Московского исламского колледжа

Татарская просветительница Мухлиса Буби

 

Галимательбанат, Махруй Барудия, Газиза Самитова, Фахрельбанат Сулеймания, Махруй и Махмуда Музаффарии, Лябиба Хусаинова, Фатыма-Фарида… В эту плеяду женщин, активно включившихся в общественную жизнь в эпоху первой русской революции или несколько ранее, несомненно, входят и женщины семейства Нигматуллиных-Буби[1], известные своим подвижничеством и завоевавшие огромный авторитет просветительской деятельностью[2].

Так, на рубеже веков семейство Буби пришли к мысли о необходимости реформирования обучения и воспитания не только юношей, но и девушек, предоставление им широких возможностей для повышения уровня образования и культуры, по мнению реформаторов, — одно из необходимых условий преодоления отсталости и обеспечения прогресса нации.

Приступившие в 1895 году к преобразованию мужского медресе братья Буби начали реорганизацию и женской школы.

Габдулла Буби в своем рукописном сочинении «Женщины» писал: «Нацию, женская половина которой остается невежественной, можно сравнить с наполовину парализованным человеком. В воспитании человечества ни один учитель не может оказать такого влияния, как мать»[3].

Стараниями семейства Нигматуллиных-Буби к 1901/02 учебному году в Иж-Буби возникла шестилетняя татарская женская школа по принципу организации начального образования, применяемого для обучения мальчиков. И в татарской женской начальной школе, можно сказать, впервые в ее истории, была определена продолжительность обучения 4 года. Школа Буби была хорошо оборудована: имелись парты, классные доски, географические карты, глобусы, другие учебно-наглядные пособия. Все расходы по содержанию женской школы взяли на себя братья Буби. В ней изучались те же предметы, что и в школе для мальчиков[4].

Наряду с вероучением преподавались чтение, письмо и грамматика тюркского (татарского) языка, арифметика, география. Также преподавались естествознание, всеобщая история, арабский и персидский языки, гигиена, каллиграфия, домоводство, рукоделие.

Успешной деятельности по созданию женского медресе в Иж-Буби способствовала новая обстановка в стране и в татарском обществе, возникшая в условиях назревания и развертывания первой революции в России.

События революционных лет вдохнули в реформаторов уверенность в правоте их дела. Они с еще большей решимостью продолжили дело создания женского медресе. В 1907 году при содействии гласного Сарапульского уездного земства, своего горячего сторонника и единомышленника Бадреддина Заляледдинова, братья Буби добились открытия в Иж-Буби земского одноклассного женского русско-татарского училища, ставшего составной частью женской школы, имевшей к этому времени семь классов.

Инспектор народных училищ Сарапульского уезда Н. Меньшиков, в 1903 году ознакомившийся с этим учебным заведением, сделал вывод, что «по общей постановке медресе в Иж-Буби стоит значительно выше, посему учителя русско-татарских школ сравнивают его с магометанской академией».

Получение в 1908 году братьями Буби от Сарапульского училищного совета разрешения (права) принимать экзамены на звание учительницы-муаллимы начального татарского училища и выдавать свидетельства, дающие лицам, выдержавшим эти экзамены, право преподавания, внесло существенные изменения в положение учительниц.

Первыми такие свидетельства, являвшиеся официальным документом, получили Мухлиса, Насима и Хуснифатима Буби и другие учительницы самой женской школы. К этому времени женщины семьи Буби были уже высокосообразованными и опытными учительницами, хорошо знавшими не только исламское вероучение. Братья полностью поручили своей сестре Мухлисе руководство женским медресе, этой первой в России упорядоченной женской татарской школой. Ее в это время начали называть «мулла абыстай».

Так появилась первая в России женская учительская семинария. Свидетельства, выдаваемые в Буби, были в то время для татарских учительниц единственным официальным документом, признававшимся всеми административными органами. Если учителя-мужчины могли получить подобный документ от Оренбургского духовного собрания, то у учительниц такой возможности до тех пор не было.

Появление новой системы женского образования у татар стали отмечать и представители учебного ведомства. Так, инспектор народных училищ А.В. Горячкин, по поручению попечителя Казанского учебного округа следивший за публикациями в татарской периодической печати, подчеркивал в донесении от 12 октября 1909 года: «Удивительно быстро развивается новометодное направление и среди женского мусульманского населения! И в то время, когда мы еще и не задумывались над образованием мусульманской женщины, сами мусульмане успели создать такую прочную организацию в лице женских новометодных мектебов, с которою теперь в интересах русского дела чрезвычайно трудно будет бороться»[5].

