Издательский дом Медина Официальный сайт
Поиск rss Написать нам

Новости партнеров:

Ислам в современном мире №1 (2005)
20.05.2008

Ю. А. Балашов,
к.и.н., доцент кафедры регионоведения ННГУ им. Н. И. Лобачевского

ОРГАНИЗАЦИЯ ИСЛАМСКАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ:
ИНСТИТУЦИОНАЛЬНЫЙ ДИЗАЙН И ОСНОВНЫЕ НАПРАВЛЕНИЯ РАЗВИТИЯ
В МЕНЯЮЩЕМСЯ МИРЕ

К вопросу об актуальности проблемы

Политические процессы в исламском мире в период середины — второй половины ХХ в. развивались достаточно противоречиво: с одной стороны, мусульманские страны всячески стремились демонстрировать свою солидарность, с другой — в их среде сохранялись серьезные противоречия, вызванные как амбициями отдельных лидеров, так и более серьезными причинами. Проявлением первой тенденции стало, в частности, создание и развитие достаточно крупных международных организаций, объединяющих государства исламского мира (ЛАГ, ОИК, ССАГПЗ) и проведение представительных форумов, в рамках которых на высшем уровне обсуждались те или иные проблемы мусульман. Проявлением второй тенденции явились конфликтные ситуации в отношениях между Ираком и Саудовской Аравией, Ираном и Ираком, Ираком и Кувейтом, а также напряженные отношения между отдельными странами исламского мира.

События последних лет, связанные с ростом значения так называемого «исламского фактора» в международных отношениях, а также с проблемой усиления взаимодействия исламской и христианской цивилизаций (как конструктивного, так и конфликтного), актуализировали необходимость проанализировать тот  опыт сотрудничества, который был накоплен исламскими странами за истекший период, оценить потенциал его развития, выделить и систематизировать факторы, влияющие на эффективность внутриисламского диалога. Необходимо отметить, что освещение перечисленных вопросов как в трудах отечественных, так и зарубежных исследователей и обозревателей отличается определенной поверхностностью. В соответствующих статьях отмечается главным образом неэффективность исламских международных организаций и аморфность их структуры, а также перечисляются проблемы и противоречия, возникающие в процессе взаимодействия их участников. В то же время за рамками их анализа остаются вопросы, связанные с позитивными результатами активности международных исламских институтов и перспективами их развития.

 Историческое измерение проблемы сотрудничества мусульманских стран. Предпосылки создания ОИК.

Идея сотрудничества государств, официальной религией которых является Ислам, имеет достаточно серьезные исторические корни. Она опирается на положение о том, что ислам является основой равноправного сотрудничества между мусульманскими народами, т.к. «братство по вере выше национальной и всякой иной лояльности», а определенные несовершенства современного мусульманского мира объясняет «кознями империализма и коммунизма»[1]. В рамках данной идеи, как указывает ряд авторов, разрабатывались концепции «исламской экономики», «нового исламского экономического порядка», призванного уменьшить зависимость исламского мира от экономики развитых стран Запада, а также принципы общей оборонной стратегии мусульманских стран[2]. Приверженцы идеи исламской солидарности в течение всего ХХ в. пытались реализовать их посредством организации различных движений и форумов, а также путем создания соответствующих международных институтов.

Движения, ставящие своей целью укрепление исламской солидарности в противовес усилению влияния стран Запада в Азии, стали возникать в 20-е годы прошлого столетия в процессе развития антиимпериалистических настроений на Ближнем и Среднем Востоке. По некоторым данным, одним из первых политических деятелей региона, осознавших важность организации движений такого рода для достижения политических целей, стал турецкий лидер Мустафа Кемаль, пытавшийся в период 1920–22 гг. использовать движение в пользу восстановления Халифата для укрепления собственного режима и достижения Турцией независимости. Источники позволяют сделать вывод о том, что проявления солидарности мусульманских народов Ближнего и Среднего Востока в это же время пыталось использовать правительство Великобритании с целью закрепления в данном регионе, а также руководство Советской России, стремившееся обеспечить там свое присутствие. Документы свидетельствуют и о том, что стремлениям такого рода не был чужд и афганский эмир Аманулла-хан[3].

В 1926 г. подобные идеи нашли свое развитие в деятельности Абдель Азиз ибн-Сауда — основателя Саудовской Аравии, — организовавшего в Мекке первый Всемирный мусульманский конгресс, в котором приняли участие представители большинства мусульманских стран, а также стран, обладающих сильными мусульманскими общинами (в том числе и представители СССР). Данное мероприятие, официально направленное на борьбу с европейскими колонизаторами, также должно было способствовать укреплению режима Ибн-Сауда, демонстрируя широкую поддержку его политики со стороны приверженцев Ислама. Тем не менее, несмотря на относительную узость целей конгресса, он способствовал тому, что исламские лидеры начали приобретать опыт, необходимый для установления конструктивных контактов со своими единомышленниками и соседями, а также для совместного решения общих проблем в сфере взаимодействия со странами Запада. Накоплению соответствующего опыта способствовало и проведение аналогичных мероприятий в 1931 г. (Иерусалим), 1949 г. (Карачи), 1962 г. (Багдад)[4].

