Издательский дом Медина Официальный сайт
Поиск rss Написать нам

Новости партнеров:

Ислам в современном мире №2 (2005)
15.05.2008

МЕСТО МУСУЛЬМАНСКИХ ОБЩЕСТВЕННО-ПОЛИТИЧЕСКИХ ДВИЖЕНИЙ
В СИСТЕМЕ КООРДИНАТ СОВРЕМЕННОГО МИРА


А. П. Шмелев,
к. и. н., доцент кафедры основ внешней политики и безопасности России ФМО ННГУ
Ю. А. Балашов,
к. и. н., доцент кафедры регионоведения ФМО ННГУ

К вопросу о русификации народов Поволжья и роли исламских институтов в процессе возрождения татарской национальной культуры по материалам Горьковской (Нижегородской) области

Актуальность проблемы, поставленной авторами данной статьи, обосновывается четырьмя основными причинами, носящими как теоретический, так и практический характер. Во-первых, исследование процесса русификации народов Поволжья, предпринятой советским руководством в середине прошлого столетия, позволит составить более адекватное представление о сущности феномена национального возрождения, определяющего многие политические процессы в России на протяжении последних пятнадцати лет и оказывающего существенное влияние на состоянии этнических групп, компактно проживающих на территории Нижегородской области. Во-вторых, решение заявленной проблемы позволит реконструировать специфические механизмы воздействия конфессионального фактора, в частности исламского, на формирование, развитие и сохранение этнической идентичности в сложных социально-политических условиях. В-третьих, внимательный анализ воздействия исламского фактора на этнополитические процессы в Поволжье позволит лучше разобраться в специфике развития мусульманских духовных и социальных институтов, а также в специфике взаимодействия духовной и светской идеологии, которое в настоящее время является актуальным для всех конфессий, действующих на территории РФ. И, наконец, в-четвертых, исследование поставленной проблемы позволит, на наш взгляд, разработать рекомендации по усовершенствованию политики органов исполнительной и законодательной власти в отношении этнических групп, исповедующих ислам и проживающих на территории Нижегородской области, что будет способствовать укреплению региональной межэтнической кооперации и конструктивного диалога культур.

Ввиду сложности поставленной проблемы представляется целесообразным разделить текст статьи на несколько параграфов, выделив сначала теоретическую составляющую проблемы, затем осветив эмпирическую базу, на которой основано ее решение и перейдя, наконец, к определению роли исламской идеологии и исламских институтов в сохранении и развитии татарской этнической культуры.

Некоторые теоретические подходы к проблеме

Россия изначально существовала как многонациональное государство, в процессе своей эволюции включая в свой состав большое количество этносов, принадлежащих к различным языковым семьям, конфессиям, дифференцирующимся по численности, уровню социально-экономического и культурного развития.

На территории России в течение всего периода ее развития постоянно шли этнические процессы – «процессы изменения отдельных элементов или параметров этноса, частей этносов и этносов в целом, обусловленные общим ходом социально-экономического и культурного развития человечества и особенностями исторического существования самих этносов и народов»[1].

Можно выделить эволюционные и трансформационные этнические процессы. Эволюционные процессы выражаются в «значительном изменении любого из основных элементов этноса, прежде всего языка и культуры (пример: возникновение явлений двуязычия). Этнокультурные процессы можно подразделить на 3 группы: внутри-, меж-, и надэтнические процессы». К трансформационным этническим процессам относятся такие изменения этнических элементов, которые ведут к «перемене этнической принадлежности; завершающим их этапом является перемена этнического (национального) самосознания и самоназвания, отражающих реально существующие связи между членами этноса»[2].

Анализируя процессы восприятия нерусскими народами элементов русской культуры, можно говорить о русификации и обрусении. Под обрусением мы понимаем добровольное восприятие элементов русской культуры, вызванное естественно-историческим развитием межнациональных отношений в условиях совместного проживания при абсолютном численном превосходстве представителей русского этноса и использовании элементов национальной культуры (язык, религиозный аспект, правовая система, нравственно-моральные устои, определенные обычаи и традиции) последнего в качестве общегосударственных.

Русификация же подразумевает стимулирование со стороны государственных и общественных институтов процесса усвоения элементов русской культуры, содержа, таким образом, насильственный элемент.

