Издательский дом Медина Официальный сайт
Поиск rss Написать нам

Новости партнеров:

Миграция и антропоток на евразийском пространстве/ Макаров Д. В., Старостин А. Н.
15.02.2013


 

А. Н. Старостин,
кандидат исторических наук, зам. заведующего кафедрой
теологии Уральского государственного горного университета

Молельные комнаты на рынках Урала и Сибири

Психология мигранта является константой, не меняющейся на протяжении веков. Казалось бы, странное утверждение. Но к такому парадоксальному умозаключению приходишь, анализируя поведение мигрантов‑мусульман, приезжавших в Урало-Сибирский регион в середине XIX века и приезжающих сюда сейчас, в начале века XXI. Для этой психологии характерна тоска по родному дому, по близким и родным для сердца вещам и явлениям, а также желание сделать жизнь на чужбине хотя бы чуточку похожей на ту, к которой привык в родных краях. Речь в данном случае идет о мечетях, без которых жизнь мигранта-мусульманина просто немыслима.

В пореформенный период в связи с массовым строительством железных дорог, бурным развитием промышленности на Урале, тяжелым экономическим положением на селе, процессами обезземеливания, отходничеством и другими факторам, татаро-башкирское крестьянство потянулось в города и заводские поселки. Сначала их присутствие имело сезонный характер, однако со временем в Уральских городах и заводских поселениях стало появляться постоянное мусульманское население, которое стремилось организовать свою жизнь в соответствии с исламским вероучением. Они, копируя свой деревенский опыт, постепенно формировали в городах привычные для себя религиозные институты, такие как мечеть, религиозные школы-мектебе, приглашали к себе имамов. Например, в городе Алапаевске на территории современной Свердловской области в 1897 г. было всего 56 мусульман и 24 мусульманки [1] , но всего за десять лет количество мусульман увеличилось в полтора раза. Активист местной общины Галиулла Файзуллин писал в 1907 г. в Оренбургское магометанское духовное собрание, прося открыть в городе молельный дом: «В городе и его окрестностях проживает много магометан, а ближайшее духовенство находится в Кушвинском заводе в 200 верстах», в то время как мусульмане Алапаевска «крайне нуждаются в требоотправлениях и богослужениях» [2] . Стараниями мусульман и благотворителей с разрешения духовных и светских властей мечеть в этом городе была построена [3] . Уже в 1913 г. Галиулла Файзуллин вновь пишет письмо в Уфу: «Ныне население в Алапаевске и его окрестностях… сильно возросло, а равно увеличилось молодое магометанское поколение. Как грустно смотреть на наших детей, лишенных просвещения, за неимением собственного медресе и учителей… помещать же наших детей в русские школы из-за дороговизны нашим бедным отцам не по силам, да туда их и не примут» [4] . И на реализацию этого проекта мусульманская община получила разрешение духовных и светских властей.

Прошло сто лет. Сегодня основные миграционные потоки в Урало-Сибирском регионе формируют уже мусульмане не из Поволжья, а из Центральной Азии. Но думают они примерно так же, как и их предшественники сто лет назад. Только, организовывая мечети, религиозные школы при них, а также другие элементы привычной для себя исламской среды (кафе и халяльные магазинчики, точки по забою скота, разделке и продаже мяса, гостиницы, которые называют на тюркский или таджикский манер «кунакхана» или «мехмонхана»), нынешние мигранты-мусульмане действуют самостоятельно, не спрашивая разрешения у светских или духовных властей. Они договариваются лишь со своим российским работодателем, который, как и уральские заводчики сто лет назад, также нередко оказывает помощь мигрантам при строительстве таких религиозных комплексов. При этом, как и сто лет назад, российские предприниматели руководствуются следующей логикой: если на моем объекте будет мечеть, значит, сюда потянется больше людей, и я смогу получить большую прибыль.