В Иж-Буби придавалось большое значение не только общеобразовательной и педагогической подготовке, но и воспитанию личностных качеств девушек. Ученицам внушалось, какая высокая миссия «матерей нации» их ожидает, в них воспитывалось уважение к труду и особенно к труду учителя. Большое значение придавалось воспитанию в ученицах привычки к самообразованию. Их приучали читать не только учебную и художественную литературу на всех изучаемых языках, но и общественно-политические, философские и иные не менее серьезные произведения, касающиеся различных волнующих татарское общество проблем.

Для того чтобы яснее представить успехи Буби в области женского образования, обратимся к сравнительной таблице предметов преподавания с указанием количества недельных часов в женской школе Буби (1910 год) с рекомендациями журнала «Сююмбике»[6],[7] и программой женской гимназии ведомства Министерства народного просвещения[8]. Обучение во всех трех типах школ было восьмилетним.

Без всякой помощи со стороны государственных органов, надеясь лишь на свои силы и средства, братья Буби разработали концепцию женского педагогического образования, подготовили и проверили на практике программы и учебные планы светского учебного заведения для подготовки учительниц, проложив путь идущим за ними в благородном деле обучения и воспитания будущих учительниц. За десять с небольшим лет становления семейство Буби подготовило в женском медресе и на летних курсах довольно внушительное количество татарских учительниц, занятых просвещеннем широких масс не только в царской, но и в советской России[9].

Эта, несомненно, нужная и успешная работа была прервана царским правительством в самом начале пути. Позиция столыпинского правительства была сформулирована в отзыве министра народного просвещения А.Н. Шварца на проект плана государственной обороны, представленный военным ведомством. Министр отмечал: «Необходимо неуклонно отстранять всякие притязания инородцев на какую бы то ни было обособленность и национализацию школы». Правительство П.А. Столыпина четко определило свою линию в этом вопросе: школа должна быть только национально русской.

Этот же курс проводили правые и националисты[10] в Государственной Думе. Любые заявления о необходимости допущения преподавания на любом другом языке, кроме русского, встречались ими с ожесточенным сопротивлением.

Государственный и общественно-политический деятель, член мусульманской фракции Думы, депутат от Казанской губернии Садри Максуди с горечью вопрошал: «Скажите нам откровенно, когда нам предлагалась русская культура, освобожденная от всяких русификаторских тенденций? Когда предлагался правительством русский язык без задней мысли обратить мусульман в православие? […] Русское правительство до сих пор, уверяю вас, ничего не делает для того, чтобы ввести среди нас, мусульман, культуру в смысле цивилизации. Были тенденции, как я вам описал, обратить в православие, было желание насадить русификацию, но никогда не открывалось ни одной школы с единственной целью — обучать арифметике, географии и русской литературе»[11].

Правительство и церковь видели явную для России угрозу в просвещении инородного населения. Руководитель «Братства св. Гурия» в Казани, епископ Мамадышский Андрей писал председателю Совета министров П.А. Столыпину: «Завоевание татарами-магометанами Казанского и всего Прикамского края происходит на наших глазах — тихо, мирно, постепенно, но твердо и неуклонно. Это объясняется историческими причинами в развитии жизни приволжских татар и историческими ошибками русского правительства в отношении местного русского и вообще православного исповедания населения». Отметив, что «эти ошибки нужно быстро исправить, чтобы в Казанском крае не выросло для русского государства великое зло». Приведя слова крымско-татарского интеллектуала, просветителя и политика Исмаила Гаспринского о роли и значении мусульманской общины и школы, епископ подчеркивал, что она «сохраняет религиозное одушевление ислама, она воспитывает патриотизм магометанских школьников, она дает этим патриотам религиозное освещение всей их жизни»[12].

В начале 1911 года над всеми учебными заведениями татар нависла угроза, начались обыски, аресты. Основной удар пришелся на комплекс учебных заведений Иж-Буби. Первым было закрыто мужское медресе, все его учителя были арестованы и отправлены в Сарапульскую тюрьму. В 1912 году была закрыта и женская школа.

В 1913 году Мухлиса Буби по приглашению Габдрахмана Ахмерова переехала в Троицк, приступила к обучению девушек в начальной школе. Убедила троицких купцов и меценатов Аушевых о необходимости открытия женского медресе. В 1914 году открывается женское медресе по типу Иж-Бубинского, а через год Мухлиса Буби добивается официального разрешения на открытие женской семинарии и становится заведующей этой семинарией.

