Издательский дом Медина Официальный сайт
Поиск rss Написать нам

Новости партнеров:

Современные проблемы и перспективы развития исламоведения, востоковедения и тюркологии. Материалы III Всероссийской молодежной научно-практической конференции16 мая 2009 года
25.05.2011


 

Н. Беренкова,
магистрант ННГУ им. Н.И. Лобачевского

Исторические основы сотрудничества Ирана и Сирии
с движением Хизбалла

Организация Хизбалла с 1992 г. постепено изменяет свою изначальную позицию и из антирежимного движения превращается в элемент политической системы. Во многом это делается с целью укрепления своих позиций в стране и уменьшения зависимости от внешней поддержки, особенно в условиях вероятного изменения позиции некоторых союзников, в частности, опасения вызывают переговоры Сирии с Израилем. В данной статье обратим внимание на исторические, культурные и политические факторы, сближающие Хизбаллу и традиционно поддерживающих ее Иран и Сирию.

Иран оказал существенное влияние на идеологические основы и структурно-функциональные особенности движения Хизбалла. Можно выделить три основных фактора, приведших к формированию тесной связи между Ираном и Хизбаллой. Во-первых, Хизбалла является преимущественно шиитской партией. Процессы мобилизации шиитской общины, лишенной влияния на политические процессы в Ливане и вместе с тем обладающей огромным демографическим потенциалом, начались в 1960-е гг.

Во-вторых, современная шиитская элита сформировалась в Наджафе в Ираке, ставшем в 60-е гг. центром политической жизни ливанских шиитов. Именно в школах Наджафа, где в свое время преподавал аятолла Хомейни, была создана особая ветвь идеологии шиитского активизма. Личные связи лидеров и близкая идеология определили направление, в котором формирующееся движение искало союзников.

В-третьих, Исламская революция в Иране оказала своего рода демонстрационный эффект на ливанских шиитов. В «Открытом письме» мы читаем: «Только исламский режим может остановить дальнейшие попытки проникновения империализма в нашу страну»[1]. До этого «мало кто в мире ливанской политики воспринимал обещания исламской утопии всерьез, даже в шиитской общине»[2]. Интересно, что экспорт Исламской революции был направлен прежде всего на сопредельные с Ираном страны и страны Персидского залива, в которых проживает немалое количество шиитов, однако самое влиятельное шиитское движение возникло именно в Ливане, западной стране, не имеющей границ с Ираном, где проживает всего2–3% всех шиитов за пределами Ирана[3]. Можно найти этому разумное объяснение: гражданская война усилила влияние иранской Исламской революции, она еще более ухудшила социальное и экономическое положение ливанских шиитов и заставила лидеров нарождающихся общественных движений сопротивления обратиться за помощью извне. По словам заместителя генерального секретаря Хизбаллы Наима Касема, «жажда Исламской революции пришла вместе с возрастающей и устойчивой необходимостью политической реставрации в стране, такой как Ливан»[4]. Ливанское правительство было не способно подавлять очаги симпатии к идеям Исламской революции, как это делали правительства Ирака, Кувейта, Саудовской Аравии. Сирия, нуждавшаяся в любой помощи против враждебных ей сил в Ливане, без проблем пропустила иранскую помощь ливанским шиитам через свою территорию.

Совпали почти все факторы, обычно способствующие оказанию демонстрационного эффекта: успех революции на родине, культурная близость ливанских шиитов и преимущественно шиитского Ирана, а также легкость коммуникации, обусловленная отсутствием эффективного правительства в Ливане. Все это создало благоприятные условия для создания, вдохновленного Ираном фундаменталистского движения.

Сначала подробнее остановимся на тех чертах партийной идеологии Хизбаллы, которые связывают ее с Ираном. Эта идеология представляет собой систему политических, юридических и религиозных воззрений, носящих шиитский характер.