В истории Российского государства национальный вопрос играл всегда значительную роль. И, надо сказать, решался обычно директивными методами с учетом в первую очередь интересов державы в целом и правящей элиты в частности. Впервые внимание на национальные окраины (подчеркнем – именно окраины) было обращено при Павле I. Для достижения стабильности в регионах стали учитываться местные обычаи и традиции, привлекаться к управлению представители местной национальной элиты – своего рода уступка в целях общегосударственных. Но уже с периода правления Николая I в рамках теории «официальной народности» начинает осуществляться политика русификации параллельно с поддержкой официальной Русской православной церкви. Таким образом, представители нерусских этносов вынуждены были при наличии желания добиться чего-либо, получить престижные и высокооплачиваемые посты и должности воспринимать и абсорбировать элементы русской культуры, особенно язык и, зачастую, религию.

Советский период истории нашего государства имеет свою специфику касательно решения национального вопроса. С одной стороны, декларированное равенство всех национальностей в осуществлении своих прав, административно-национальное строительство, социально-экономическое, культурное развитие нерусских народов, подготовка и привлечение к управлению регионами и государством национальных партийной и хозяйственной элит. С другой стороны, с момента формирования сталинской системы в основу советского государства вновь были заложены элементы именно русской культуры. Развитие национальных образований происходило на основе русских правовой, культурной, морально-нравственной систем. Развитие системы образования сопровождалось распространением русского языка. Зачастую стремление к возрождению национальных традиций трактовалось как националистические тенденции. С 1970-х гг. осуществлялась попытка создания новой общности людей – советской, основой для которой опять должны были стать традиции русской культуры. Таким образом, по существу, в СССР проводилась политика русификации населения.

Развал Советского Союза, последовавшие за этим кризис власти, трансформация политической системы, изменения в общественно-политической жизни страны вызвали, с одной стороны, разгул национализма, с другой – возрождение интереса к собственным культуре и традициям со стороны представителей нерусских национальностей.

Таким образом, можно сделать следующий вывод: в течение всего исторического развития Российского государства нерусские этносы находились в условиях вынужденного восприятия элементов русской культуры. Что выражалось в утрате их представителями национальной самобытности и, зачастую, возможности национальной самоидентификации.

В настоящий момент данной проблеме (возрождения и сохранения национальных культур, обрусения и русификации) уделяется достаточно большое внимание, как со стороны представителей науки, так и со стороны официальных должностных лиц национальных образований Российской Федерации. Достаточно пристально изучаются как факторы, способствующие восприятию элементов русской и сохранению собственных культур, так и тенденции и процессы, протекавшие в России в ходе ее эволюционного развития.

Одним из источников, позволяющим отслеживать тенденцию трансформации количественных показателей процессов обрусения и русификации являются Всесоюзные переписи населения. В материалах переписей 1959, 1970, 1979, 1989 гг. фиксировался следующий параметр, который достаточно четко отображал степень обрусения представителей различных национальностей в зависимости от условий и места проживания – распределение населения по национальности и родному языку. Согласно Конституции 1993 г. и другим актам современной законодательной системы Российской Федерации при проведении переписи 2002 г. этническая принадлежность опрашиваемого фиксировалась с его слов без какой-либо проверки, а вместо родного языка определялось владение русским языком, языком своей национальности, а также другими языками. Возможно, таковой подход более обеспечивает гражданские права каждого социального субъекта. Но с научной точки зрения, таковой подход, на наш взгляд, лишает исследователя весьма важного параметра при изучении тенденции процессов русификации и обрусения представителей нерусских национальностей.

Поволжье как регион Российской Федерации представляет собой полиэтничную структуру, элементами которой являются этносы, вошедшие в состав Российского государства до XVI в., соответственно длительное время впитывавшие и воспринимавшие элементы русской культуры. Данный процесс значительно ускорился во второй половине ХХ века.

Социально-экономическое развитие Поволжья, развитие транспорта, повышение социальной мобильности населения во второй половине ХХ века существенно увеличило миграционные потоки внутри региона. Развитие старых промышленных центров, расположенных, как правило, в областях, привело к ситуации, когда республики стали своего рода донорами в отношении рабочих рук. Создание новых промышленных центров (как правило, в республиках), в свою очередь, обусловило необходимость подготовки достаточного числа квалифицированных специалистов. Теперь уже области становились своего рода донорами в отношении специалистов, параллельно в силу наличия учебных заведений и научных центров принимая молодежь, стремящуюся получить образование и специальность.

