Издательский дом Медина Официальный сайт
Поиск rss Написать нам

Новости партнеров:

Современные проблемы и перспективы развития исламоведения, востоковедения и тюркологии. Материалы II Всероссийской молодежной научно-практической конференции (Нижний Новгород, 23 мая 2008 г.)
20.05.2009

М. В. Малыгина,
аспирантка Казанского государственного университета им. В. И. Ульянова-Ленина

Социальные процессы Индии в средствах массовой информации
(конец XX – начало XXI вв.)
 

Система парламентской демократии в Индии переживает переломный момент. В политику вовлекаются новые и все более мелкие группы населения. Растет роль местных и региональных групп интересов, утверждается коалиционный принцип организации политических сил и формирования органов власти в центре и в штатах. Все это, с одной стороны, ведет к временному оживлению традиционализма в политике, а с другой – свидетельствует о дальнейшем углублении демократического процесса в стране. Сдвиги в общественном сознании и политической культуре электората убеждают в том, что страна, хотя и медленно и противоречиво, но движется в сторону формирования некой индийской модели гражданского общества. Рассмотрим каждую группу населения в отдельности.

По степени значимости и воздействия на общественно-политическую жизнь страны из всех групп населения самую важную роль играет каста. В индийском обществе она служит проникающей структурой в том смысле, что принципы ее устройства, ее идеология, психология в той или иной мере распространяются на все общество, на другие традиционные группы и их взаимоотношения. Касты в отличие от религиозных и этнических общностей являются социальными общностями. Кастовые и иные традиционные общности играют политическую роль, которая заключается в возможности мобилизации их членов на основе традиционной солидарности и организации для действий, имеющих политическое значение. В то же время традиционные общности претерпевают эволюцию, которая ведет к постепенному снижению, а в перспективе и к утрате унаследованного от прошлого социально-экономического значения этих общностей, а тем самым и их политической роли. На такой основе создавались и создаются политические партии и группировки, выступающие от имени низших каст. Одна из них – Республиканская партия – даже считалась в свое время общеиндийской партией[1].

Политика – только одна из функций касты, причем сравнительно недавнего происхождения. Роль каст в политике на протяжении последних десятилетий постоянно менялась, становясь все более активной и самостоятельной.

По вполне понятным причинам в поле зрения политиков в первую очередь попадали численно крупные «доминирующие крестьянские касты» и их пучки: ядавы, коери, курми, джаты, гуджары – в Северной Индии; кунби – в Махараштре; редди – в Андхра-Прадеш и т. д.

Политизация каст имела как минимум два последствия. Первое – укрепление кастовых групп интересов. Второе – образование кастовых политических партий. Инициативу в этом отношении проявили «доминирующие крестьянские касты», создавшие партии типа «Джаната дал», «Самаджвади парти» и др[2]. За ними последовали далиты.

Засилье представителей высоких каст среди политической элиты привносило в политику характерные для групп стереотипы и предрассудки, в частности, статусное чванство[3], пренебрежительное отношение и даже неприязнь к низким кастам. Одним из таких расхожих стереотипов является убеждение в том, что выходцы из низших и особенно бывших «неприкасаемых» каст (в современной терминологии – далиты) якобы уступают представителям кастовой элиты в талантах, способностях[4]. Действительно, уровень культуры и образования некоторых политиков-далитов по понятным причинам часто оставляет желать лучшего. Но это не связано с их «природой». Многие далиты, судьба которых сложилась благоприятно, достигли больших успехов в науке, искусстве, в общественной и государственной деятельности и являются гордостью страны. Тем не менее «реакция лидеров из высших каст на предложение включить людей из отсталых слоев в состав структур, принимающих решения, остается весьма показательной, – отмечает Сарал К. Чаттерджи. – Во время первого правления ОФ (Объединенного фронта) в Западной Бенгалии был поднят вопрос о том, что в составе кабинета нет ни одного представителя “списочных каст”. В ответ эти борцы за социализм и социальную справедливость немедленно заговорили о человеческих способностях далитов»[5].