Назвать точное число организованных мигрантами мечетей и молельных комнат, действующих сегодня в Урало-Сибирском регионе, не представляется возможным. Потому что явление это достаточно стихийное. Исходя из коранического предписания о том, что вся территория земли, за исключением мест для совершения омовения и кладбищ, является пригодной для вознесения молитв Всевышнему Аллаху, мигранты, расстелив молитвенные коврики, с легкостью организовывают молитвенную комнату в гараже, на строительстве частного коттеджа, в строительном вагончике на стройке небоскреба или в пустой комнате во время ремонта квартиры. При завершении работ на объекте, надобность в подобной молитвенной комнате исчезает, и ее быстро и безболезненно ликвидируют. Более или менее постоянными религиозными объектами, изучение которых представляется возможным, являются молитвенные комнаты и мечети на крупных рыночных комплексах.

Необходимо отметить, что мечети на базарах и рынках — явление, возникшее не сегодня. Ислам вообще называют «религией торговцев». Достаточно вспомнить, что именно из торговой среды вышел Пророк Мухаммад (мир ему), да и многие мусульмане в своей жизни следуют знаменитой персидской поговорке «хам зийорат, хам таджорат» (и паломничество, и торговля), поэтому мечети в изобилии встречались на большинстве восточных базаров и во времена Арабского халифата, и во времена Османской империи. Были они и на российских ярмарках — в Нижнем Новгороде, Ирбите, Троицке и Оренбурге — и являлись центром притяжения мусульманского купечества. В их стенах не только возносились молитвы, но и решались серьезные политические и правовые вопросы [5] .

«Мусалля или молитвенные помещения в местах работы мусульман — явление для России не новое, — отмечает руководитель отдела по взаимодействию с общественными организациями и мигрантами ДУМЕР Ахмад Макаров. — Существовали мечети на Нижегородской и Ирбитской ярмарках, т. е. в местах за пределами компактного проживания мусульман, но с их большим присутствием в ярмарочные дни. Должна была появиться мечеть на Борисоглебской ярмарке, поскольку туда в большом количестве ездили темниковские татары. Существовали мусалля в рабочих поселках и горнозаводских поселениях Поволжья, Урала и Сибири, описанные современными историками И. К. Загидуллиным и Д. Н. Денисовым. Явлением того же порядка служат неофициальные мусалля советского времени, организуемые мусульманами в домиках на кладбищах или в домах сельских аксакалов. Только сегодня носителями этой традиции стали мигранты из Центральной Азии и других регионов, приезжающие в Россию. Их можно встретить на многих рынках в крупных российских мегаполисах» [6] .

В ходе полевых исследований в 2010–2012 гг. в ряде городов Урало-Сибирского региона автору удалось выявить и изучить более 10 молитвенных помещений мусульман, организованных на рынках. Некоторые к моменту написания данной статьи были закрыты правоохранительными органами, владельцами или изменили свой правовой статус. Тем не менее на основе изученных явлений можно выявить определенные закономерности в развитии организованных мигрантами молельных помещений и отношении к ним официальных мусульманских структур.

Важно понимать, что для человека, выросшего в Центральной Азии, где религиозные традиции в советский период сохранились гораздо лучше, нежели в Поволжье, на Урале и в Сибири, совершение намаза является такой же жизненной необходимостью, как употребление воды или поглощение пищи. Поэтому нет ничего удивительного в том, что мигранты стремились организовать в местах своей работы молитвенные помещения.

Для осуществления этой цели они могли пойти двумя путями. Первый и наиболее распространенный — это достижение соответствующих договоренностей с руководством рыночного комплекса, на котором они собирались организовать молитвенное помещение. Таким путем пошли работники плодовоовощного рынка «Хилокский» в г. Новосибирске, «Зеленого рынка» в г. Магнитогорске Челябинской области, 4‑й овощебазы и рынка «Таганский ряд» в г. Екатеринбурге.

Второй путь — это обращение за соответствующей помощью к официальным муфтиятам, действующим в регионе работы того или иного рынка. Таким путем пошли мусульмане, работающие на трех рынках г. Сургута («На набережной», «На Черном мысу», «Китайский рынок»), на рынках Нижневартовска и Ханты-Мансийска, на «Каширинском рынке» г. Челябинска, на рынке «Затон» г. Уфы, на Оптовом рынке на Заостровке и Центральном рынке г. Перми.