В 1962 г. в Мекке по инициативе Саудовской Аравии была создана Лига исламского мира — первая «полноценная» международная организация, объединяющая исламские государства по религиозному принципу. Хартия данной организации провозглашала такие цели, как укрепление исламской солидарности, распространение идей Ислама, поддерживание постоянных контактов с ведущими религиозными деятелями и учеными, налаживание и развитие тесных отношений с адептами Ислама, проживающими в немусульманских странах, а также «поддержка священной войны мусульман везде, где бы она ни возникла»[5]. Структура Лиги не была четко определена. Данная организация пыталась реагировать на основные региональные и глобальные вызовы целостности исламского мира, однако не стремилась к разработке механизмов решения общих для всех мусульманских стран проблем экономического и социального характера, что предопределило ее слабость и относительную неэффективность, сведя деятельность Лиги исламского мира к провозглашению политических деклараций наиболее общего характера.

Таким образом, в течение периода 1920–1960 гг. исламское сообщество не смогло выработать эффективный механизм межгосударственного взаимодействия для совместного решения проблем, с которыми столкнулись мусульманские государства после достижения независимости. В данный период перспективное развитие солидарности исламских стран на религиозной основе рассматривалось некоторыми выдающимися лидерами ряда государств в качестве удобного инструмента для укрепления собственных режимов и поднятия своего престижа на ближневосточной региональной политической арене, а также на мировой арене в целом. Однако опыт сотрудничества государств, накопленный в данный период, позволил сформировать достаточно прочную основу для развития конструктивного взаимодействия адептов ислама на мировой арене в будущем.

Особенности структурного развития ОИК

Накопленный в течение рассмотренного выше периода опыт позволил лидерам мусульманских государств создать в 1969 г. Организацию Исламская конференция, ставшую основным органом межгосударственного сотрудничества в рамках исламского мира. Несмотря на то, что основным толчком к созданию ОИК стало поражение арабских армий в «Шестидневной войне», в Хартию данной организации были внесены цели, связанные с укреплением солидарности государств исламского мира, укреплением сотрудничества мусульманских стран в экономической, политической, социальной и культурной сферах, координацией их действий на международной арене, защитой независимости и национальных прав всех народов, исповедующих ислам и т.д. В Хартии указаны также принципы взаимодействия членов данной организации, призванные способствовать реализации перечисленных целей: принцип равенства всех государств, входящих в состав организации, уважение независимости и территориальной ценности стран-членов «Конференции», отказ от использования силы или угрозы силой в разрешении различных вопросов, возникающих в отношениях между исламскими странами и др.[6].

Говоря о структуре ОИК, необходимо отметить, что она изначально была построена с учетом специфики политической культуры стран исламского мира, а также с учетом различия в политических режимах, установленных в них. Согласно учредительным документам ОИК высшим органом данной организации является Конференция монархов, глав государств и правительств, созываемая раз в три года. Однако анализ опубликованных документов данного структурного подразделения позволяет предположить, что высокий статус Конференции монархов, глав государств и правительств является не более чем формальностью. Доказательством этого может служить хотя бы тот факт, что участники сессий данной Конференции обсуждают наиболее важные вопросы международной безопасности, экономического и культурного развития лишь в наиболее общих чертах, не принимая практически никаких решений, ограничиваясь лишь декларациями, не содержащими каких-либо рецептов решения возникших проблем. В то же время решение важнейших вопросов развития и сотрудничества стран исламского мира передавалось Конференции министров иностранных дел стран-членов Организации, в задачи которой входит принятие ответственных решений, касающихся «генеральной линии» политики ОИК, отслеживание выполнения принятых решений и проверка их эффективности, обсуждение финансовых вопросов, а также координация действий стран, входящих в Организацию, в соответствии с ее целями и принципами[7].

Такое положение вещей вызвано, на наш взгляд, тем, что инициаторы создания Исламской Конференции старались «застраховать» данную организацию от влияния  противоречий между авторитарными харизматическими лидерами исламских (в частности арабских) стран на процесс развития их сотрудничества. Поручение решения важнейших политических вопросов министрам иностранных дел, являющихся в большинстве своем образованными, квалифицированными и опытными дипломатами и политиками, уменьшало возможность сведения обсуждения данных вопросов к соревнованию амбиций и претензиям лидеров отдельных мусульманских государств на доминирование в рамках исламского мира.