Перейдем от политиков к тем, кто их выбирает. Здесь прослеживается интересная зависимость. Оказывается, предпочтения в голосовании на индийских выборах напрямую связано с тем, к какой касте принадлежит избиратель. Из высших каст индусов 55% голосует за НДА. А регионы, где большинство голосующих составляют низшие касты, принадлежат Конгрессу. Эта партия установила первенство среди далитов – 35% голосов отдаются ей[6]. Особенность же состоит в том, что само правительство относится к избирателям не как к электорату в общем, а заранее предвзято, как к кастам и классам[7], соответственно этому и выбирает свою политическую стратегию, так же и избиратели ориентируются не на правительство как таковое, а на свои кастовые или классовые интересы[8]. Получается замкнутый круг. И пока в головах правительства и избирателей не наступит объективная ясность, так и будет продолжаться.

Политизация общества, развитие парламентской демократии оказывают многообразное воздействие на состав и характер политической элиты. Растет ее численность, прежде всего в результате вступления в политику наследственных лидеров кастовых, общинных и других традиционных групп. Располагая определенными «банками» голосов, лидеры крупных традиционных групп становятся значимыми фигурами на политической арене. Стремясь к расширению массовости, политические партии включают их в состав своих органов управления, предоставляют им посты властных структурах.

Благодаря политике государства, направленной на расширение представительства кастовых низов в политическом руководстве страны, также в результате роста политической активности самих далитов традиционной политической элите приходится серьезно потесниться на политическом Олимпе. Среди высшего эшелона руководства страны сегодня можно видеть немало выходцев из кастовых низов[9]. Достаточно сказать, что бывший президент страны К. Р. Нараянан также происходит из одной из далитских каст, а спикер предыдущего состава Лок сабхи – Сангма является выходцем из «списочного» племени[10].

Жители Индии исповедуют все известные миру религии. Индусы, или индуисты, составляют 82,4% населения, мусульмане – 11, далее следуют христиане – 2,4, сикхи – 2, буддисты – 0,7 и джайны – 0,5%. Кроме этих основных, индийская статистика выделяет группу «прочих» религий, к которой отнесены примитивные верования культы – им следует население племен и их придерживается 0,4% жителей страны[11]. В Индии жизнь людей в значительной степени контролируется религией[12].

В ходе проведенного журналом «Индиа тудей» и Индийским советом по социальным исследованиям опроса молодого (от 16 до 30 лет) городского населения Дели, Мумбаи, Ченаи и Бангалора на вопрос «Верите ли вы в Бога?» 94% опрошенных ответили «да» и только 6% – «нет». Среди тех, кто сказал «да», мужчины составили 91% женщины – 96; индусы – 92; сикхи – 98; христиане – 98; мусульмане – 99%[13].

Обращение к религиозному чувству становится и верным средством их объединения и организации. Шила Равал в журнале «Индиа тудей» отмечала, что религия взята на вооружение не только политическими организациями, но и преступным миром. В междоусобной борьбе за передел сфер влияния криминальные группировки Мумбаи раскололись по религиозному признаку на индусские и мусульманские[14].

Индусская община де-факто и де-юре является общиной большинства. Она доминирует в экономической и политической жизни страны, определяет общественно-психологическую атмосферу в большинстве крупнейших и наиболее развитых регионов. Для защиты интересов религиозных меньшинств Конституция Индии признает их право на сохранение языка, письменности, культурной самобытности. Государство оказывает им помощь в получении образования, в трудоустройстве, выделяет средства на осуществление программ социально-экономического развития регионов их наибольшей концентрации. Однако это не избавляет меньшинства от дискриминации со стороны большинства, от чувства дискомфорта и опасности, а общество в целом – от межобщинной напряженности и противоречий.

В масштабах страны среди индусского большинства существует два основных идейно-политических течения. Одно – культурно-религиозный национализм, которого придерживается «Бхаратия джаната парти» (БДП). Начав свою деятельность как политическое крыло индусской шовинистической организации «Раштрия севак сангх» (РСС), в борьбе за избирателей БДП заметно смягчила свои установки и сегодня выступает с общенациональных патриотических позиций. Это дало ей возможность расширить свою социальную базу, получить поддержку некоторых религиозных меньшинств.

Другое течение религиозного большинства – религиозный шовинизм, который характеризуется агрессивной нетерпимостью к иноверцам. Ярким представителем этого направления является влиятельная «культурная организация» «Шив сена» (ШС), а также РСС и примыкающие к ней партии: «Семьи сангха» (Сангх паривар), «Вишва хинду паришад», «Хинду джагран манч», «Баджранг дал» и другие, выступающие за построение государства индусов (Хинду раштра, Хиндутва и т. д.). Индусские шовинисты несут основную ответственность за случаи межобщинных столкновений, которые стали обычным явлением в жизни страны. Только в 1998 г. Было зафиксировано 626 таких столкновений. При этом погибли 209 человек и были ранены 2065[15].