Рассмотрим более подробно оба пути на конкретных примерах. Так, на рыночном комплексе «Омега» в микрорайоне Уралмаш г. Екатеринбурга в 2008 г. все торговцы-мусульмане, вне зависимости от своей национальности, собрали средства для аренды у администрации рыночного комплекса комнаты, застелили ее коврами, украсили шамаилями и кораническими аятами, за свой счет обустроили рядом с ней тахаратхану (комнату для совершения омовений). По словам торговцев, до середины 2010 г. в этой комнате на дневные намазы собиралось до 100 человек. Очевидно, это насторожило администрацию рыночного комплекса и молельную комнату закрыли под предлогом ремонта. Впоследствии молитвенное помещение мигрантам не вернули, сейчас оно передано в аренду дискотеке. По этой причине верующие были вынуждены совершать намаз по очереди в небольшой каморке в торговом ряду «Овощи и фрукты» (фактическая вместимость — 1 молящийся) [7] .

Аналогичным образом по просьбе работников рынка «Таганский ряд» г. Екатеринбурга, которым было далеко добираться до мечетей, летом 2006 г. молельная комната была открыта в Екатеринбурге во Дворце культуры Всероссийского общества слепых (ул. Техническая, 23). Там проходили пятничные намазы, на которые собирались до 400 человек. Однако просуществовала она всего три месяца, и уже осенью 2006 г., когда в ДК возобновились занятия творческих коллективов, была закрыта [8] . Все же руководству рынка, дирекции Дворца культуры и сообществу торговцев‑мусульман удалось достичь компромисса, и на втором этаже здания ДК ВОС с 2011 г. действует небольшое молитвенное помещение, в котором верующие имеют возможность прочитать пятикратный намаз.

Более дальновидной политики придерживается администрация «Хилокского» плодоовощного рынка г. Новосибирска, разрешившая торговцам-мусульманам построить целую мечеть и профинансировавшая большую часть работ. Анатолий Зяблов, генеральный директор Торгового центра «Хилокский», сказал по этому поводу в интервью одному из новосибирских изданий: «У нас никто ничего не доказывает, все просто работают. Люди привозят свой товар, а мы создаем для них нормальные условия. Все проблемы решаются по мере их поступления». Кроме мечети, выстроенной в среднеазиатском стиле, «Хилокский» рынок имеет гостиницу, кафе и чайханы, автозаправку, пункт регистрации мигрантов, переговорный пункт, отделение банка, санитарную службу. Это способствует тому, что все больше торговцев из Центральной Азии приезжает на рынок, чтобы продать свои товары. Имамами в данной мечети является семья узбеков… одни члены которой осуществляет предпринимательскую деятельность на рынке, а другие руководят духовной жизнью мусульман. Как удалось выяснить из беседы с имамами, они являются последователями суфийского тариката «Накшбандийа» и популяризируют это учение в Новосибирске. На дневном намазе в мечети бывает от 100 до 200 человек, на пятничном — более 500. Поскольку большинство прихожан составляют узбеки (также были замечены таджики и киргизы), проповедь ведется на узбекском языке. Изначально мечеть на «Хилокском» рынке была независимой и не имела регистрации как местная религиозная организация мусульман, однако, вследствие постоянного интереса к деятельности мечети правоохранительных органов, ее руководство почло за благо зарегистрировать МРОМ в составе Духовного управления мусульман Сибири муфтия Зулькарная Шакирзянова, что и было сделано в 2010 г [9] .

Полностью аналогичная история была и у молельной комнаты на 4‑й овощебазе г. Екатеринбурга (одно из крупнейших мест концентрации мигрантов в Екатеринбургской агломерации). Данная мусалля начала действовать в 2008 г. на первом этаже одного из складских помещений. Во время ее посещения мною в августе 2010 г. она представляла собой небольшое чистое, достаточно просторное помещение, вмещающее до 50 человек площадью около 25 кв. м. В нем имелись небольшая библиотека с исламской литературой, раздевалка, а перед входом в мусаллю — импровизированная тахаратхана. Данное молитвенное помещение действовало независимо от какого бы то ни было муфтията, однако оно не вмещало всех желающих и использовалось в основном для проведения пятикратных намазов. Пятничные и праздничные проповеди в нем проводились достаточно стихийно. В силу преобладания таджиков проповеди читались на таджикском языке. Все это потребовало расширения молельной комнаты, которое было произведено осенью 2011 г. Также курирующие данный объект предприниматели обратились с просьбой к руководству МРОМ «Имама Исмагила аль-Бухари» юрисдикции ДУМ Европейской части России («Медная» мечеть г. Верхняя Пышма) взять молельную комнату под свою опеку. Между МРОМ «Имама Исмагила аль-Бухари» и руководством 4‑й овощебазы было заключено соответствующее соглашение, и сейчас там читаются пятничные проповеди назначенным из мусульманской организации имамом [10] .