Усилившиеся миграционные потоки имели как сезонный характер, так и постоянный. В последнем случае достаточно большое количество молодежи, да и людей более старшего возраста, в поисках работы, после окончания учебы оседали на новом месте, обзаводясь семьями, постепенно перевозя за собой родителей и родственников. Соответственно усиливалась величина диффузии многонационального населения Поволжья.

Следует учитывать и тот факт, что в процессе формирования национальных образований их границы определялись во многих случаях искусственно. В частности, как можно было определить границы Мордовской АССР на момент ее создания, если ни в одном из крупных населенных пунктов титульная, т.е. мордовская национальность не имела численного превосходства по отношению к другим, в первую очередь русской? В результате ряд территорий с населенными пунктами с существенной, а иногда и абсолютной долей представителей одной национальности оказывался в пределах регионов с иным титульным этносом. Такая ситуация сложилась в Чувашской АССР, в состав которой вошли административные единицы с преобладающей долей русского населения: Алатырский район, где 50% всего и 90% населения города составляли русские, и Порецкий с примерно 80% населения района – русскими на 1959 г.[3] Подобные территории отличались сохранением занятий, обычаев и культурных элементов, присущих численно преобладающим национальностям, а также способствовали установлению устойчивых миграционных потоков наиболее мобильной части населения (молодежь, мужчины) с соседними административными образованиями, особенно теми, где данные национальности были представлены как титульные.

В условиях диффузного расселения доля русского населения в решающей степени определяет различия в развитии национально-русского двуязычия среди народов, образующих республики и другие формы национально-государственного устройства[4]. Аналогичная зависимость прослеживается и в административно-территориальных образованиях с абсолютным преобладанием русского населения, где существенную роль играет величина относительных долей представителей нерусских народов.

Следует отметить неравнозначную степень обрусения представителей различных этносов при равнозначных условиях существования. Так, например, в 50–60-е гг. ХХ века на уровне Совета Министров РСФСР рассматривался вопрос о резком сокращении численности двух национальностей: мордовской и коми-пермяцкой, и причинах данной тенденции[5]. Представители данных народов имели достаточно высокий процент смешанных браков с представителями русской национальности, потомство от которых в большинстве случаев фиксировалось русскими. Родным языком также признавался русский. С другой стороны, показатели представителей татарского этноса позволяют говорить о наименьшей степени обрусения данного народа.

Проблема отражения результатов русификации этнических групп Поволжья в материалах переписей населения

Татары играли и продолжают играть существенную роль в истории развития Российского государства как в силу их места в истории, так и в силу количественных показателей. По материалам переписи 2002 г. общая численность представителей татарской национальности (второй по общей численности вслед за русскими) по Российской Федерации составила 5 558,0 тыс. человек или 3,8% от общей численности населения[6]. 2.000.116 (36,0% от всех) из них проживает в Республике Татарстан[8]. Существенно татары представлены в административно-территориальных образованиях Поволжья. Ниже мы проанализируем показатели, характеризующие процесс восприятия представителями татарского этноса элементов русской культуры в сопоставлении с таковыми показателями ряда иных национальностей, имеющих свои территориальные образования, на основе материалов переписей населения по Нижегородской (Горьковской) области.

Сначала рассмотрим результаты переписей населения 1959, 1970, 1979 гг., поскольку в них фиксировались данные по родному языку. Из 66996 представителей татарской национальности в 1959 г. родным языком язык своего этноса назвали 62796 – 93,7%. Русский язык родным языком признало 4188 человек – 6,2%. Приведем аналогичные показатели для некоторых других национальностей, имевших относительно существенную долю от общей численности населения Горьковской области: мордва – 19,8% из 63861 человека признали родным языком русский; марийцы – 12,7% из 5177 человек соответственно. На 1970 г. из 71798 представителей татарской национальности родным языком назвали татарский 64991 человек – 90,5%, русский – 6800 человек или 9,5%. Аналогичные показатели для мордвы – 22,8% из 51628 человек, марийцев – 13,7% из 8793 человек8. Чуваши в силу малой доли от общей численности населения не вошли в перечень основных национальностей области в 1959 и 1970 гг. Данные переписи 1970 г. позволяют сопоставить показатели татарского и мордовского этносов. Из 68,6 тыс. представителей татарского этноса родным языком татарский признало 60,9 тыс. человек или 88,8%. Из 45,0 тыс. представителей мордовской народности родным языком признало мордовский – 32,4 тыс. человек или 72,0% [9].