В 90-е годы прошлого века отмечено динамичное изменение картины влияния всех политических партий. Происходит активная регионализация политической системы Индии; усиливается влияние относительно небольших партий, выступающих в защиту интересов локальных этнических, кастовых, социальных групп населения[16].

Страной накоплен обширный опыт ненасильственного разрешения противоречий между противоборствующими политическими силами, между штатами (субъектами федерации) и центральным правительством[17]. На протяжении всего периода независимости структурные сдвиги в индийском обществе происходят в условиях демократии и развитого парламентского строя. Огромная территория, множество этносов и конфессий, наличие национально-лингвистических административных образований – объективная основа относительной аналогичности условий эволюции политических систем Индии. В последние десятилетия в социальной структуре Индии возросло значение групп интересов этнорегионального типа[18]. Регулярность проведения выборов, их определяющее значение для политической системы страны, ярко выраженная и углубляющаяся территориальная дифференциация результатов голосований обусловливают важность и объективную обоснованность географического изучения политической системы Индии.

Результаты выборов отражают территориальное распределение политических предпочтений населения и позволяют выделить географические элементы политической системы – электоральные районы[19]. Сеть электоральных районов изменяется во времени: каждые новые выборы приводят к пространственной трансформации ареалов влияния политических партий[20]. При этом формируются районы относительной устойчивости поддержки населением партий разной идеологической ориентации и районы, характеризующиеся постоянной сменой электоральных предпочтений большинства избирателей[21].

В 1989–1996 гг. число центров таких районов составило пять: ИНК в историко-географической области Райялсима на юге Андхра Прадеша, лево-демократических партий в северном Бихаре, правых партий в северном Бихаре, правых партий в историко-географической области Малва на границе Раджастхана и Мадхья Прадеша, коммунистических партий в сельских районах запада Западной Бенгалии, региональных тамильских партий в Тамилнаде[22]. Каждый из выделенных центров охватывает относительно небольшую территорию; более того, ни один из них не оказывает решающего воздействия на политическую эволюцию страны.

Тенденция к сосредоточению борьбы разных партий оппозиции с Конгрессом в определенных географических ареалах выразилась в регионализации их влияния[23]. Оппозиционные ИНК партии фактически превратились в партии региональные, располагающие поддержкой избирателей только в определенных, достаточно четко географически выраженных ареалах. Характерный пример, отражающий общую тенденцию, представляет Коммунистическая партия Индии (марксистская) – зарегистрированная центральной избирательной комиссией Индии в качестве общенациональной. Районы влияния КПИ(м) сохраняются практически неизменными с середины 70-х годов: это почти вся Западная Бенгалия, отдельные округа Кералы и Трипура.

Регионализация – характерная черта эволюции электоральной структуры Индии. Результат этого процесса – образование собственных политических подсистем в пределах каждого крупного штата. Функционируя в рамках общеиндийской политической системы, они характеризуются своеобразием расстановки политических сил, социальной базы различных партий, важнейших вопросов общественного и экономического развития.

Решающую роль в процессе этногенеза (понимаемого как разграничение групп и их внутренняя консолидация) в независимой Индии играл и играет язык. Население страны говорит на 1662 диалектах, многие из которых имеют тенденцию стать самостоятельными языками, все они привязаны к 14 основным языкам, принадлежащим часто не только к разным группам внутри языковых ветвей, но и к различным языковым семьям, что делает невозможным языковое взаимопонимание между их носителями.

Из-за неоднородности индийских этнокультурных групп региональные интересы, как правило, представляет не одна, а несколько политических организаций, имеющих определенную общинную основу.

В ходе 13-х всеобщих выборов в штате Махараштра, например, помимо двух национальных партий – БДП и Конгресса, – в Лок сабху провели своих представителей региональных партий. Это «Шив сена», «Бхарипа бахуджан махасангх», «Нешенелист конгресс парти» и «Пезантс энд уоркерз парти оф Индиа». Махараштра не является исключением[24]. Из 532 избранных депутатов 13-го состава Лок сабхи только 295 (55%) прошли по билетам БДП и Конгресса. Среди депутатов нижней палаты парламента от Кералы представители региональных партий оставляют 60%, от Джамму и Кашмира – 67, от Андхра-Прадеш – 76, от Тамилнаду – 4, а от Западной Бенгалии – даже 88%[25].