Другой особенностью структуры Организации Исламская Конференция является обилие специальных комитетов и институтов, как временных, так и постоянных, которые возглавляются, как правило, главами государств, входящих в Организацию. В качестве структурных единиц такого рода необходимо отметить Комитет по проблемам Иерусалима, играющий основную роль в определении политики ОИК в отношении Израиля и арабо-израильского конфликта, Постоянный финансовый комитет, определяющий финансовую политику Организации и обеспечивающий финансирование ее мероприятий, а также Исламский комитет по экономическим, социальным и культурным проблемам. Отметим также, что в разное время в рамках Исламской конференции был создан целый ряд фондов, центров и агентств, призванных координировать деятельность правительственных, общественных и частных организаций стран исламского мира в различных сферах (транспорт, научные исследования и т.д.), а также аккумулировать средства для их развития (Фонд исламской солидарности, Международный центр исламского образования, Исламский совет гражданской авиации и др.)[8]. Такая ситуация, с одной стороны, позволяет ОИК регулировать практически все сферы межгосударственного сотрудничества исламских стран, а с другой — дает возможность лидерам мусульманских стран и движений реализовать свой «лидерский» потенциал, не подвергая серьезной угрозе и без того шаткое единство членов Организации.

Говоря о структуре ОИК, необходимо также отметить, что в конце 80-х — начале 90-х гг. прошлого столетия в ее рамках появились подразделения, характерные для международных объединений интеграционного типа, призванные усилить координацию действий стран-членов Конференции в той или иной сфере. К подразделениям такого рода можно отнести Совет министров внутренних дел, основной функцией которого является разработка совместных мер по сокращению социальной базы терроризма, разработка и реализация общеарабской стратегии безопасности[9], а также Парламентский союз ОИК, призванный укрепить единство исламского мира в условиях постоянных перемен, происходящих на мировой арене[10].

Основные направления деятельности ОИК на рубеже XX — XXI вв.

Несмотря на серьезные противоречия между членами данной Организации в политической и экономической областях, ОИК демонстрирует широкомасштабную политическую активность, особенно возросшую в конце ХХ столетия, когда в мире возникли серьезные конфликты на конфессиональной основе. В течение периода 1990-х гг. данная организация в той или иной форме принимала, или пыталась принять участие в разрешении таких серьезных конфликтов, как индо-пакистанский, косовский, а также конфликты в Афганистане и Чечне[11]. При этом необходимо отметить, что Чечня является не единственным регионом на территории бывшего СССР, который привлек внимание Исламской Конференции, более того, Организация является притягательной для мусульманских стран, которые получили независимость в течение последнего десятилетия, таких, как Казахстан, Узбекистан, Киргизстан, Азербайджан и др., тем более, что ОИК обладает широким спектром фондов и финансовых подразделений, призванных оказывать содействие развитию экономики исламских стран, что делает данную Организацию привлекательной, в частности, для новых независимых государств. Документы свидетельствуют, что в большинстве случаев надежды бывших республик СССР на финансовую помощь со стороны исламских финансовых институтов, являющихся частью структуры ОИК, были оправданными[12].

Кроме того, надежды на поддержку ОИК питают мусульманские народы, не обладающие государственным статусом, такие, как крымские татары и косовские албанцы. Сами же члены Исламской Конференции неоднократно в течение периода 1990-х гг. выражали готовность оказать необходимую поддержку, как в одностороннем порядке, так и в сотрудничестве с другими международными организациями, а также в сотрудничестве с государствами, обладающими авторитетом на мировой арене.

Ярким примером этого является позиция ОИК в отношении косовского кризиса. Страны-члены Организации заявили о том, что главным стимулом к урегулированию ситуации в Косово должно стать возвращение албанских беженцев «в провинцию, ставшую зоной конфликта» при поддержке ООН. Организация Объединенных Наций со своей стороны выразила свою заинтересованность в сотрудничестве с крупнейшей исламской международной организацией в данной сфере, заявив о том, что она готова «сотрудничать с Организацией Исламская конференция, чтобы помочь Косово стать демократическим и многонациональным сообществом». Как подчеркнул К. Анан в своем послании, зачитанном в ходе 26-й ежегодной конференции министров иностранных дел стран-членов ОИК, открывшейся в июне 1999 г., «в момент, когда сложная работа, направленная на укрепление мира и восстановление, уже началась, мы намереваемся развивать сотрудничество между ООН и ОИК для оказания помощи в строительстве в Косово мирного демократического и многонационального общества». Необходимо отметить, что в ходе разработки рецептов урегулирования албано-сербского противостояния в Косово, ОИК стремилась заручиться поддержкой России, договорившись с российскими дипломатами относительно общих принципов урегулирования ситуации на основе совместного неприятия «незаконной акции альянса (НАТО — Ю. Б.), предпринятой без санкции Совета Безопасности ООН»[13]. Отметим также, что в ходе вмешательства ОИК в процесс урегулирования той или иной конфликтной ситуации с участием мусульманских народов, данная организация демонстрирует достаточно взвешенный подход к проблемам, отказывая в открытой поддержке радикальным исламским группировкам, в частности движению «Талибан», которое не было допущено в Организацию в качестве полноправного члена[14].

Кроме того, стремясь к урегулированию отдельных конфликтов с участием мусульман, ОИК не упускает из вида и стратегическую перспективу, проводя исследования и представительные форумы, в рамках которых страны-члены организации пытаются разработать алгоритм бесконфликтного сосуществования и сотрудничества европейской и мусульманской цивилизаций, что, несомненно поднимает престиж данной организации на международной арене и способствует усилению ее влияния на мировые политические процессы в обозримой перспективе[15].