По такому же пути пошли мусульмане двух рынков г. Перми. Пермский этнолог А. В. Черных приводит в своей работе, посвященной таджикской диаспоре, две показательные цитаты из интервью с таджиками, проживающими в городе: «Ну, там, на китайском рынке ребята в контейнерах читают, зайдут да почитают молитвы, а кто-то это все собирает, а вечером молится все свои молитвы, которые днем не читал. Завязывают на платке узлы, чтоб не забыть, что читал, а что нет. В Заостровке есть специальная комната, в которой намаз читают. На Центральном рынке тоже есть». Примечательно, что в апреле 2004 г. о постройке в Заостровке молельного помещения был показан сюжет в программе «Мусульмане» телеканала «Россия». Как отмечает исследователь, по пятницам и в большие мусульманские праздники верующие посещают Соборную мечеть г. Перми, однако та не может принять столь большое количество верующих, поэтому часто они собираются молиться и в других помещениях, испросив на то разрешение муфтия. Вот еще одна цитата: «Собираются на складе, у муфтия берут разрешение на моление здесь. Не возьмем, значит, не будет, а возьмем, они в 9.00 начинают, а мы чуть позже, в 9.02. Будто мы за ними читаем молитву» [11] .

Относительно автономной остается лишь молельная комната на рынке г. Магнитогорска. По информации имама-мухтасиба г. Магнито­горска юрисдикции РДУМ Челябинской области (ЦДУМ России) Ульфата Шакирова, она была организована в 2008 г. узбекскими торговцами, которым было достаточно далеко ходить на намазы в соборную мечеть Магнитогорска (в отличие от работников Центральной городской ярмарки, напротив которой расположена главная мечеть города). Данное молитвенное помещение представляет собой комнату площадью около 12 кв. м на втором этаже одного из рыночных павильонов. Она убрана коврами, стены украшены шамаилями. В ней проводятся пятничные намазы. По информации имама-мухтасиба г. Магнитогорска Ульфата Шакирова, проповеди там читаются на узбекском языке. Свою деятельность организаторы молельной комнаты никак не координируют с официальными мусульманскими структурами Челябинской области, поэтому содержание проповедей вызывает определенное беспокойство у представителей РДУМ Челябинской области [12] .

Но эта ситуация является не типичной, потому что именно ЦДУМ России наиболее активно из всех муфтиятов Урало-Сибирского региона действует в направлении постановки под свой контроль деятельности рыночных молельных комнат. Нельзя сказать, что это — целенаправленная политика. Ее формирует каждый конкретный муфтий в своем регионе, но тенденция, как говорится, налицо. Вот лишь несколько примеров.