Февральская революция 1917 года всколыхнула всю Россию, все угнетенные народы Российской империи, в том числе и татары, встретили ее с восторгом. 7 марта 1917 года в Казани был создан Мусульманский комитет, Декретом от 20 марта было разрешено употребление татарского языка в делопроизводстве, торговых книгах, частных учебных заведениях. Повсюду проводились митинги, демонстрации, всевозможные съезды — профессиональные, женские, религиозные, на которых обсуждались насущные политические проблемы того времени.

Жизнь Мухлисы Буби в этом году резко меняется. 24–28 апреля 1917 года в Казани состоялся Первый всероссийский съезд мусульманок, созванный по инициативе московских женщин. В работе съезда участвовало около 150 женщин из разных регионов, в основном представлявших интеллигенцию.

Председательница Центрального бюро по созыву съезда Хадича Таначева[13] (Ямашева) отметила на открытии: «Революция дала нам свободу. Пользуясь ею, мы в разных местах начали собираться и обсуждать наши проблемы… На этом съезде мы будем обсуждать лишь важнейшие вопросы, которые надлежит внести на рассмотрение Всеобщего мусульманского съезда, который вскоре состоится в Москве. Вот они: права женщин по шариату; место женщин в семье и общественной жизни; политические права женщин и участие их в Учредительном собрании»[14].

Для подготовки резолюций по этим вопросам было создано пять комиссий, заслушанные доклады вызвали бурные обсуждения. Редактор-издатель женского журнала «Сююмбике» Якуб Халили, присутствовавший на съезде как журналист и поместивший отчет о нем в своем журнале, отмечал высокий уровень докладов и активное участие в обсуждении не только делегаток, но и многочисленных гостей. Среди решений съезда, основанных на законах шариата, были отмечены следующие: равенство прав мужчин и женщин, право женщин на участие в политических и общественных делах, в выборах. Было избрано Центральное бюро мусульманок из пяти человек и делегация из восьми человек для участия на предстоящем Всероссийском общемусульманском съезде в Москве[15].

1 мая 1917 года в доме Шамси Асадуллаева[16] в Москве торжественно открылся Всероссийский общемусульманский съезд. В его работе участвовало около 900 делегатов из всех регионов России, в том числе 112 женщин. Это был пятый по счету всероссийский съезд (первые три состоялись в 1905–1906 гг., четвертый в 1914 г.). Это был первый съезд, в работе которого участвовали женщины. Одна из них — Салима Якупова, председатель Центрального бюро мусульманок России, была избрана в президиум съезда.

Участие женщин в работе Общероссийского мусульманского съезда говорит о том, что татары как мусульманское общество согласны с идеей равноправия женщины в обществе.

Женский вопрос обсуждался в специальной комиссии на десятом заседании съезда под председательством Гаяза Исхаки[17]. В выступлениях особо подчеркивалось, что отсутствие равноправия женщин и мужчин затрудняет национально-демократическое движение. После бурного обсуждения была принята резолюция о равноправии женщин, подготовленная в Казани на женском съезде.

Исходя из принципа равноправия женщин, решался и вопрос об участии мусульманок в управлении духовными делами мусульман России,

5 мая 1917 года на съезде широко обсуждались проблемы управления духовными делами мусульман России. Впервые самими мусульманами были избраны муфтий и шесть членов ЦДУМ[18] России, среди избранных впервые во всей истории существования ислама женщина-мусульманка Мухлиса Буби (307 голосов за, 280 — против) была избрана кадыем — судьей по шариатским делам.

Я. Халили писал по этому поводу: «Мы не знаем такого явления в исламском мире. Даже в являющейся исламским государством Турции, как нам известно, нет такого — женщины-кадыи. Это событие — избрание женщины-кадыя — стало возможным лишь под влиянием женского съезда, под воздействием голоса женщин. Это факт, доказывающий конец затворничества женщин, равенство мужчин и женщин в делах и правах»[19].

Мухлиса Буби как кадыя автоматически стала членом Министерства религии. Мухлиса для знавших ее женщин и мужчин была воплощением последовательности и просвещенности. Ее преданность делу ислама и просвещения своего народа, особенно женщин, ни у кого не вызывали тени сомнения.

Архивы сохранили документы фантастического, с сегодняшней точки зрения, содержания. Например, Владимирский губернский Совет рабочих, крестьянских и солдатских депутатов постановил в начале 1918 года, что все девицы до 18 лет должны быть замужем. А кои останутся холостыми, будут выданы принудительно по разнарядке из губернского Совета. Так новая власть пыталась бороться, с одной стороны, с проституцией, безнравственностью, с другой — якобы непосредственно участвовала в создании семьи нового типа.