Во-первых, Хизбалла признает необходимость установления исламского правопорядка. Бог является источником суверенитета и власти, он направляет мусульман через пророка и его последователей (имамов). «Эта неотъемлемая связь между божественным управлением и необходимостью создания исламского правопорядка, в соответствие с идеологией Хизбаллы превращает Ислам во всеобъемлющую систему общественного существования»[5].

Принцип необходимости создания исламского порядка тесно связан со следующим, возможно, основным принципом, объединяющим Хизбаллу и Иран, а именно принципом верховенства духовенства, которая основана на теории Хомейни о господстве вилайет аль-факих. Хомейнизм определил доминирующую роль юристов в идеологии и деятельности Хизбаллы. Ее лидеры неоднократно подчеркивали свою преданность Хомейни и его последователю аятолле Хаменеи.

А Хасан Насралла получил от Хаменеи титул Худжат аль-Ислам, что можно перевести как «довод» или «доказательство Ислама». Он сформулировал концепцию «силы повиновения» (куват аль-та’а), которая является атрибутом современной иранской системы.

Согласно распространенному в Хизбалле мнению, в подчинении вилайят аль-факих и заключается ее сила и единство. Юристы-теологи определяют основные направления деятельности партии (как-то противостояние Израилю), а оперативное управление находится, однако, в руках ее руководства. Лидеры Хизбаллы неоднократно пытались подчеркнуть свой прагматизм, заявляя, что любая партия и группа в мире развивает такие внутренние и внешние связи, которые ей выгодны, и это никогда не рассматривается с негативной точки зрения, за исключением сотрудничества с врагом. Более того, считается, что национальность вали аль-факих не имеет отношения к границам его деятельности. «Он может быть иранцем или иракцем, ливанцем или кувейтцем, или кем-нибудь другим. Его национальность не относится к его квалификации, он несет знамя Ислама и работает на благо этой религии, которая милосердна ко всему сущему»[6].

Важным аспектом приверженности Хизбаллы вилайят аль-факих является тот факт, что ее политика может быть очень гибкой, так как юристы-теологи обладают правом изменять идеологию и ведущие принципы в зависимости от сложившихся исторических обстоятельств.

Создание исламского правопорядка и приверженность принципу вилайят аль-факих подкрепляется третьей опорой идеологии Хизбаллы, объединяющей ее с иранской идеологией. Этой опорой является священная битва или джихад.

Партия придерживается широкого понимания джихада. Выделяется несколько его уровней и подуровней:

1. Великий джихад (аль-джихад аль-акбар).

2. Малый джихад (аль-джихад аль-асхар):

а) исходный джихад (аль-джихад аль-ибтидаа);

б) оборонительный джихад (аль-джихад аль-дыфаа):

• вооруженный джихад;

• невооруженный джихад.

Под великим джихадом понимается борьба с самим собой, которая продолжается в течение всей жизни. Исходный джихад также известен как «священная война», он подразумевает распространение Ислама и борьбу с неверующими. Однако согласно идеологии Хизбаллы данный вид джихада может быть санкционирован только пророком или имамом. Оборонительный джихад заключается в отражении агрессии против чьей-то жизни, страны, исламской уммы, а также предотвращение угнетения врагом или несправедливой властью. Эта форма джихада требует только одобрения вилайят аль-факих. Выбор средств для ведения джихада зависит от обстоятельств, но Хизбалла признает как военные, так и мирные средства.

Еще дна основа идеологии – это единство уммы. Центральное место занимает вопрос освобождения Иерусалима, который направлен на устранение идеологических противоречий между суннитами и шиитами. Хизбалла с самого начала позиционировала себя как движение по борьбе с сионизмом. Но именно Хомейни обратил внимание ее лидеров на проблему Палестины, являющейся центральной в объединении мусульман. Так, следуя фетве Хомейни 1979 г., Хизбалла ежегодно проводит празднования Международного дня Иерусалима в последнюю пятницу Рамадана. В ее процессиях принимают участие также и суннитские группировки, такие как Исламская ассоциация Ливана, их коллеги из Сирии, Иордании, Египта и Алжира, палестинские исламисты ХАМАС и Исламский джихад. Идея создания объединенного исламского фронта для предотвращения нормализации отношений с Израилем также тесно связна с концепцией единства исламской уммы.