6 ноября 2007 г. в Уфе на рынке «Затон» была открыта мечеть (дом молитв) «Реза», что почти на всех языках народов, исповедующих ислам, означает «Согласие» (названа так в честь российского праздника Дня примирения и согласия, который отмечался ранее 7 ноября). Дом молитв «Реза» был создан по инициативе работников рынка и его руководства, которые обратились к верховному муфтию ЦДУМ Талгату Таджутдину с подобной просьбой, чтобы не тратить время на дорогу в мечеть в центр Уфы. Действует как официальная МРОМ в составе ЦДУМ России, имамом-мухтасибом является один из имамов Тукаевской мечети Шамсутдин Сижаев, по национальности таджик. В его подчинении действуют двое младших имамов, также таджиков по национальности, которые являются работниками рынка, прошедшими экзамены в Российском исламском университете ЦДУМ. Мечеть имеет два молельных зала, в которых по пятницам собирается до 500 чел. На первом этаже оборудована довольно хорошая тахаратхана с душевыми помещениями. «Дом молитв оборудовали всего за два месяца, — рассказывает Шамсутдин Сижаев. — Над одним из складов сделали надстрой, постелили ковры и организовали молельный дом. Стало очень удобно. Люди не читают намаз по вагончикам и складам, а имеют возможность совершить омовение, прочитать молитву в комфортных условиях вместе с братьями. Сначала приходили 20–30 человек, многие стеснялись, но мы призывали людей, и количество молящихся многократно возросло. Сюда приходят дагестанцы, чеченцы, узбеки, русские, таджики, татары. Ислам говорит о том, что это — религия всего мира и всех народов, это взаимное братство между народами, и наш дом молитв — тому подтверждение. По пятницам мы читаем проповедь на всем доступном русском языке, после чего работники тут же приступают к своим обязанностям. Таким образом, сотрудники рынка, тратившие раньше целый день на поездку в мечеть в центр Уфы, теперь только на 1,5–2 часа отлучаются от работы, а потом снова возвращаются к ней. То есть выигрывают и они, и дирекция рынка. Этот молитвенный дом был одной из первых ласточек в России. Пророк Мухаммад (мир ему) говорил, что рынки и базары — это место шайтана, потому что обманом продают и обманом покупают, и в таком месте мусульмане нашли в себе силы сделать мечеть. Сейчас они видят результат своих благих дел: у них торговля процветает, на душе спокойствие. Надо продолжать действовать в том же духе, тогда у верующих будет умиротворение в сердце, в домах, на рабочем месте» [13] . Однако судьба этой мечети была довольно сложной, поскольку летом 2010 г. из-за халатности электрика, неправильно соединившего электропровода, в результате короткого замыкания дом молитв «Реза» серьезно пострадал от пожара. Чудом представляется то, что не сгорел ни один из находящихся внутри Коранов. Работники рынка вновь сложились деньгами и за полтора месяца восстановили молитвенное помещение. Но весной 2011 г. в связи со строительством автодороги было принято решение о переносе рынка «Затон» в другое место — в нескольких километрах от прежней локализации. Поэтому пока молитвенный дом стоит на заброшенном рынке, часть работников приезжают по пятницам на старое место на пятничный намаз, но многие вновь молятся в вагончиках и контейнерах, экономя свое время. Будет ли мечеть перенесена на новое место, пока неизвестно, но Шамсутдин Сижаев полон оптимизма и уверенности в том, что дом молитв «Реза» будет действовать и на новом рынке.

Аналогичным образом ситуация развивалась и в Ханты-Мансийском автономном округе, и в г. Челябинске, где местные муфтии юрисдикции ЦДУМ Тагир Саматов и Ринат Раев взяли под свой контроль работу рыночных молельных комнат. «На Каширинском рынке г. Челябинска молельный дом был построен на средства работников рынка, основную массу которых составляют выходцы из Центральной Азии, — рассказывает главный муфтий Уральского федерального округа, муфтий Челябинской и Курганской областей Ринат Раев. — Они обратились к нам за содействием через руководителя таджикской диаспоры Исламутдина Осоевича Раджабова. Мы вместе встретились с администрацией рынка и достигли необходимых договоренностей. Молельный дом был построен достаточно быстро и был торжественно открыт летом 2010 г. Там действует религиозная группа в составе нашего муфтията «Махалля-мечеть имени Абу Ханифы». Там работает имамом Асланбек-хазрат, таджик по национальности, получивший религиозное образование в одном из медресе Республики Таджикистан. Мы его проэкзаменовали в Российском исламском университете ЦДУМ России, и он подтвердил свою квалификацию». Данное молитвенное помещение представляет собой специальную пристройку к одному из складов довольно значительный площади, которая вмещает 400–450 человек. В нем проводятся и пятикратные и пятничные намазы, проповеди читаются на русском и таджикском языках. Имам занимается просветительской деятельностью: на уроки по основам ислама и арабского языка ходят как работники рынка, так и их дети. «Руководство рынка одобряет деятельность молитвенного помещения, потому что увидело, что торговцы стали набожнее и честнее, что не стало при продаже товаров обмана и воровства, — продолжает Ринат Раев. — Можно только приветствовать и всячески поддерживать открытие молельных комнат и мечетей на рынках. Ведь это храмы Божии. Пророк Мухаммад (мир ему) говорил, что рынки — это места, где хватает злодеяний и обмана, поэтому работа мечетей на рынках способствует смягчению нравов, вежливости в отношении покупателей и честной работе. Рыночные мечети и молельные комнаты не противоречат каноническим требованиям, и результаты от их просветительской деятельности очень заметны. Точно так же благотворно действуют на людей молельные комнаты в колониях, в воинских частях, в других учреждениях. Верующего человека сразу можно отличить от неверующего. Верующие люди более отзывчивы и добросердечны», — заключает муфтий [14] .