Степень обрусения представителей нерусских этносов существенно зависит от условий и места их проживания. В городах показатели признания родным языком русского языка значительно выше.

Города являлись и являются центрами активного сближения разно национальных групп людей, и, прежде всего, коренного населения национальных образований с русскими, составляющими существенную часть населения городов Российской Федерации. Естественно, и русские воспринимают многие элементы национальной культуры коренного населения, особенно на территории республик. Но, что более существенно, в крупных городах в условиях статуса русского языка как государственного происходили и происходят процессы обрусения и русификации представителей различных национальностей. В условиях постоянного общения в процессе социализации на русском языке языки своих национальностей использовались и используются в настоящий момент, как правило, только на бытовом уровне и в кругу семьи. Молодое же поколение с ранних лет в первую очередь овладевало русским языком.

С другой стороны, столицы республик выступали как центры консолидации коренных национальностей. Это их качество особенно проявилось в постперестроечный период. В крупных городах, как правило, располагались очаги национальной культуры – религиозные центры, театры, музеи, творческие объединения, научные центры по изучению национальной культуры; была сосредоточена большая часть научной, технической и культурной национальной интеллигенции.

Более стойкой можно определить устную, разговорную форму языка. Способность к использованию письменной формы родных языков утрачивается значительно быстрее. Как пример можем привести ситуацию, сложившуюся в Республике Чувашия в 90-е гг. ХХ века, когда в условиях возрождения национальной культуры и определенного роста национализма значительную сложность вызвал вопрос преподавания чувашского языка в школах. И если проблема создания единого учебника была достаточно быстро решена (отчасти чувашская письменность была не просто восстановлена, но создана заново), то проблема обеспечения квалифицированными кадрами полностью не решена по настоящий момент. Слишком малое число представителей чувашской национальности могло писать на родном языке при считанных единицах, способных делать это грамотно.

Процессу русификации способствовали также смешанные браки, процент которых в городах был существенно выше, нежели, чем в сельской местности. В большинстве случаев при наличии одного из родителей русской национальности, дети регистрировались русскими. Достаточно свободный выбор национальности ребенка находил свое отражение в весьма интересных формах. Так, например, при проведении переписи 1979 г. в г. Новочебоксарск была опрошена одна из «многонациональных» семей. При национальности отца – украинец, матери – чувашка, их родной сын при рождении был зарегистрирован русским [10].

На 1959 г. из 23 184 представителей татарского этноса, проживавших в городах, родным языком признали татарский 19 602 человека или 84,5%, русский – 3572 человека или 15,4%. Процент признавших родным языком русский у мордвы был равен 49,2% из 18 118 человек; у марийцев – 41,1% из 717 человек. На 1970 г. из 28 320 представителей татарского народа, проживавших в городах, родным языком признали татарский 22 078 человека или 78,0%, русский – 6235 человека или 22,0%. Процент признавших родным языком русский у мордвы остался прежним – 49,2% из 17 541 человек; у марийцев несколько упал – 40,6% из 1095 человек [11]. Материалы Центрального статистического управления Нижегородской области по переписи 1979 г., к которым удалось получить доступ автору, не содержали информацию по городскому и сельскому населению по национальностям обособленно, но можно предположить как сохранение примерного соотношения показателей, так и их тенденцию относительно роста числа признавших родным языком русский.

Аналогичные процессы обрусения и русификации наблюдались на селе. Здесь, в республиках в условиях возможности общения на родном языке, русский язык становился основным в семьях сельской интеллигенции, где, как правило, детей с самого раннего возраста учили именно русскому языку, знание которого способствовало более успешной самореализации в процессе социализации. Родной же язык осваивался в большей мере «на улице», в меньшей – в школе. Можно говорить о том, что семейно-бытовым языком сельской интеллигенции нерусских народов Поволжья стал русский. Язык же коренной национальности в данной микросреде, каковой является сельское поселение, был средством широкого общения [12].

В областях в условиях вкрапления представителей различных национальностей в русскую среду происходила их достаточно быстрая русификация, аналогичная процессам, протекавшим в городах. В условиях же компактного проживания представителей данных национальностей, последние сохраняли собственную культуру и язык, но, также, были вынуждены овладевать в совершенстве русским языком ввиду его официального статуса.