Последняя идея, заимствованная у Ирана, заключается в том, что исламский правопорядок приведет к установлению социальной справедливости. Однако она не имеет никакого отношения ни к идеям марксизма, так как признает частную собственность, ни к капитализму, основывающемуся на эксплуатации. «Исламский социализм» будет достигаться путем следования каждого человека принципам Ислама.

Теперь обратим внимание на непосредственные связи руководства Хизбаллы с Ираном. И выделим некоторые персоналии и институты, которые оказали влияние на создание Хизбаллы и поддержание с ней устойчивых взаимовыгодных отношений.

Хизбалла не сразу приняла вид организационно оформленного движения. Сначала происходило объединение различных небольших радикальных организаций, чье формирование происходило на фоне учащающихся контактов с ИРИ, так как они действовали как партизанские отряды по всей территории Ливана, но по отдельности не могли противостоять Израилю. Между этими организациями велись оживленные дискуссии по поводу средств и методов достижения желаемых целей, Были выбраны по три представителя от религиозного истеблишмента долины Бекаа, различных исламских комитетов и «Исламского Амаля», они сформулировали так называемый «Манифест девяти», содержащий концептуальных основы их идеологии и направленный на одобрение аятолле Хомейни. Он был признан впоследствии всеми вышеупомянутыми группировками, которые самораспустились, чтобы создать единое движение, получившее название Хизбалла. К тому времени, как израильская армия была вынуждена отступить к зоне безопасности в начале 1985 г., были приняты долгосрочные программные установки.

В создании «Хизбаллы» большую роль сыграли некоторые представители иранского истеблишмента. Следует отметить Акбара Мухташами, которого иногда называют «вдохновителем «Хизбаллы»[7]. В конце 1970-х он занимал должность посла Ирана в Дамаске и проводил большое количество времени в Ливане, пытаясь заполнить политический и идеологический вакуум, оставленный государством. Он проводил регулярные встречи с ведущими ливанскими исламистскими деятелями: Имадом Мугнией, Хусейном аль-Мусауи, Аббасом аль-Мусауи, Субхи аль-Туфейли[8], которые в дальнейшем сформировали политическое ядро «Хизбаллы».

Также следует отметить роль Мустафы Шамрана, приехавшего в Тир и сблизившегося с имамом Мусой ас-Садром. Он основал собственную военную организацию и тренировал представителей «Ад-Даввы» и «Амаля» преимушественно в палестинских лагерях, пока не создал отдельные тренировочные лагеря движения «Амаль». А впоследствии принял участие в основании «Хизбаллы».

Иранские власти не скрывали своего намерения помочь Ливану в противостоянии Израилю. В июне 1982 г. в долину Бекаа прибыли около 1500 стражей исламской революции, которые занимались снабжением «Хизбаллы» необходимыми финансовыми и военными средствами.

Корпус стражей исламской революции, входящий в регулярные вооруженные силы Ирана, помимо чисто военной функции выполняет и многие другие. Он является важнейшим инструментом политико-идеологического воздействия внутри страны и за ее пределами. Особое место в системе КСИР занимают силы специального назначения «Кодс». В силах «Кодс» есть девять управлений: по Турции и Закавказью; по Ираку; по Ливану; по Центральной Азии, СНГ, Пакистану, Индии, Афганистану; по Северной Африке; по Центральной и Южной Африке; по Европе, Северной и Южной Америке; по странам Персидского залива; по специальным операциям[9]. Отдельное управление для Ливана свидетельствует о большом значении, выделяемом для него иранским руководством.