В Ханты-Мансийском автономном округе региональное ДУМ ХМАО-Югры также старается держать деятельность рыночных молельных комнат под своим контролем. Муфтию Тагиру Саматову известно о пяти молельных комнатах, действующих на трех рынках г. Сургута (их неофициальные названия «На набережной», на «Черном мысу», «Китайский рынок»), на рынке «Сибирский балаган» г. Нижневартовска и рынке г. Ханты-Мансийска. «Молитвенные комнаты на рынках начали возникать в начале 2000‑х гг., когда увеличились миграционные потоки из Центральной Азии и республик Кавказа в другие регионы России. Этнический состав прихожан молельных комнат на разных рынках Сургута довольно сильно различается. На рынке “На набережной” работают в основном таджики, на “Черном мысу” — в основном узбеки, на “Китайском рынке” — узбеки, таджики и киргизы. Когда там открывались молельные комнаты, представители рыночных сообществ приходили ко мне и спрашивали разрешения. Я такие разрешения давал, но сразу оговаривал, что пятничные проповеди в таких молельных комнатах читаться не будут. Руководство рыночных комплексов с пониманием относится к нуждам мусульман, которые работают на рынках. Работой “Китайского рынка” руководят представители чеченской диаспоры, они выделили достаточно просторное помещение. На “Черном мысу” помещение предоставил один из предпринимателей-азербайджанцев. Имамы, которые курируют деятельность этих молитвенных комнат, из торговой среды, они периодически меняются, я контролирую их работу. Меня часто приглашают на различные религиозные мероприятия на эти рынки, и я с удовольствием там бываю. Аналогичные молельные комнаты действуют в Нижневартовске и Ханты-Мансийске. Сам я там не был, но имамы нашего Духовного управления в курсе ситуации и контролируют их работу» [15] .

В 2011 г. в обществе разгорелась дискуссия о том, как решить проблему нехватки мечетей в крупных мегаполисах России. Один из предложенных вариантов — массовая организация подобных мусаллей, например, в арендуемых помещениях на первых этажах жилых домов, как это происходит, в частности, в Париже и других европейских городах. Действительно, на первый взгляд это позволяет решить проблему с нехваткой молитвенных помещений. Но муфтий Югры не поддерживает эту точку зрения. «Я думаю, что это не выход. Мечеть — это дом Аллаха, это место поклонения. Еще Пророк Мухаммад (мир ему) подчеркивал, что мечети должны отделяться и отличаться от обычных людских домов. Мечеть должна быть богаче, красивее, выше. А не то получится, что мы создали скромную мусаллю, а рядом с ней будут стоять богатые коттеджи. Это будет неправильно. Нужно строить мечети, добротные, красивые, в соответствии с архитектурными традициями российских мусульман. В таких мечетях особая, возвышенная атмосфера. Именно в таких мечетях должны вестись пятничные проповеди, именно там люди должны получать наставление от имамов на праведные, благие дела. В прочих местах можно делать молитвенные помещения для совершения пятикратной молитвы, это, безусловно, удобно, но джума там проводить нельзя. Конечно, в Москве должно быть не четыре, а четырнадцать мечетей и даже больше. Но при их строительстве обязательно нужно учитывать мнение населения, властей. Не должно быть конфликтов при строительстве дома Аллаха. Если кто-то хочет построить мечеть, то нужно получить благословение муфтия этого региона, руководства этого города, в этом месте должен осуществляться призыв к добру и любви. Лучше потратить значительные усилия, чтобы возвести хорошую мечеть, чем создавать массу молитвенных помещений, в которых непонятно, что будет происходить и кто и к чему будет призывать» [16] . Из этой позиции следует, что молельные комнаты и помещения в местах работы мусульман — явление допустимое. Однако муфтияты стремятся контролировать их работу, чтобы избежать возможных призывов экстремистского характера.