Представители таких национальностей, как татары, мордва, чуваши и марийцы имели и имеют ряд компактных мест проживания на территории Нижегородской (Горьковской) области. Так, на 1959 г. татары, например, численно преобладали во всех населенных пунктах Краснооктябрьского района, а также в ряде населенных пунктов Сергачского и Спасского районов [13]. По данным переписи 1979 г. более 1/5 всех представителей татарской национальности проживало в Краснооктябрьском районе, где они составляли 66,9% от всего населения. В Сергачском и Спасском районах татары составляли соответственно 17,3% и 26,8% общей численности населения[14]. Достаточно компактно татары проживали и проживают в ряде населенных пунктов Пильнинского и Сеченовского районов, где их доля от общей численности населения сравнительно невелика – порядка 14,9% и 4% соответственно на 1970 г. [15].

На 1959 г. из 43 812 представителей татарского этноса, проживавших в сельской местности, родным языком признали татарский 43 194 человека или 98,6%, русский – 616 человека или 1,4%. Процент признавших родным языком русский у мордвы был равен 8,2% из 45 743 человек; у марийцев – 8,1% из 4460 человек. На 1970 г. из 43 478 представителей татарского народа, проживавших в сельской местности, родным языком признали татарский 42 913 человека или 98,7%, русский – 565 человек или 1,3%. Процент признавших родным языком русский у мордвы был равен 9,2% из 34 087 человек; у марийцев – 9,9% из 7698 человек[16].

Различными были показатели по родному языку у представителей различных полов. На 1959 г. из 30 797 мужчин татарской национальности родным языком признали татарский 28 431 человек или 92,3%, русский – 2357 человек или 7,7%. Процент признавших родным языком русский у мужчин мордовской национальности был равен 21,8% из 26 548 человек; у марийцев – 17,1% из 2221 человек. На 1970 г. из 33967 мужчин татарской национальности родным языком признали татарский 30 475 человек или 89,7%, русский – 3487 человек или 10,3%. Процент признавших родным языком русский у мужчин мордовской национальности был равен 25,1% из 21 498 человек; у марийцев – 16,3% из 3867 человек [17].

На 1959 г. из 36 199 женщин татарской национальности родным языком признали татарский 34 365 человек или 94,9%, русский – 1831 человек или 5,1%. Процент признавших родным языком русский у женщин мордовской национальности был равен 18,4% из 37313 человек; у марийцев – 9,4% из 2956 человек. На 1970 г. из 37 831 женщины татарской национальности родным языком признали татарский 34 516 человек или 91,2%, русский –3313 человек или 8,6%. Процент признавших родным языком русский у женщин мордовской национальности был равен 20,4% из 30130 человек; у марийцев – 11,7% из 4926 человек[18].

На 1979 г. из 32,6 тыс. мужчин татарской национальности родным языком признали татарский 28,6 тыс. или 87,7%. Из 36,1 тыс. женщин – 32,4 тыс. или 89,8%. Для представителей мордовской национальности эти показатели следующие: 12,7 тыс. или 68,3% из 18,6 тыс. человек признали родным языком мордовский у мужчин и 19,7 тыс. или 74,6% из 26,4 тыс. человек у женщин[19].

Анализируя вышеприведенные данные, можно заметить, что параллельно увеличению процента признавших родным языком русский таковые показатели существенно различаются по половому признаку. Женское население всех национальностей, чьи показатели были подвержены анализу, являлось менее восприимчивым к элементам русской культуры, оставаясь своего рода хранителем национальных традиций.

Переписи населения 1989 и 2002 гг. не позволяют напрямую продолжить анализ данного параметра. Доступные результаты переписи 1989 г. (носившей своего рода ограниченный характер) содержат более общие сведения. Перепись населения 2002 г. фиксировала лишь показатели владения представителями различных национальностей русским языком. Вопрос о родном языке не поднимался.

Сопоставим имеющиеся данные по различным национальностям по Нижегородской области. На 2002 г. из 50 609 представителей татарского этноса русским языком владели 48 757 человек или 96,3%. Из 25022 представителей мордовского народа – 24982 человека или 99,8%. Из 7757 марийцев – 7739 человек или 99,8%. Из 11 364 чувашей – 11 325 человек или 99,7%[20].