Как справедливо отметил генеральный директор Центра изучения современного Ирана Раджаб Сафаров, «Хизбалла, по сути, является в Ливане прототипом иранского Корпуса стражей исламской революции»[10]. Схожесть «Хизбаллы» с КСИРом заключается также и в их самостоятельности от государственной власти. Несмотря на то что корпус является частью вооруженных сил ИРИ, он не подотчетен руководству ВС. Главнокомандующий КСИР подчиняется напрямую верховному лидеру страны.

Особенностью исламского режима в Иране явилась преемственность его внешней политики, независимо от позиции сформированного правительства. Реформисты и консерваторы расходились во взглядах на государственное управление, экономическую, социальную, законодательную и культурную политику. Однако обе стороны всегда поддерживали сопротивление в Ливане. «Хизбалла» в свою очередь подчеркивала свое невмешательство во внутренние события в Иране и заявляла, что «не является протеже ни одной из сторон и старается поддерживать со всеми крепкие дружественные взаимоотношения»[11]. В 80-е гг. у официального Ирана, возглавляемого президентом Али Акбаром Хашеми-Равсанджани, были затруднения с контролем над «Хизбаллой», так как она имела тесные связи с радикальным крылом Али Акбара Мохташеми в Иране. Ситуация изменилась только тогда, когда Рафсанджани обошел Мохташеми и его последователей в 1989 г. Смягчение иранской политики сказалось на «Хизбалле» тем, что в 1991 г. на пост генсека был выбран умеренный, поддерживаемый иранским президентом Шейх Аббас Аль-Мусави, заменив на этом посту ультрарадикального Шейха Сабхи аль-Туфейли.

С приходом к валасти в ИРИ М. Ахмадинежада можно говорить о переведении отношений Ирана и Хизбаллы в официальный формат. До этого координацией контактов между Хизбаллой и иранской стороной являлся КСИР. В 2005 г. лидер «Хизбаллы» Хасан Насралла одним из первых посетил Тегеран после выборов в Иране. При этом он был принят как важный гость, провел встречи и переговоры с руководством страны. «Такой прием был призван продемонстрировать мировому сообществу высокий политический статус ливанского гостя, поднять политическое значение возглавляемого им движения»[12].

Иран с 1982 г., со дня создания этой группировки, по настоящее время политически и материально поддерживал Хизбаллу. Так, здесь нужно выделить такие факторы, как поставка оружия и боеприпасов, финансовая, техническая и кадровая помощь. Присутствие иранских профессиональных военных оказало влияние на повышение боеспособности Хизбаллы. Специальные тренировочные лагеря, где проходят подготовку будущие боевики Хизбаллы, есть и в самом Иране. По некоторым сведениям, подобные лагеря есть в Тегеране, Исфагане, Мешхеде и Ахвазе[13]. Особо нужно отметить базу подготовки «Шейх Убейдалла». Однако сведения об этих аспектах взаимоотношений Ирана и Хизбаллы являются в основном неточными, часто основанными на домыслах. Это обуславливается их неофициальным характером.

В ходе войны 2006 г. появлялись сведения, что ракетными обстрелами Израиля руководит объединенный штаб, состоявший из офицеров «Хизбаллы», Сирии и Ирана, расположенный на тыловой базе 10-й сирийской дивизии в сирийском городе Аз-Забдани.

Руководством Хизбаллы не отрицается финансовая помощь Ирана, однако утверждается, что она в основном идет на социальные нужды населения: строительство больниц, школ, поддержку населения. В конце 1990-х ежегодная финансовая помощь «Хизбалле» сократилась с 60–100 до 30 млн долларов. Однако уже в 2003–2004 годах оно достигло 200 млн долларов в год[14]. А сейчас, по мнению наблюдателей, составляет порядка 100 млн долларов в год.