Состав одной и той же национальной партии может существенно меняться от региона к региону. Разнообразие, а подчас и непримиримость интересов различных участников такой партии не позволяют ей предложить избирателям оригинальную программу с более или менее четкими социальными или идеологическими ориентирами. От выборов к выборам различия в программах основных противоборствующих сил стираются. Печать констатировала, что в период подготовки к 13-м всеобщим выборам программа БДП становилась все более похожей на программу Конгресса, и наоборот. Говоря о будущем правительстве БДП в центре, один из людей, близких к руководству партии, остроумно заметил, что, по существу, оно будет правительством Конгресса, только «чуточку более организованным»[26].

Последнее слово на выборах принадлежит избирателю, т. е. рядовому гражданину, «человеку с улицы». Опросы населения накануне и после 1-х, 12-х и 13-х выборов с неизменным постоянством показывают, что интересы индийцев в принципе не отличаются от интересов граждан любой другой страны. Если исключить чисто конъюнктурные моменты (убийство Раджива Ганди, события в Айодхье, вторжение сепаратистов и пакистанских солдат в Каргиле), то они сводятся к вопросам трудоустройства, цен, зарплаты, налогов и т. д.[27]. Вопрос состоит в том, с какой группой, организацией или лидером избиратель связывает возможность решения волнующих его проблем. При этом свобода выбора у индийского избирателя весьма ограниченна. В силу особенностей электоральной системы избиратель обречен играть, скорее, пассивную, чем активную роль на выборах. «Самым крупным изъяном выборов является то, что избиратель не имеет слова в отборе кандидатов. Кандидатов назначают и навязывают избирательным округам политические партии», – пишет Сиддхартх Варадараджан[28]. Но даже из того состава кандидатов, который предполагается, далеко не все избиратели могут сделать осознанный выбор. Индийское общество крайне дифференцированно. Существует колоссальный разрыв между городом и деревней, верхами и низами общества по уровню доходов, образования, культуры, и в том числе политической культуры[29]. Политическая и деловая элита, верхушка «среднего класса», часть квалифицированных рабочих организованного сектора промышленности достаточно осведомлены о положении в стране, осознают свои интересы, разбираются в политике. Но они составляют меньшую часть корпуса избирателей. К тому же печать постоянно жалуется на то, что интерес «образованных классов» к политике падает и их участие в выборах снижается[30].

Чтобы представить себе культурный и политический кругозор голосующего большинства, приведу следующие цифры. Практически каждый второй индиец не умеет читать и писать. О ядерных испытаниях в мае 1998 г., которые стали самым значительным событием в стране за последние годы, знали только 46% избирателей[31]. Более 300 млн человек живут за чертой бедности. Это самая забитая часть общества. Она внушаема, служит податливым материалом для манипулирования с помощью примитивных «технологий» – красочных обрядов, процессий и шоу с участием святых, магов и заклинателей, популярных артистов кино и телевидения. Используя отсталость бедноты, сильные мира сего нередко буквально загоняют ее на избирательные участки и принуждают отдавать голоса за определенных кандидатов. Некоторые циники от политики пренебрежительно называют эту категорию сограждан «голосующим скотом (voting cattle)[32].

Таким образом, значительной части граждан бывает нелегко разобраться в хитросплетениях большой политики, в программах, лозунгах различных претендентов на власть. Решение о том, за какого кандидата голосовать, какой партии отдать предпочтение, 49% избирателей принимают в ходе самой избирательной кампании, 17% – в день голосования и только 28% – до начала выборной гонки, т. е. на основе более или менее устойчивого представления о партиях или кандидатах[33].