Вышеприведенные данные косвенно указывают на значительно более высокую степень обрусения представителей таких национальностей как марийцы, мордва и чуваши по сравнению с татарским этносом. Кроме того, существенное уменьшение количественных показателей численности марийцев и мордвы (особенно последних) по Нижегородской области нельзя объяснить только иммиграционными процессами. Существенно на уменьшении данных показателей, на наш взгляд, отразился факт утраты национальной самоидентификации (особенно представителей мордовского этноса), связанный с обрусением представителей вышеозначенных национальностей.

Завершая исследование эмпирического материала переписей населения, можно кратко резюмировать полученные результаты.

– в течение второй половины ХХ века достаточно активно шел процесс восприятия элементов русской культуры (и обрусения и русификации) представителями этносов Поволжья;

– представители различных национальностей в различной степени были подвержены этому процессу;

– представители татарского этноса отличались и отличаются более высоким уровнем сохранения элементов родной культуры и родного языка;

– подчиняясь основным тенденциям процесса восприятия элементов русской культуры (более высокие показатели русификации и обрусения в городах, менее – в сельской местности), татарский этнос отличается большей степенью сохранения национальной самобытности, национальных традиций и этнической самоидентификации в любых условиях;

– женщины татарской национальности менее подвержены процессу восприятия русской культуры;

– основными факторами, способствовавшими и способствующими сохранению национальной культуры и традиций у представителей татарского этноса, можно определить следующие: роль и место в истории Российского государства, богатые исторические и культурные традиции, специфика вероисповедания – ислам, наличие национально-территориального образования, численность, зачастую сравнительно компактное проживание во многих регионах (например, в Нижегородской области).

Роль исламских институтов в процессе возрождения этнической культуры татар на рубеже XX–XXI вв.

На рубеже ХХ–ХХI вв. в результате сложных этнополитических процессов, развивающихся на территории РФ и связанных с национальным возрождением, этнические группы, подвергшиеся русификации, начинают активно восстанавливать собственную этническую культуру. В данном случае наиболее динамично развивается татарская этническая группа, которая в ходе русификации в период ХХ века одна из немногих на нижегородской земле сохранила значительную часть своего этнокультурного комплекса, что подтверждается, как было сказано выше, итогами Всероссийской переписи населения 2002 г, которые продемонстрировали, что в большинстве своем татары сохранили приверженность своему родному языку, который, как известно, является одним из основных факторов этнической идентичности [21].

Как уже отмечалось, не в последнюю очередь сохранение культуры стало возможным благодаря приверженности татар исламу и относительно высокому авторитету в их среде духовных исламских лидеров. Как отмечает один из ответственных сотрудников Духовного управления мусульман Нижегородской области (ДУМНО), ректор Нижегородского исламского института им. Х. Фаизханова, Д.В. Мухетдинов, «даже в советские атеистические времена традиционный дух воспитания в татарских селениях Нижегородчины сохранялся, детей учили сыновья расстрелянных имамов, самые грамотные люди деревни. Ушло слово Бог, но не ушла идея нравственности, традиционных норм поведения, базирующихся на идее Бога». «Наша нижегородская татарская история, — отмечает тот же автор, — это история жизни мусульманских (выделено авторами – А. Ш., Ю. Б.) общин… под руководством имамов – руководителей, защитников и помощников людям во всем» [22]. Другие татарские авторы отмечают, что именно вера помогла их предкам сохранить свою культуру и этническую идентичность в сложные периоды российской (советской) истории, отмеченные войнами, революциями и другими крупными социальными катаклизмами.

В настоящее время ДУМНО в сотрудничестве с региональной культурной автономией татар Нижегородской области (РКАТНО) продолжают активно поддерживать этнокультурное развитие нижегородских татар через укрепление их конфессиональной идентичности посредством издания газеты нижегородских мусульман «Медина аль-Ислам», опубликования различных литературных, научных, и научно-популярных произведений, посвященных изучению истории ислама, его традиций и нравственных основ [23], а также посредством проведения различных научно-практических форумов по исламской проблематике. Заметную роль в укреплении позитивной динамики развития этнической культуры татар Нижегородчины играет и развитие системы институтов нижегородской уммы, таких как религиозно-просветительский центр «Медина», медресе «Махинур», Нижегородский исламский институт, мечети и т. д. [24], деятельность которых освещается, в том числе и в сети Интернет [25], что привлекает внимание молодежи и обеспечивает культурный обмен между представителями разных поколений татарской общественности.