Мухлиса Буби приступила к работе в Духовном управлении 19 июня 1917 года. Один из первых самостоятельных шагов женщины-кадыи на своем посту — это обращение к мусульманкам России. Решения I Общемусульманского съезда о равноправии женщин вызвали шквал протеста на местах. Особое негодование мужчин вызвал пункт, запрещающий многоженство. Как писал Я. Халили, даже солдаты с фронтов в массовом порядке отправляли свои протесты по этому поводу. В ответ на это М. Буби обратилась к девушкам и женщинам с призывом не соглашаться быть второй женой. В результате II Общемусульманский съезд изменил этот пункт и позднее Центральное Духовное управление мусульман распространило особое постановление о многоженстве с перечислением всех условий, при строгом выполнении которых оно было возможно. Среди авторов этого постановления была Мухлиса Буби, его подписали также муфтий Г. Баруди и шесть кадыев[20].

Мухлиса Буби руководила отделом по семейным делам. По материалам Третьего съезда мусульманского духовенства и верующих Внутренней России и Сибири, состоявшегося в Уфе в конце 1926 года, деятельность этого отдела предусматривала ведение метрических книг, регулирование семейных дел, работу по обращению в ислам, работу по определению фетв и ведение обширного делопроизводства.

К ней в Уфу в поисках защиты и справедливости обращались тысячи обездоленных, угнетенных женщин и находили у нее помощь и понимание. Не случайно и то, что на всех последующих мусульманских съездах в течение двадцати лет она неизменно переизбиралась и являлась правой рукой и помощницей муфтия Ризаэтдина Фахреддинова[21].

Мухлиса Буби публиковалась в журнале «Ислам мэжэллэсе» («Исламский журнал»), издававшемся в 1924–1927 годах при ЦДУМ, составляла фетвы, выступала арбитром по семейным проблемам.

Некоторые из ее статей не потеряли актуальности и сегодня. Например, в статье «Женщины в мире ислама», проследив роль женщины в семье и обществе с эпохи первоначального ислама, она останавливалась и на задачах, стоявших перед современной ей женщиной. По ее мнению, наиважнейший долг женщины — сохранение традиций и языка: «На сегодня мы имеем язык, при помощи которого можем не только выполнять повседневные нужды. Этo также и язык религии и науки. Даже если в нем много слов, вошедших из других языков, они уже наше достояние… Следовательно, мы имеем очень хороший зрелый язык… Но в последнее время, даже в деревнях наблю дается слишком частое и неумелое использование русских слов… Пусть наш народ знает по-русски, если сможет, пусть знакомится и с другими языками, знание очень нужно, но нельзя, разговаривая на родном языке, использовать, к месту — не к месту, нужно — не нужно, другие языки»[22].

Во времена репрессий, обрушившихся на татарскую интеллигенцию, несмотря на свои преклонные годы продолжавшую трудиться в Духовном управлении Мухлису Буби допрашивали представители органов НКВД в связи с обвинением в незаконном хранении золотых монет и ценных вещей по статье 59 Уголовного кодекса. Все, что она хранила, намереваясь совершить хадж в Мекку, было конфисковано. В начале ноября 1937 года в одном из отделов УГБ НКВД была составлена секретная справка по Башкирии, в которой было указано, что «Бобинская является и участницей контрреволюционной буржуазно-националистической повстанческой организации, вскрытой в Башкирии. Она активно проводит контрреволюционную националистическую работу, осуществляя связь с конт рреволюционной организацией, с иностранными разведками… Бобинская подлежит аресту и привлечению к ответственности по статье 58 пункты 2, 6, 10, Уголовного кодекса РСФСР»[23].

Блестящий педагог, более 20 лет отдавшая делу распространения женского образования среди мусульманок России, авторитетнейшая кадыя ЦДУМ, Мухлиса Буби в 1937 году постановлением тройки НКВД Башкирской АССР от 30 ноября в возрасте 68 лет была расстреляна.

Постановлением Президиума Верховного суда Башкирской АССР от 23 мая 1960 года была реабилитирована «за отсутствием состава преступления»[24].


[1]Иж-Буби — название села в Татарстане.

[2]Махмутова А.Х. Лишь тебе, народ, служенье! История татарского просветительства в судьбах династии Нигматуллиных–Буби.— Казань: Магриф, 2003.— С. 213.

[3]Там же.

[4]Махмутова А.Х. Лишь тебе, народ, служенье! История татарского просветительства в судьбах династии Нигматуллиных–Буби.— С. 213.