В мае 2004 года газетой «Хинду» был проведен опрос среди избирателей. При ответе на вопрос как, их собственное финансовое положение изменилось за последние пять лет, были замечены ощутимые расхождения во мнениях по классовому принципу. Большинство бедного населения заметили, что их финансовое положение ухудшилось, в то время как верхушка среднего класса, наоборот, отметила улучшения. 22% из них полностью довольны свои нынешним финансовым положением, с ними согласны 12% беднейших слоев населения. Это связано и с предпочтениями на выборах. К Конгрессу больше тяготеют бедные и очень бедные слои граждан. БДП в основном получает поддержку у высших и средних каст, а также у богатой части общества и у среднего класса. Когда этого уровня поддержки избирателей стало недостаточно, БДП занялось поиском дополнительных резервов. И нашла различные группы населения, которые можно присоединить к ядру поддержки в разных частях страны. БДП легче консолидировать своих избирателей, так как по территориальному признаку располагаются более компактно, тогда как у Конгресса избиратели рассредоточены не только по территории, но и по группам населения. Замечено также, что Конгресс больше популярен среди женщин, а БДП среди мужчин. И, видимо, не случайно во главе Конгресса стоит женщина[34].

В целом же необходимо подчеркнуть, что общественное сознание индийского электората переживает существенные сдвиги. Это видно из итогов опросов избирателей, проводившихся Индийским советом по социальным наукам и журналом «Индиа тудей». В 1971 г. на вопрос, важно ли для избирателя голосовать вместе со своей общиной, положительно ответили 51% респондентов, в 1996 г. – только 29%. И наоборот, доля тех, кто придерживается противоположного мнения, за то же время выросла с 30 до 51%. В 1971 г. 22% опрошенных выразили убеждение, что их община голосовала на выборах дифференцированно, т. е. за разных кандидатов от различных партий[35]. В 1996 г. эта доля поднялась до 48%. На вопрос, существует ли партия, которая отстаивает исключительно интересы вашей касты или общины, в 1996 г. ответы распределились следующим образом: да» – 20%, «нет» – 64%, «не знаю» – 16%[36].

На основании обследования, предпринятого Центром изучения развивающихся обществ в Дели, журнал «Экономист» выстраивает некую обобщающую иерархию гражданских предпочтений индийских избирателей. Внутри штата «каста – самый влиятельный фактор для рядового избирателя», отмечает журнал[37]. Ответить на вопрос о том, как конкретно каста влияет на голосование, продолжает «Экономист», невозможно, поскольку такой общей формулы не существует вообще. Все меняется от касты к касте, от выборов к выборам, от штата к штату[38]. Лояльность по отношению к касте сужает гражданский кругозор личности, поскольку «партии, основанные на касте, редко что-либо значат за пределами одного штата»[39]. За лояльностью к своей эндогамной группе следует лояльность к региональному сообществу. Половина респондентов согласилась с предложенной формулой: «Мы в первую очередь должны быть верны собственному региону, а затем Индии в целом»[40].

Однако этот порядок предпочтений: эндогамная группа – региональная или этнокультурная группа – страна, родина – весьма условен. Он может меняться под влиянием конкретных обстоятельств, особенно в случае возникновения угрозы для той или иной группы самоидентификации, в которую входит личность.

В необычайно разнообразном индийском обществе качественное отличие политических процессов состоит в сохранении устойчивого влияния традиционных социально-институциональных связей на политическую активность населения. СМИ прямо говорят об усиление политической роли традиционных социальных институтов индийского общества (касты, клана, религиозной общины), пространственное распределение которых отличается большим разнообразием, не может не сказываться на политических процессах, в особенности на таком важном как парламентские выборы. Прежде всего на это обращают внимание средства массовой информации. На материале СМИ хорошо прослеживаются тенденции, достижения и неудачи политической жизни страны.

Население Индии по-разному участвует в политической и общественной жизни страны. Как показывают исследования, на сегодняшний день возможность есть у всех, но не у всех есть желание. Грамотных образованных людей, тем более интересующихся политикой, в Индии меньшинство. Однако это меньшинство, хоть оно и является таковым, принимает большое участие в политических процессах. Эти люди хорошо осознают проблему и уделяют ей очень много внимания именно в СМИ, в прессе.


 

[1]       Экономическое, социальное и политическое развитие Индии (1947–1987): [Сб. ст.]. – М.: Наука, 1989. –C. 147.

[2]       Куценков А. А. Эволюция индийской касты. – М., 1983. – С. 56.

[3]       Yadav Yogendra, Chandra Kanchan. Post-Poll: who voted for whom? // India Today. – 17.08.1998.

[4]       Walia Kaajal. Crossfire // Sunday. Junuary 17–23.1999.