Официальные представители движения в целом не отрицают, что с самого своего основания «Хизбалла» видела достижение своих целей, в частности, с помощью поддержки Исламской Республики Иран. Исламский универсализм и элитизм оказал существенное влияние на организационную структуру Хизбаллы. С одной стороны, так же как и в Иране, партия не ограничивает свою деятельность пределами одной страны, акцентируя внимание на интересах всех мусульман (именно поэтому Иран никогда не рассматривался Хизбаллой как внешняя сила). А с другой – строгий иерархичный порядок, сложившийся в партии, отражает принцип вилайят аль-факих.

Интересно, что риторика, касающаяся осуждения некоторыми странами тесного сотрудничества между «Хизбаллой» и Ираном, признается сторонами колониалистской пропагандой, действующей по принципу «разделяй и властвуй».

Более того, в Ливане сложилась такая практика, что почти все партии пытаются выстроить отношения с различными странами мира и центрами силы в соответствии со своими интересами и представлениями. Подобные связи имеются с США, Францией, Израилем, Египтом, Ливией, Саудовской Аравией а в прошлом и с Советским Союзом. Поэтому, как неоднократно подчеркивали лидеры «Хизбаллы», поддержка Ираном этого движения не является чем то нестандартным.

Таким образом, можно говорить о сложившемся устойчивом союзе Хизбаллы и Ирана, основанном в первую очередь на единстве идеологических установок. Для «Хизбаллы» лучшей моделью исламского правления служит иранская модель управления государством. Поэтому «высшим авторитетом для «Хизбаллы» на сегодня является не ливанское правительство, а иранское руководство»[15]. Иран оказывает политическую и материальную помощь партии, а иранское духовное руководство в соответствии с принципом вилайят аль-факих обладает верховенством над Хизбаллой. А в связи с идеей исламского универсализма последняя не рассматривает Иран как внешнюю силу

Другим союзником и своего рода покровителем «Хизбаллы» на Ближнем Востоке является Сирия. В отношениях с Сирией «Хизбалла» признает заслуги Сирии в восстановлении конфессионального баланса в ходе гражданской войны. После израильского вторжения 1982 года и ослабления позиции Сирии именно она прибегла к помощи Ирана и разрешила отряду стражей революции попасть на ливанскую территорию и начать масштабную подготовку сил исламского сопротивления.

В марте 1984 г. при посредничестве США было заключено соглашение между правительством Амина Жмайеля и Израилем. Естественно, Сирия рассматривала это как угрозу собственным интересам в Ливане. Более того, немного позже во главе с Набихом Берри шиитская группировка Амаль, ранее поддерживаемая Дамаском, начала принимать участие в работе «Национального комитета спасения», то есть работать бок о бок с христианским правительством.

Дамаск вовремя осознал возможные выгоды от поддержки сопротивления в Ливане: борьбы с многонациональными силами в Бейруте и с израильским присутствием на юге. После серии атак со стороны радикальных ливанских группировок многонациональные силы были выведены из Ливана, осознав невыполнимость своих целей. Израильские войска тоже начали отступать. Однако их отступление, как и в 1978 г., было неполным. Они передали так называемую «зону безопасности» армии Южного Ливана, оставив часть своих войск для ее поддержки. Можно констатировать, что эта борьба закончилась победой Дамаска: все стороны стали более зависимы от Сирии, чем когда бы то ни было. Амин Жмайель обратился к ней за помощью и примирением, со своей стороны упразднив договор 17 мая.

Изначально отношения Сирии и Хизбаллы ограничивались координацией вопросов безопасности, содействием в передвижении оружия и активистов и не переходили в политические связи. С одной стороны, движение было заинтересовано именно в помощи сопротивлению, и не уделяло внимания развитию политических отношений. С другой стороны, Сирия выстраивала свои отношения с Хизбаллой как с движением сопротивления, а не как с политически интегрированным политическим организмом, ибо в то время партией отрицалось любое участие в политической борьбе внутри Ливана, да и с практической точки зрения в условиях хаоса это было почти невозможно.