Еще одним фактором, способствующим усилению авторитета Исламской Конференции, можно считать попытки указанной организации разработать эффективный механизм противодействия развитию международного терроризма, что может оказаться весьма ценным для мирового сообщества, т.к. мусульманские страны в течение середины — второй половины ХХ в. успели накопить солидный опыт как в сфере противодействия отдельным террористическим актам, так и в сфере профилактики роста экстремистских организаций. Однако необходимо отметить, что несмотря на все усилия стран-участниц Организации, в частности, несмотря на организацию ряда специальных сессий ее высших органов, деятельность ОИК в этом направлении пока не увенчалась успехом и ограничивается в настоящее время лишь декларациями наиболее общего характера, осуждающими терроризм как таковой. Источники свидетельствуют, что основным пунктом разногласий по этому поводу стало определение понятий «терроризм», «террорист» и «террористический акт». Дискуссия разгорелась после того, как премьер-министр Малайзии Махатхира Мухаммад на встрече лидеров стран ОИК в Куала-Лумпуре предложил включить в определение понятия «террорист» «палестинских самоубийц, совершающих акты самоуничтожения среди мирного населения». Большинство арабских стран отвергло эту идею, назвав палестинцев, жертвующих своими жизнями, «истинными борцами за независимость своей родины»[16].

Таким образом, подводя некоторые итоги, можно сказать, что сотрудничество мусульманских государств на трансрегиональном уровне, начавшее развиваться еще в первой половине ХХ века, к настоящему времени достигло достаточно высокого уровня, несмотря на очевидные противоречия, существующие в отношениях между многими исламскими странами. Организация Исламская конференция, являющаяся основным органом сотрудничества в рамках исламского мира, в ходе своего развития сумела создать достаточно эффективный механизм взаимодействия государств-членов, сформировав свою структуру таким образом, чтобы охватить все важнейшие аспекты политической и экономической жизни мусульманских стран, снизив при этом риск усиления межгосударственных противоречий, возникающих в результате несовпадения интересов отдельных политических лидеров. Развитие структуры данной Организации позволяет предположить, что в перспективе она может перерасти в полноценное интеграционное объединение. Вполне вероятно, что такое направление развития событий возможно в том случае, если руководство ОИК сумеет творчески переосмыслить опыт других региональных и трансрегиональных интеграционных объединений, адаптировав его к политическим традициям и политической культуре исламского мира. Осмелимся предположить, что так или иначе, данная Организация «обречена» на то, чтобы играть заметную роль в современных международных отношениях, т.к. повышение политической активности исламских стран, усиление угрозы исламского экстремизма и религиозно-политических течений исламского толка, направления развития новых независимых мусульманских государств и многое другое будут зависеть, в частности, от того, какую позицию в их отношении займет международная организация, претендующая на то, чтобы стать центром политической жизни исламского мира. В свою очередь, поддержка перечисленных политических сил может обеспечить ОИК, по крайней мере, временный подъем ее значения на международной арене и усиление ее влияния на мировые политические процессы.

Организация Исламская Конференция после иракского кризиса 2003 г.

Представляется, что не последнюю роль в подъеме авторитета ОИК играет позиция великих держав, в частности США, которые пытаются обеспечить свое присутствие в исламском мире не только политическими, но и силовыми средствами. Реакция мусульманских стран на такое вмешательство, подчас довольно грубое, на первый взгляд выглядит довольно сдержанной, что дает основания некоторым экспертам усомниться в том числе и в способности ОИК отстаивать свои интересы на мировой арене и обеспечивать достижение целей, содержащихся в Хартии данной организации[17]. Однако целый ряд документов Исламской конференции, в том числе общедоступных и размещенных в сети Internet, позволяет предположить, что ситуация, вызванная активным вмешательством США в дела мусульманских стран, является гораздо более сложной и может иметь далекоидущие последствия. Поводом для размышлений такого рода является деятельность ОИК, развернутая этой трансрегиональной Организацией после того, как Президент США обнародовал свой ультиматум, «отражающий его намерение атаковать Ирак» в 2003 году. С точки зрения развития международно-политической деятельности ОИК можно прогнозировать три основных последствия иракского кризиса 2003 г.

Первым последствием данного кризиса может стать падение авторитета Организации Объединенных Наций в исламском мире и дальнейшая переориентация общественного мнения мусульманских стран на более активную поддержку Исламской Конференции, что будет способствовать усилению ее престижа на ближневосточной региональной арене, а также на мировой арене в целом и, соответственно, усилению ее влияния на мировые политические процессы. Неэффективность действий ООН по предотвращению очередного конфликта на иракской земле стала очевидной для представителей руководства мусульманских государств после неоднократных обращений Генерального секретаря ОИК А. Белкези в различные институты данной организации с целью активизировать ее усилия в этом направлении. В одном из первых своих заявлений, адресованных Комиссии по правам человека ООН (18.03.2003), глава ОИК утверждал, что «несправедливое нападение на Ирак под руководством США приведет к гуманитарной катастрофе, которая будет иметь последствия для всего ближневосточного региона…» и, кроме того, «подорвет престиж ООН и поставит под сомнение компетентность Совета Безопасности, подорвет международное право». А. Белкези апеллировал к авторитету ООН и 20 марта 2003 г., говоря о том, что иракская проблема должна решаться в рамках полномочий Совета Безопасности данной организации, а 25 марта генсек ОИК напрямую обратился к К. Аннану, Генеральному секретарю ООН, и правительствам стран-членов Совета Безопасности с призывом к немедленному прекращению начавшейся в Ираке войны, акцентировав внимание на том, что «эта война не одобрена Советом Безопасности и ведется вопреки нормам международного права»[18].