Помимо наличия молельных комнат, рынки являются центром развития халяль-индустрии — местом концентрации торговых точек по продаже продуктов питания и свежего мяса, исламской атрибутики, халяль-кафе и т. д. Только вокруг вещевого рынка «Таганский ряд» в Екатеринбурге сконцентрировано около 10 халяль-кафе, при входе на рынок «На набережной» г. Сургута можно увидеть целый комплекс из магазинчиков и кафе-халяль. Действуют подобные заведения на всех изученных нами рынках. Наличие подобных торговых точек, безусловно, способствует удовлетворению потребностей мусульман в разрешенных исламом продуктах, притом не только приезжих, но и местных мусульман. Однако вызывает большой вопрос соблюдение санитарно-гигиенических норм в подобных рыночных кафе, отсутствие у большей части из них разрешительных документов, а у персонала — санитарных книжек. Соответственно стоит вопрос об уплате налогов в бюджет. И это безусловный минус рыночной халяль-индустрии. Сложно проверить и то, насколько «халяльными» являются продаваемые там продукты. Сертификатов центров‑халяль у подобных заведений, как правило, нет. И здесь остается только надеяться на честность и порядочность хозяев заведений. Но обычно в отношении халяльности они не обманывают, так как боятся растерять свою клиентуру. Таким способом они нарабатывают себе авторитет, и клиенты идут к ним по принципу «сарафанного радио». Собранные полевые материалы и проведенные интервью свидетельствуют о том, что сфера рыночной халяль-индустрии вообще пока никак не регулируется региональными Духовными управлениями мусульман, хотя потенциальный интерес у официальных мусульманских структур к этой сфере имеется.

Таким образом, анализ исследованных рыночных мечетей и молельных домов показывает, что муфтияты Урало-Сибирского региона выбирают разную тактику поведения в отношении них:

1) негласно контролируют их работу путем договоров с соответствующими рыночными имамами (ХМАО, Пермский край). Конкретнее, муфтий Тагир Саматов помог организовать на рынках мусалля, проведя соответствующую беседу с дирекцией, он же договорился с неформальными имамами, руководящими работой молельных комнат, о том, что на пятничный намаз торговцы будут приходить в официальные мечети;

2) помогают в легализации их статуса путем регистрации общин и групп (Челябинск, Уфа, Новосибирск): В Челябинске муфтий Ринат Раев помог организовать мусаллю на Каширинском рынке. Он же назначил туда имама, таджика по национальности. При Хилокской мечети действует официально зарегистрированная в составе ДУМ Сибири мусульманская община;

3) не вмешиваются в их работу (Магнитогорск, отчасти Екатеринбург). Хотя последняя ситуация довольно редкая, ведь муфтии хотят знать, что происходит на рынках, чтобы как-то упорядочить религиозную жизнь работающих там мусульман. Например, летом 2011 г. по инициативе муфтия ДУМ Урала в Екатеринбурге была создана Местная религиозная организация мусульман «Вахдат» («Единство»), ориентированная на торговцев с вещевого рынка «Таганский ряд», главная цель которой — построить рядом с рынком мечеть [17] . Пока это сделать не удается, и община объединяет мусульман разных национальностей для осуществления благотворительной деятельности [18] .

Исходя из вышесказанного, следует отметить, что в Урало-Сибирском регионе официальные мусульманские структуры в последние годы начали проявлять значительный интерес к деятельности рыночной исламской индустрии, которая интенсивно развивается, стремясь удовлетворить потребности мусульман-мигрантов. Интерес этот еще во многом спорадический, но он продиктован, прежде всего, осознанием того, что мигрантов становится все больше среди прихожан официальных мечетей. Не взаимодействуя с ними, не учитывая их потребностей, официальным мусульманским структурам с каждым днем сложнее будет контролировать развитие исламской ситуации в своих регионах, поэтому они и хотят быть в авангарде этих процессов.


[1] ЦГИА РБ. Ф. И‑295. Оп. 6. Д. 1466. Л. 3.