Некоторый спад в отношениях произошел с 24 февраля 1987 г., когда сирийские силы вошли в Бейрут с целью положить конец межгрупповым столкновениям. По заявлениям Хизбаллы, ее члены не принимали в них никакого участия. Однако в ходе сирийской операции в одном из домов на улице Фатхалла погибло 27 членов партии.

К середине 80-х годов Хизбалла при помощи Корпуса стражей исламской революции начала создание собственных арсеналов оружия и смогла существенно расширить свою социальную базу. Ее укрепление в районах традиционной деятельности организации Амаль привело в скором времени к усилению соперничества двух шиитских группировок. В июне 1988 столкновения между Амаль и Хизбаллой в Южном Бейруте вынудили сирийские войска вмешаться. Хизбалла не могла допустить возможности союза Сирии и Амаль, поэтому ее руководство запросило встречи с президентом Асадом, чтобы получить официальные гарантии. Сирийский президент заверил членов партии, что введение войск в южные районы Бейрута призвано лишь обеспечить безопасность. Встреча позволила обсудить также и некоторые идеологические и политические вопросы и стала первой в своем роде на таком высоком уровне.

Затем последовал ряд четырехсторонних встреч, нацеленных на разрешение противоречий между Амаль и Хизбаллой. В них принимали участие представители обеих партий, Сирии и Ирана. Также был ряд двусторонних встреч с министром иностранных дел Сирии Фаруком аш-Шара, майором Басилем аль-Асадом, вице-президентом Абдул Халим Хадамом и генерал-майором Гази Кенааном. Они заложили основу для последующего политического диалога Сирии и «Хизбаллы». К завершению столкновений между шиитскими группировками в Ливане их отношения достигли огромного прогресса. Одним из проявлений этого стала открытое выражение сирийской поддержки исламскому сопротивлению в Ливане со стороны президента Асада.

Ожидания США и Израиля на изменение сирийской политики после смерти Хафеза Асада не оправдались. Сирия сыграла важнейшую роль в заключении таифского соглашения, положившего конец гражданской войне в Ливане. А ее военное присутствие на ливанской территории, по мнению Хизбаллы, было защитой от израильского влияния и контроля. И несмотря на возражения ливанского правительства против любого сопротивления на юге, так как это могло привести к дестабилизации, Сирия и Иран фактически дали согласие на сохранение Хизбаллой вооружений.

Таким образом, Хизбалла создавалась как движение сопротивления израильской оккупации. Первоначальными целями движения были изгнание израильтян с ливанской территории, восстановление баланса сил и победа над своими противниками в христианском лагере. Уже после под эти цели подводилась идеологическая база, в том числе под влиянием Ирана. Однако следует отметить, что, выстраивая свои внешние связи, лидеры Хизбаллы действовали достаточно прагматично, пытаясь предотвратить сотрудничество Сирии с другими ливанскими силами того времени и получить наибольшие выгоды от сотрудничества с идеологически близким Ираном.

Основным фактором, скрепляющим отношения Хизбаллы и Ирана, является близость их идеологии, а контакты Хизбаллы и Сирии в основном обуславливаются стратегическими целями обеих сторон в противостоянии Израилю. В целом нужно признать стабильность трехстороннего альянса эти сил на данный период, так как основан он на взаимовыгодных связях.

[1] An Open Letter. The Hizballah Program. – URL: www.standwithus.com/pdfs/flyers/hezbollah_program.pdf.

[2] Kremer Martin. Hizbullah: The Calculus of Jihad / Martin Kremer on the Middle East: Alternative readings of Islam and the Arab World. – URL: http://www.martinkramer.org/

[3] Там же.

[4] Qassem Naim. Hizbullah: The Story from Within. – London, 2005. – P. 18.

[5] Hamzeh Ahmad Nizar. In the path of Hizbullah. – New York: Syracuse University Press, 2004. – Р. 27.

[6] Qassem Naim. Hizbullah: The Story from Within. – London: SAQI, 2005. – P. 55.