В условиях, когда перечисленные призывы остались без ответа, А. Белкези приступил к консультациям с представителями правительств стран-членов Организации Исламская Конференция, направленным на разработку «системы действий, способствующих быстрому прекращению конфликта и обеспечению безопасности в регионе» на основе «веса и авторитета ОИК в мусульманском мире»[19], т.е. фактически генсек Исламской Конференции попытался задействовать региональные ресурсы для урегулирования иракского кризиса, не рассчитывая  больше на механизмы Организации Объединенных Наций. Напомним, что Организацией Исламская конференция к 2003 г. уже был накоплен определенный опыт использования в своих целях «бессилия» ООН в сфере урегулирования конфликтов и сплочения вокруг данной международной мусульманской Организации приверженцев Ислама (косовский кризис).

Вторым последствием иракского кризиса, способным повлиять на политику Исламской Конференции и на политический климат на Ближнем Востоке и в других регионах, может стать обострение хронических конфликтов, развивающихся там с середины ХХ века, таких, как арабо-израильский и индо-пакистанский конфликты. Смягчение своей позиции в отношении войны в Ираке ОИК может «увязать» с принятием решений по поводу урегулирования указанных конфликтов, выгодных исламской стороне. Показателем этого может являться тот факт, что в своем выступлении перед Комиссией по правам человека ООН 18 марта 2003 г., посвященном иракской проблеме, генеральный секретарь ОИК призвал к принятию административных мер, имеющих своей целью жесткое отслеживание ситуации с соблюдением прав человека на территории индийского штата Кашмир и «оккупированных Израилем территориях»[20]. Необходимо отметить, что Организация Исламская Конференция уже имеет опыт использования «тактики увязывания» в процессе обсуждения актуальных для нее вопросов, стремясь добиться выгодного решения в отношении какой-либо мусульманской страны в обмен на более или менее лояльное отношение к действиям великих держав или Организации Объединенных Наций. Примером этого может служить опять-таки увязывание политики ОИК в отношении косовской проблемы в 1999 г. с позицией мирового сообщества, в частности ООН, в отношении экономических санкций против Ливии, примененных к этой стране в связи с так называемым «делом Локкерби»[21].

И, наконец, третьим последствием иракского кризиса 2003 г. применительно к ОИК, скорее всего, станет активизация политики данной международной организации в отношении мусульманских общин в тех странах, где ислам не является государственной религией. Показателем этого, на наш взгляд, является тот факт, что уже 6 апреля 2003 г., практически сразу после начала операции США против Ирака по инициативе генерального секретаря ОИК было созвано совещание межправительственной группы экспертов по ситуации в мусульманских общинах и меньшинствах в государствах, не входящих в состав Исламской Конференции[22]. Целью данного совещания была разработка мер, способных улучшить жизненные условия мусульманских общин в неисламских странах и создать «благоприятные условия для развития их культуры». На данном совещании было принято решение о поддержке контактов с мусульманскими общинами как на уровне официальных отношений ОИК с соответствующими странами, так и на уровне межправительственных отношений отдельных стран-членов данной Организации с другими государствами, а также на уровне неофициальных контактов с отдельными общинами. Основные надежды на данном совещании возлагались на то, что представителям ОИК удастся наладить конструктивное сотрудничество с местными органами власти в соответствующих странах и международными институтами, «способными гарантировать права мусульманских меньшинств и сохранение их самобытной культуры» в условиях возрастания антиисламских настроений в западном обществе после террористических актов 11 сентября 2001 г. и начала войны в Ираке в 2003 г. Помощь исламским общинам со стороны ОИК должна была оказываться также через Фонд исламской солидарности, призванный обеспечивать развитие мусульманских школ, культурных центров, учреждений здравоохранения и социальной сферы[23].

Несмотря на то, что на данном совещании преимущественное внимание было уделено проблемам развития культуры мусульманских общин и сохранения их конфессиональной идентичности, тогда как о повышении их политической активности не было сказано ни слова, сам факт проведения такого мероприятия в ходе военной операции США против Ирака выглядит символичным. Кроме того, развитие инфраструктуры мусульманских общин, так или иначе, будет способствовать их усилению и активизации их деятельности в сфере защиты не только культурных, но и политических прав, а также в сфере поддержки политики своих единоверцев, в связи с чем можно прогнозировать в обозримой перспективе увеличение количества выступлений мусульманских общин в неисламских странах, направленных на демонстрацию своей солидарности с исламским миром в условиях, когда страны Запада в очередной раз примут меры для укрепления своих позиций на Востоке силовым путем.