[5]НА РТ, ф. 92, оп. 2, д. 10735, лл. 53–54.

[6]Составленная группой опытных преподавателей известного казанского медресе «Мухаммадия» программа женской школы была предложена для обсуждения читательницам в 1914 году.— См.: Сююмбике., 1914. № 6, 14–16 б.

[7]Сююмбике — Первый номер журнала увидел свет в августе 1926 года под названием «Азат хатын» («Освобожденная женщина»). Хотя эта дата считается официальным началом издания, нужно отметить, что еще до революции (в 1913–1918 гг.) издавался журнал «Сююмбикэ», от которого осталось богатое наследие, насчитывающее 150 номеров. «Сююмбикэ» играет большую роль в консолидации татарской нации, сохранении языка, народных традиций, национальных семейных устоев, способствует дружбе народов.

[8]Лучший тип средней женской школы в дореволюционной России.

[9]Махмутова А.Х. Лишь тебе, народ, служенье! История татарского просветительства в судьбах династии Нигматуллиных-Буби. С 230.

[10]Члены фракции националистов в Думе.

[11]Государственная дума. III созыв. Стенографические отчеты. 1908, сессия 1, ч. 2.— СПб.., 1908., стлб. 2646–2647.

[12]Махмутова А.Х. Лишь тебе, народ, служенье! История татарского просветительства в судьбах династии Нигматуллиных-Буби.С. 239.

[13]Таначева (Ямашева) Хадича Зарифовна (1883–1952) — активная участница общественного движения среди татар в эпоху первой российской революции, в 1907 фициальный редактор газеты «Урал».

[14]Сююмбике.— 1917.— № 11.— 166–1676.

[15]Сююмбике.— 1917.— № 13.— 207–2146.

[16]В районе Татарской слободы в 1913 г. на средства Асадуллаева, азербайджанского нефтепромышленника-миллионера, покровителя науки и культуры, мецената, был построен четырехэтажный дом, который стал культурным центром московских мусульман.

[17]Гаяз Исхаки — выдающийся деятель татарского национального движения, писатель, публицист, издатель и политик.

[18]Центральное духовное управление мусульман России.

[19]Сююмбике.— 1917.— № 18.— 277 б.

[20]Махмутова А.Х. Лишь тебе, народ, служенье! История татарского просветительства в судьбах династии Нигматуллиных–Буби. С. 432.

[21]Там же.С. 443.

[22]Там же.С. 445.

[23]Там же.С. 445.

[24]Там же.С. 446–447.



М

Медина аль-Ислам
Газета мусульман Евразии

М

Ислам Минбаре
Трибуна ислама —
Всероссийская газета мусульман

А

Аль-Минбар

И

Ислам в Российской Федерации

Серия энциклопедических словарей

Ж

Минарет

Ежеквартальный евразийский журнал мусульманской общественной мысли

КНИЖНЫЕ НОВИНКИ:
  • Вера и добродетель. Книга II из цикла «Проповеди» /И. А. Зарипов/
  • Коранический гуманизм. Толерантно-плюлистические установки /Ибрагим, Тауфик Камель/
  • История Корана и его сводов /Муса Бигиев/
  • Пустыня внемлет Богу: хрестоматия /сост. М. И. Синельников/
  • Исламская мысль: традиция и современность. Религиозно-философский ежегодник. Вып. 1(2016)
Д
Ислам: Ежегодный официальный журнал Духовного управления мусульман Российской Федерации
Фаизхановские чтения
Мавлид ан-Набий
Форумы российских мусульман
 
Рамазановские чтения
Фахретдиновские чтения
Хадж российских мусульман
Современные проблемы и перспективы исламоведения и тюркологии
Ислам на Нижегородчине
Миграция и антропоток  на евразийском пространстве
Х
В Вашем браузере не установлен компонент Adobe Flash Player, поэтому Вы не можете увидеть отображаемую здесь информацию.

Чтобы уставновить Adobe Flash Player перейдите по этой ссылке
Н

ИД «Медина» награжден почетной грамотой за активную книгоиздательскую деятельность

Р

Информационные партнеры

www.dumrf.ru | Мусульмане России Ислам в Российской Федерации islamsng.com www.miu.su | Московский исламский институт
При использовании материалов ссылка на сайт www.idmedina.ru обязательна
© 2009 Издательский дом «Медина»
закрыть

Уважаемые читатели!

В связи с плановыми техническими работами наш сайт будет недоступен с 16:00 20 мая до 16:00 21 мая. Приносим свои извинения за временные неудобства.