Такую политику мусульманских лидеров нижегородских татар нельзя не назвать достаточно мудрой и дальновидной. Представляется, что акцентирование внимания на духовной (исламской) составляющей татарской этнической идентичности вряд ли может способствовать (по крайней мере, в настоящее время) формированию условий для конфликта между татарами и другими этническими группами, проживающими на нижегородской земле, хотя бы в силу того, что ислам, как религиозное учение не имеет этнонациональной окраски [26]. Необходимо также отметить, что просветительская деятельность официально признанных мусульманских институтов в Нижегородской области может уже в ближайшей перспективе оптимизировать процесс адаптации к условиям принимающего общества выходцев из мусульманских регионов бывшего СССР, по разным причинам иммигрировавших на Нижегородчину.

Перечисленные позитивные тенденции, по мнению авторов, обладают серьезным потенциалом развития, тем более, что ДУМНО в последнее время достаточно активно развивает контакты с руководством Нижегородской области, аппаратом полпреда Президента РФ в Приволжском федеральном округе, а также с академическим сообществом и высшей школой, что, несомненно, благотворно отразится на налаживании и укреплении конструктивного диалога представителей различных культур в границах области. Можно также предположить, что дальнейшее развитие общественно-политической и культурно-просветительской деятельности Духовного управления мусульман Нижегородской области потребует расширения его структуры и создания аффилиированных институтов, сформированных на основе сотрудничества с другими общественными объединениями и призванных, в частности, разрабатывать новые и более эффективные механизмы взаимодействия с мигрантами, в том числе и с целью профилактики в их среде религиозного и национального экстремизма.

Таким образом, подводя итоги данной статьи, можно констатировать, что ислам в Поволжье в целом и в Нижегородской области в частности на протяжении периода второй четверти XX – начала XXI вв. выступал в качестве одного из ведущих факторов сохранения этнической культуры татарской этнической группы. С одной стороны, приверженность исламу, его нравственным и правовым нормам препятствовала ассимиляции татар под воздействием русификаторской политики советского руководства, а с другой – не нарушала благоприятных условий для развития межэтнических коммуникаций в местах их компактного расселения и для конструктивного сотрудничества татар с представителями других этнических групп. Ключевую роль в механизмах воздействия ислама на сохранение и развитие татарского этнокультурного комплекса играли и играют в настоящее время исламские духовные институты, не обладающие строгой иерархией и замкнутостью и в силу этого способные органично сотрудничать с другими социальными институтами в самых сложных условиях.


Литература:

[1] Козлов В. И. Национальности СССР. Этнодемографический обзор. – М., 1982. – С. 210.

[2] Там же. – С. 210–211.

[3] Процентные показатели выведены автором. Ниже будут указываться источники, на основе которых высчитывались процентные показатели. ЦГАЧР, Ф. 872. Материалы статуправления ЧАССР. Оп. 31, Д. 62. Итоговые таблицы переписи населения 1959 г., пересчеты таблиц на 1.01.60 г. и указания ЦСУ СССР и ЦСУ РСФСР по этим вопросам. Л. 21, 96. Д. 100. Разработочные таблицы «Численность наличного и постоянного населения и лиц в возрасте 18 лет и старше по каждому сельскому населенному пункту с указанием численно преобладающей национальности» по районам Чувашской АССР. Л. 1, 127.

[4] Сто наций и народностей. Этнографическое развитие СССР. – М., 1985. – С. 71.

[5] ЦГАРМ, Ф. Р-662. Статистическое управление Мордовской АССР. Оп. 28, Д. 261. Причины изменения численности некоторых национальностей РСФСР. (По данным Всесоюзной переписи населения на 15 января 1959 г.). Л. 3–25.

[6] Основные итоги Всероссийской переписи населения 2002 года. Национальный состав населения Российской Федерации./ http://www.gks.ru/PEREPIS/

[7] Национальный состав населения республики Татарстан/ http://www.wgeo.ru/russia/

[8] ЦАНО, Ф. 4230. ЦСУ РСФСР. Статистическое управление Горьковской области. Оп. 9, Д. 16630. Статистический сборник: «Распределение населения по общественным группам, источникам средств существования, отраслям народного хозяйства, занятиям и национальному составу». Л. 16–21.

[9] ЦСУ. Национальный состав населения области. г. Горький, декабрь 1981. С. 8.