Таким образом, иракский кризис 2003 г. привел к определенным изменениям в расстановке сил, как на ближневосточной региональной арене, так и на международной арене в целом, активизировав деятельность институтов регионального и трансрегионального взаимодействия стран исламского мира, возможно в ущерб их участию в международных институтах универсального характера.

Россия и ОИК: возможные направления сотрудничества

В сложившихся условиях, когда Организация Исламская Конференция получает возможность усилить свой престиж и сплотить своих членов, когда внешние обстоятельства создают потенциальную возможность для усиления воздействия данной Организации на региональные и мировые политические процессы, ОИК должна стать объектом пристального внимания со стороны российского руководства, дипломатического корпуса и представителей академического сообщества. Очевидно, что как бы ни развивались отношения между Российской Федерацией и ОИК, позиция последней будет оказывать существенное влияние на политический климат как внутри страны (учитывая более чем значительное количество мусульман среди российских граждан), так и на международно-политическую ситуацию, складывающуюся вокруг России. Несомненной представляется роль ОИК в определении внешнеполитического курса РФ на таком стратегически важном направлении, как страны СНГ, не говоря уже о положении РФ на Ближнем Востоке, который традиционно является одним из приоритетов внешней политики России. Другими словами, руководство РФ должно разработать оптимальную модель взаимоотношений с этой Организацией, позволяющую, с одной стороны, активно взаимодействовать с ней, поддерживая в случае необходимости мусульманские страны на мировой арене и, в свою очередь, пользуясь их поддержкой, а с другой — не требующую отказа от своих интересов в регионах, населенных мусульманами, и не допускающую пересмотра своих государственных границ.

Учитывая сложность выполнения данной задачи, а также неоднозначный характер взаимоотношений нашей страны с Организацией Исламская Конференция по поводу афганской и косовской проблем, не вызывает удивления тот факт, что возможность сближения РФ и ОИК, наметившегося в 2003 г. стимулирует полярные оценки со стороны экспертов, политиков и общественных деятелей. Президент России, являющийся одним из инициаторов укрепления и развития отношений с крупнейшей Организацией исламского мира, видимо, уверен в том, что такой политический шаг позволит сформировать позитивный имидж РФ в среде общественного мнения мусульманских стран, основанный на восприятии Российской Федерации как государства, защищающего права всех конфессий, включая мусульманскую, отрицающего исламофобию и не отождествляющего ислам с террористической деятельностью[24].

Положительно оценивает такое сближение и Совет муфтиев России, глава которого, Р. Гайнутдин, заявил о том, что «Мы полностью поддерживаем желание Президента страны Владимира Путина о вступлении нашего государства в Организацию Исламская Конференция. Вступление России в ОИК позволит нам не только расширить существующие духовные связи, но и значительно поднять уровень экономического и политического взаимодействия стран, входящих в ОИК. Предложение Владимира Путина о вступлении России в ОИК является примером того, что Президент России видит и предлагает реальные шаги для развития традиционных религий страны»[25]. Газета «Татарские новости», в свою очередь, приводит на своих страницах мнение о том, что членство России в ОИК позволит смягчить позицию общественного мнения мусульманских стран относительно контртеррористической операции в Чечне[26].

Наряду с приведенными выше оптимистическими оценками сближения РФ с мусульманским миром высказываются и другие, менее восторженные, причем их авторами являются как признанные специалисты, так и публицисты, и представители журналистских кругов. Один из российских специалистов, М. З. Шкундин, высказывает серьезные сомнения как по поводу полезности для России участия в работе ОИК, так и по поводу самой возможности такого участия. «…Соответствует ли сама идея членства в ОИК или получение статуса наблюдателя  части 1 статьи 14 Конституции РФ, провозглашающей Российскую Федерацию светским государством? —
спрашивает данный автор — …ведь в соответствии с «квалификационными требованиями» более 50% населения государства-члена ОИК должны исповедовать Ислам; необходимо также, чтобы страну возглавлял правоверный мусульманин, а Ислам являлся государственной религией»[27]. Говоря об эффективности сотрудничества РФ и «Исламской конференции», М. З. Шкундин не скрывает своего скепсиса, впрочем, вполне обоснованного. «Очевидно, — пишет он, — что направление наблюдателей ОИК на выборы в Чечню и признание их результатов, ни на йоту не приблизят аналогичные шаги со стороны США, ЕС и других государств, имеющих иные взгляды на представительную демократию»[28].

Весьма скептической является и оценка сотрудничества РФ и ОИК, данная Г. Джемалем, известным российским политологом и лидером Исламского комитета России, который констатирует негативную тенденцию в отношениях мусульман и немусульман в Российской Федерации и характеризует желание российского руководства вступить в ОИК как «нелепое», «сомнительно реализуемое» и «сугубо пиаровское»[29]. С Г. Джемалем соглашаются представители британской журналистики, сомневающиеся в том, что Россия сможет соответствовать требованиям, предъявляемым к членам названной международной Организации[30].