[5]       Индия сегодня. Справочно-аналитическое издание. – М.: Ариаварта-Пресс, 2005. – С. 218.

[6]       Hindu. 20.05.2004.

[7]       The Hindustan Times. 23.09.2004.

[8]       The times of India. 13.07.2003.

[9]       The Hindu. 25.01.2003.

[10]     The Economist. 03.11.2002.

[11]     Индия сегодня… С. 215.

[12]     India Today. 23.07.2002.

[13]     Jain Madhu. My God Hasn’t Died Young // India Today. – 05.10.1998.

[14]     Raval Sheela. Unholy war // India Today. – 26.04.1999.

[15]     Клюев Б.И. Опасные связи // Азия и Африка сегодня. – 1999. – № 12. – С. 60.

[16]     Mainstream. May 22. 1999.

[17]     The Sunday Times of India. 22.03.1998.

[18]     Петров В. В. Народонаселение Индии. Демографическая характеристика. – М., 1976. – С. 67.

[19]     Лебедев В. Б. Эволюция электоральной структуры Индии в 90-е годы // Вестник Московского ун-та. Сер. 5. География. – 2000. – № 6. – С. 24.

[20]     Indian Express. 04.06.1997.

[21]     The Hindu. 23.03.2000.

[22]     Лебедев В. Б. Эволюция электоральной структуры Индии в 90-е годы // Вестник Московского ун-та. Сер. 5. География. – 2000. – № 6. – С. 26.

[23]     Sunday. 17.01.2001.

[24]     Economist. 12.04.2004.

[25]     The Hindu. 30.06.2004.

[26]     Sunday Times of India. 22.03.1998.

[27]     Dasgupta Swapan. BJP’s early surge // India Today. – 05.01.1998

[28]     Times of India. 2.12.1997.

[29]     India Today. 29.05.2001.

[30]     The Hindu. 11.02.2001.

[31]     Economist. 16.10.1999.

[32]     Times of India. 20.12.1997.

[33]     Yadav Yogendra. Blurred Battle Lines // India Today. – February 2.1998.

[34]     Hindu. 20.05.2004.

[35]     India Today, 1985, № 8.

[36]     India Today. 12.03.1998.

[37]     Economist. 16.10.1999.

[38]     Там же.

[39]     Там же.

[40]     Там же.



М

Медина аль-Ислам
Газета мусульман Евразии

М

Ислам Минбаре
Трибуна ислама —
Всероссийская газета мусульман

А

Аль-Минбар

И

Ислам в Российской Федерации

Серия энциклопедических словарей

Ж

Минарет

Ежеквартальный евразийский журнал мусульманской общественной мысли

КНИЖНЫЕ НОВИНКИ:
  • Вера и добродетель. Книга II из цикла «Проповеди» /И. А. Зарипов/
  • Коранический гуманизм. Толерантно-плюлистические установки /Ибрагим, Тауфик Камель/
  • История Корана и его сводов /Муса Бигиев/
  • Пустыня внемлет Богу: хрестоматия /сост. М. И. Синельников/
  • Исламская мысль: традиция и современность. Религиозно-философский ежегодник. Вып. 1(2016)
Д
Ислам: Ежегодный официальный журнал Духовного управления мусульман Российской Федерации
Фаизхановские чтения
Мавлид ан-Набий
Форумы российских мусульман
 
Рамазановские чтения
Фахретдиновские чтения
Хадж российских мусульман
Современные проблемы и перспективы исламоведения и тюркологии
Ислам на Нижегородчине
Миграция и антропоток  на евразийском пространстве
Х
В Вашем браузере не установлен компонент Adobe Flash Player, поэтому Вы не можете увидеть отображаемую здесь информацию.

Чтобы уставновить Adobe Flash Player перейдите по этой ссылке
Н

ИД «Медина» награжден почетной грамотой за активную книгоиздательскую деятельность

Р

Информационные партнеры

www.dumrf.ru | Мусульмане России Ислам в Российской Федерации islamsng.com www.miu.su | Московский исламский институт
При использовании материалов ссылка на сайт www.idmedina.ru обязательна
© 2009 Издательский дом «Медина»
закрыть

Уважаемые читатели!

В связи с плановыми техническими работами наш сайт будет недоступен с 16:00 20 мая до 16:00 21 мая. Приносим свои извинения за временные неудобства.