[2] Там же. Л. 19.

[3] Таблица № XIV «Распределение населения по вероисповеданиям и родному языку», опубликованной в XXXI томе «Первой всеобщей переписи населения Российской империи: Пермская губерния» / Под. ред. Н. А. Тройницкого. СПБ: Центральный статистический комитет МВД, 1904. С. 98–121.

[4] ЦГИА РБ Ф. И‑295. Оп. 6. Д. 4191. Л. 19 об.

[5] Подробнее см.: Загидуллин И. Нижегородская ярмарка как центр экономической и общественной жизни татарских предпринимателей // Форумы российских мусульман на пороге нового тысячелетия. Н. Новгород, 2006.

[6] Интервью с А. Макаровым 25.05.2011, г. Москва // Архив автора.

[7] Информация торговцев ряда «Овощи и фрукты», просивших не называть их имена.

[8] Телепрограмма «Ислам», июль 2006 г. // URL: http://www.manarftv.ru (дата обращения 01.05.2012).

[9] Материалы по истории мечети на «Хилокском» плодоовощном рынке июль 2010 г. // Архив автора.

[10] Свердловская область — молельные комнаты оборудуются и в колониях и даже на овощной базе // URL: http://www.dumrf.ru/regions/66/regnews/2426 (дата обращения 01.05.2012).

[11] Черных А. В. Таджики в Перми: очерки этнокультурного развития. Пермь, 2004. С. 16–17.

[12] Интервью с У. Шакировым, 22.04.2011 // Архив автора.

[13] Интервью с Ш. Сижаевым, 20.05.2011, г. Уфа // Архив автора.

[14] Интервью с Р. Раевым 18.05.2011 г. Уфа //Архив автора.

[15] Интервью с Т. Саматовым, 12.03.2011 г., Сургут //Архив автора.

[16] Там же.

[17] В Екатеринбурге презентовали новую мусульманскую организацию «Вахдат» URL: http://www.mufti-ural.ru/index.php?name=News&op=article&sid=31 (дата обращения 01.05.2012).

[18] Мусульмане обули воспитанников детского дома // URL: http://islamrf.net/?p=16493 (дата обращения 01.05.2012).



М

Медина аль-Ислам
Газета мусульман Евразии

М

Ислам Минбаре
Трибуна ислама —
Всероссийская газета мусульман

А

Аль-Минбар

И

Ислам в Российской Федерации

Серия энциклопедических словарей

Ж

Минарет

Ежеквартальный евразийский журнал мусульманской общественной мысли

КНИЖНЫЕ НОВИНКИ:
  • Вера и добродетель. Книга II из цикла «Проповеди» /И. А. Зарипов/
  • Коранический гуманизм. Толерантно-плюлистические установки /Ибрагим, Тауфик Камель/
  • История Корана и его сводов /Муса Бигиев/
  • Пустыня внемлет Богу: хрестоматия /сост. М. И. Синельников/
  • Исламская мысль: традиция и современность. Религиозно-философский ежегодник. Вып. 1(2016)
Д
Ислам: Ежегодный официальный журнал Духовного управления мусульман Российской Федерации
Фаизхановские чтения
Мавлид ан-Набий
Форумы российских мусульман
 
Рамазановские чтения
Фахретдиновские чтения
Хадж российских мусульман
Современные проблемы и перспективы исламоведения и тюркологии
Ислам на Нижегородчине
Миграция и антропоток  на евразийском пространстве
Х
В Вашем браузере не установлен компонент Adobe Flash Player, поэтому Вы не можете увидеть отображаемую здесь информацию.

Чтобы уставновить Adobe Flash Player перейдите по этой ссылке
Н

ИД «Медина» награжден почетной грамотой за активную книгоиздательскую деятельность

Р

Информационные партнеры

www.dumrf.ru | Мусульмане России Ислам в Российской Федерации islamsng.com www.miu.su | Московский исламский институт
При использовании материалов ссылка на сайт www.idmedina.ru обязательна
© 2009 Издательский дом «Медина»
закрыть

Уважаемые читатели!

В связи с плановыми техническими работами наш сайт будет недоступен с 16:00 20 мая до 16:00 21 мая. Приносим свои извинения за временные неудобства.