Вполне очевидно, что и оптимистическая, и пессимистическая точки зрения на перспективы взаимодействия РФ и Организации Исламская Конференция имеют под собой серьезный фундамент и, кроме того, могут являться отражением двух политических тенденций, развивающихся как в российском обществе в целом, так и в рамках его элиты. В связи с этим представляется полезной попытка определить границы эффективного сотрудничества России и ОИК, а также основные направления этого сотрудничества и их возможные последствия для нашей страны.

В качестве одного из первых направлений сотрудничества можно назвать взаимодействие в сфере противодействия радикальным исламским организациям, ставящим, в том числе и задачи по отделению ряда территорий, которые носят откровенно террористический характер. Российское экспертное сообщество неплохо осведомлено о том, какой богатый опыт накопили мусульманские страны в сфере борьбы с радикальными проявлениями исламизма, способными подорвать государственный строй и престиж государства[31]. Более подробное ознакомление российской стороны с методами, позволяющими снизить возможность негативного влияния конфессионального фактора на политическое пространство, станет возможным после установления тесных контактов с ОИК и позволит разработать более или менее эффективный механизм противодействия как идеологии чеченского сепаратизма, развивающего свою деятельность под знаменем «ваххабизма», так и проявлениям религиозного экстремизма в тех регионах РФ, где доминируют адепты Ислама.

Отметим также, что эффективной борьбе с исламским экстремизмом в России может служить сам факт сотрудничества между РФ и Организацией Исламская конференция, т.к. данный международный институт является частью существующего миропорядка, который не признается исламскими радикалами и обозначается ими не иначе, как «дьявольский». Данное сотрудничество, по нашему мнению, позволит облегчить профилактические мероприятия, направленные на предотвращение распространения радикальных учений в среде российских мусульман, а также на предотвращение расширения сепаратистских движений  в российских регионах, населенных адептами Ислама. Автор в данном случае согласен с мнением депутата Госдумы РФ Абдул-Вахедом Ниязовым, который заявил в октябре 2003 г. о том, что «…Россия снимает весьма болезненный вопрос легитимности своих действий в борьбе с сепаратизмом… Таким образом, сторонники сопротивления лишаются важного козыря. О каком джихаде может идти речь, если с Россией мусульманский мир. И эта поддержка будет еще определенней, если Россия вступит в ОИК»[32].

Во-вторых, необходимо отметить, что принятие России в состав ОИК, пусть даже в качестве наблюдателя, позволит нашей стране использовать инвестиционные и торговые возможности богатых нефтедобывающих стран исламского мира, заинтересованных в передовых российских технологиях, в частности оборонных, а также в сельскохозяйственной продукции. Расширение экономических и финансовых связей между РФ и странами-членами ОИК позволило бы поднять уровень российского производства, создать новые рабочие места и обеспечить, таким образом, условия для подъема российской экономики в целом. Естественно, что в первую очередь экономическое сотрудничество будет развиваться в сфере военной промышленности, а также в сфере ядерной энергетики, где успехи российских ученых и производителей могут легко конкурировать с достижениями их западных коллег.

Результатом этих двух направлений сотрудничества может стать укрепление международного влияния России. Тесное взаимодействие с крупнейшей международной организацией исламского мира позволит восстановить позиции РФ в сфере урегулирования таких хронических региональных конфликтов, как арабо-израильский, индо-пакистанский и т.д., а это, в свою очередь, может оказать позитивное воздействие на повышение статуса нашей страны в ООН и на формирование принципиально новых позиций на переговорах со странами Запада и ведущими западными международными институтами. Этот результат, на наш взгляд, является выгодным и для самой Исламской Конференции. Не надо забывать о том, что РФ — постоянный член СБ ООН, член «большой восьмерки», член Парламентской ассамблеи Совет Европы и, кроме того, крупнейшая ядерная и космическая держава. Интенсификация сотрудничества России с ОИК способна автоматически поднять статус данной организации на мировой арене, а также способствовать реформированию концептуальных основ ее деятельности и формированию более совершенных подходов к решению актуальных проблем, вставших перед исламским миром в начале третьего тысячелетия.


Примечания:

[1] Левин З.И. Общественная мысль на Востоке. Постколониальный период. М., 1999. С. 114.

[2] Там же.

[3] См. например: РГАСПИ. Ф. 495. Оп. 154. Д. 124. Л.15. Подробнее об этом см.: Балашов Ю. А. Коминтерн на Ближнем Востоке в 1920-е гг.// Международные отношения в XXI веке: новые действующие лица, институты и процессы. С. 15–22.

[4] Яковлев А. И. Саудовская Аравия: пути эволюции. М., 1999. С. 55.

[5] File of Islamic Summit Conferences and Islamic Conferences of Foreign Ministers. Saudi Press Agency, 1989. P. 17.

[6] Ibid. P. 20.