[7] Joseph Elie Alagha. The Shifts in Hizbullah’s Ideology: Religious Ideology, Political Ideology, and Political Program. – Amsterdam University Press: Amsterdam, 2006. – P. 33.

[8]Там же. P. 33.

[9]Тарабрин С. Религия как источник конфликта // Независимое военное обозрение. – URL: http://nvo.ng.ru/wars/2002-08-30/2_religion.html

[10]Остапов А. Раджаб Сафаров: Израиль проиграл войну, начатую американцами. – URL: http://www.safarov.ru/06.php?act=news_by_id&news_id=14516

[11]Qassem Naim. Hizbullah: The Story From Within. – SAQI: London, 2005. – P. 238.

[12]Сажин В.И. Ключ к перемирию в Ливане лежит в Тегеране / Институт Изучения Ближнего Востока. – URL: http://www.iimes.ru/rus/stat/2006/10-08-06.htm

[13]Iranian Assistance to Hizbullah. Iran Revolutionary Guards Officer: Hizbullah Has Iran-Trained Diver, Naval Commando Units; We Have Constructed Command Rooms for Hizbullah; Iranian Martyrdom Forces Have Been Sent To Lebanon // The Middle East Media Research Institute. – URL: http://memri.org/bin/articles.cgi?Page=countries&Area=iran&ID=SP122006

[14]Wilson Scott. Lebanese Wary of a Rising Hezbollah: Fears of Militia's Broader Ambitions Reignite Debate Over Its Populist Agenda // The Washington Post. – URL: http://www.washingtonpost.com/wp-dyn/articles/A12336-2004Dec19.html

[15]Гончаров П. Война в Ливане: израильская увертюра и иранский финал / Сафаров Раджаб Саттарович. – URL: http://www.safarov.ru/06.php?act=news_by_id&news_id=14525



М

Медина аль-Ислам
Газета мусульман Евразии

М

Ислам Минбаре
Трибуна ислама —
Всероссийская газета мусульман

А

Аль-Минбар

И

Ислам в Российской Федерации

Серия энциклопедических словарей

Ж

Минарет

Ежеквартальный евразийский журнал мусульманской общественной мысли

КНИЖНЫЕ НОВИНКИ:
  • Вера и добродетель. Книга II из цикла «Проповеди» /И. А. Зарипов/
  • Коранический гуманизм. Толерантно-плюлистические установки /Ибрагим, Тауфик Камель/
  • История Корана и его сводов /Муса Бигиев/
  • Пустыня внемлет Богу: хрестоматия /сост. М. И. Синельников/
  • Исламская мысль: традиция и современность. Религиозно-философский ежегодник. Вып. 1(2016)
Д
Ислам: Ежегодный официальный журнал Духовного управления мусульман Российской Федерации
Фаизхановские чтения
Мавлид ан-Набий
Форумы российских мусульман
 
Рамазановские чтения
Фахретдиновские чтения
Хадж российских мусульман
Современные проблемы и перспективы исламоведения и тюркологии
Ислам на Нижегородчине
Миграция и антропоток  на евразийском пространстве
Х
В Вашем браузере не установлен компонент Adobe Flash Player, поэтому Вы не можете увидеть отображаемую здесь информацию.

Чтобы уставновить Adobe Flash Player перейдите по этой ссылке
Н

ИД «Медина» награжден почетной грамотой за активную книгоиздательскую деятельность

Р

Информационные партнеры

www.dumrf.ru | Мусульмане России Ислам в Российской Федерации islamsng.com www.miu.su | Московский исламский институт
При использовании материалов ссылка на сайт www.idmedina.ru обязательна
© 2009 Издательский дом «Медина»
закрыть

Уважаемые читатели!

В связи с плановыми техническими работами наш сайт будет недоступен с 16:00 20 мая до 16:00 21 мая. Приносим свои извинения за временные неудобства.