[7] Такой вывод можно сделать на основании сравнительного анализа итоговых документов, принятых Конференцией монархов, глав государств и правительств, а также Конференцией министров иностранных дел стран —
членов Организации.

[8] File of Islamic Summit Conferences and Islamic Conferences of Foreign Ministers. Saudi Press Agency, 1989. P. 21–22.

[9] ИТАР-ТАСС. Пульс планеты, 26.01.2000.

[10] ИТАР-ТАСС. Пульс планеты, 15.06.1999.

[11] См. например: ИТАР-ТАСС. Пульс планеты, 22.02.2000; Анкин Л. И приглашают решать косовскую проблему сообща//Коммерсантъ. 21 апреля 1999.

[12] Показателем этого является тот факт, что практически все исламские государства — бывшие республики СССР — являются в настоящее время членами данной организации и активно привлекают инвестиции со стороны финансовых институтов ОИК во многие отрасли своей экономики, а также используют их финансовую поддержку для развития сферы образования и социальной сферы. См. например: www.visti.net

[13] Анкин Л. И приглашают решать косовскую проблему сообща//Коммерсантъ. 21 апреля 1999.

[14] Фрумкин И. Талибов не пустили в ОИК// Коммерсантъ. 16 ноября 2000.

[15] См. например: Официальный сайт МИД Республики Казахстан. Архив новостей. Февраль 2002 г // www.mfa.kz/russian/new_feb.02htm

[16] См. например: www.pravda.ru/abroad/2002.

[17] См. например: Юсин М. Единый мусульманский фронт — всего лишь фантазия Бен-Ладена// Известия. 11 октября 2001.

[18] The OIC Secretary General’s letters to the UN Secretary General and the Foreign Ministers of the Members of the Security Council on Iraq. http://www.oic-un.org/pr/2003/8html

[19] Ibid.

[20] The OIC Secretary General Declares the Organization’s Rejection of Military Attac against Iraq. http://www.oic-un.org/pr/2003/6html

[21] ИТАР-ТАСС. Пульс планеты. 2.07.1999.

[22] Intergovernmental Group of Experts on the Situation of Muslim Communities and Minorities in non-Member States Holds its Eight Meeting at the OIC Secretariat in Jeddah. http://www.oic-un.org/pr/2003/9html

[23] Ibid.

[24] Закирова А. Россия — партнер ОИК// Татарские новости. № 12. 2003.

[25] Там же.

[26] Там же.

[27] Шкундин М. Цена вовлеченности //Россия в глобальной политике. Том 2. №4. Июль–август 2004. С. 213.

[28] Там же.

[29] Закирова А. Россия — партнер ОИК// Татарские новости. № 12. 2003.

[30] Там же.

[31] См. например: Борисов А.Б. Противодействие исламскому экстремизму. Опыт ближневосточных стран // Национализм и фундаментализм на Ближнем Востоке. М., 1999. С. 4–13.

[32] Восточная станция ожидания. Пять доводов в пользу вступления России в Организацию Исламская Конференция // http://www.rg.ru/2003/10/23/diplomatia.html



М

Медина аль-Ислам
Газета мусульман Евразии

М

Ислам Минбаре
Трибуна ислама —
Всероссийская газета мусульман

А

Аль-Минбар

И

Ислам в Российской Федерации

Серия энциклопедических словарей

Ж

Минарет

Ежеквартальный евразийский журнал мусульманской общественной мысли

КНИЖНЫЕ НОВИНКИ:
  • Вера и добродетель. Книга II из цикла «Проповеди» /И. А. Зарипов/
  • Коранический гуманизм. Толерантно-плюлистические установки /Ибрагим, Тауфик Камель/
  • История Корана и его сводов /Муса Бигиев/
  • Пустыня внемлет Богу: хрестоматия /сост. М. И. Синельников/
  • Исламская мысль: традиция и современность. Религиозно-философский ежегодник. Вып. 1(2016)
Д
Ислам: Ежегодный официальный журнал Духовного управления мусульман Российской Федерации
Фаизхановские чтения
Мавлид ан-Набий
Форумы российских мусульман
 
Рамазановские чтения
Фахретдиновские чтения
Хадж российских мусульман
Современные проблемы и перспективы исламоведения и тюркологии
Ислам на Нижегородчине
Миграция и антропоток  на евразийском пространстве
Х
В Вашем браузере не установлен компонент Adobe Flash Player, поэтому Вы не можете увидеть отображаемую здесь информацию.

Чтобы уставновить Adobe Flash Player перейдите по этой ссылке
Н

ИД «Медина» награжден почетной грамотой за активную книгоиздательскую деятельность

Р

Информационные партнеры

www.dumrf.ru | Мусульмане России Ислам в Российской Федерации islamsng.com www.miu.su | Московский исламский институт
При использовании материалов ссылка на сайт www.idmedina.ru обязательна
© 2009 Издательский дом «Медина»
закрыть

Уважаемые читатели!

В связи с плановыми техническими работами наш сайт будет недоступен с 16:00 20 мая до 16:00 21 мая. Приносим свои извинения за временные неудобства.