[10] Со слов очевидца – участника переписи 1979 г. Следует заметить, что приведение фактов по Чувашской республике связано с рождением одного из авторов в данном регионе, и, соответственно, непосредственным наблюдением протекавших и протекающих процессов в области национальной политики руководства Чувашии и межнациональных отношений.

[11] ЦАНО, Ф. 4230. ЦСУ РСФСР. Статистическое управление Горьковской области. Оп. 9, Д. 16630. Статистический сборник: «Распределение населения по общественным группам, источникам средств существования, отраслям народного хозяйства, занятиям и национальному составу». Л. 16-21.

[12] Иванов Л. А. О некоторых современных социально-этнических и культурно-бытовых процессах на селе // История и культура Чувашской АССР. Сб. ст. Вып. 2. Чебоксары, 1972. С. 202.

[13] ЦАНО, Ф. 4230. ЦСУ РСФСР. Статистическое управление Горьковской области. Оп. 9, Д. 6937. Сводные статистические итоги Всесоюзной переписи населения. «Численность наличного и постоянного населения, лиц в возрасте 18 лет и старше по каждому населенному пункту с указанием численности преобладающей национальности на 1/1 1960 г. по области». Л. 81, 114, 120.

[14] ЦСУ. Национальный состав населения области. г. Горький, 1981. С. 4.

[15] ЦАНО, Ф. 4230. ЦСУ РСФСР. Статистическое управление Горьковской области. Оп. 9, Д. 16631. Статистический сборник «Население Горьковской области по источникам средств существования и национальности» (По данным Всесоюзной переписи населения 1970 года). Л. 43–44.

[16] ЦАНО, Ф. 4230. ЦСУ РСФСР. Статистическое управление Горьковской области. Оп. 9, Д. 16630. Статистический сборник: «Распределение населения по общественным группам, источникам средств существования, отраслям народного хозяйства, занятиям и национальному составу». Л. 16–21.

[17] Там же.

[18] Там же.

[19] ЦСУ. Национальный состав населения области. г. Горький, декабрь 1981. С. 8.

[20] Распределение населения по национальности и владению русским языком по субъектам Российской Федерации/ http://www.perepis2002.ru/ct/dok/

[21] См., например: http://www.perepis2002.ru/ (официальный сайт Всероссийской переписи населения 2002 г.).

[22] Мухетдинов Д.В. Мусульманские религиозные организации в истории татарского народа // Фаизхановские чтения. С. 131.

[23] См., например: Фаизхановские чтения. Материалы 1-й научно-богословской конференции. Н. Новгород, 2004; Исламское образование в России: проблемы современности. Материалы научно-практического семинара. Н. Новгород, 2005; Абд аль-Хамид Махмуд Тахмаз Ханафитский фикх в новом обличье. Н. Новгород, 2005; Ислам на Нижегородчине. Н. Новгород, 2004.

[24] Фаизхановские чтения. С. 128, 154.

[25] См., например: «Ислам в Нижнем Новгороде» www.islamnn.ru

[26] См., например: Основные положения социальной программы российских мусульман. –  М.: ДУМЕР, 2001. – С. 2–24.



М

Медина аль-Ислам
Газета мусульман Евразии

М

Ислам Минбаре
Трибуна ислама —
Всероссийская газета мусульман

А

Аль-Минбар

И

Ислам в Российской Федерации

Серия энциклопедических словарей

Ж

Минарет

Ежеквартальный евразийский журнал мусульманской общественной мысли

КНИЖНЫЕ НОВИНКИ:
  • Вера и добродетель. Книга II из цикла «Проповеди» /И. А. Зарипов/
  • Коранический гуманизм. Толерантно-плюлистические установки /Ибрагим, Тауфик Камель/
  • История Корана и его сводов /Муса Бигиев/
  • Пустыня внемлет Богу: хрестоматия /сост. М. И. Синельников/
  • Исламская мысль: традиция и современность. Религиозно-философский ежегодник. Вып. 1(2016)
Д
Ислам: Ежегодный официальный журнал Духовного управления мусульман Российской Федерации
Фаизхановские чтения
Мавлид ан-Набий
Форумы российских мусульман
 
Рамазановские чтения
Фахретдиновские чтения
Хадж российских мусульман
Современные проблемы и перспективы исламоведения и тюркологии
Ислам на Нижегородчине
Миграция и антропоток  на евразийском пространстве
Х
В Вашем браузере не установлен компонент Adobe Flash Player, поэтому Вы не можете увидеть отображаемую здесь информацию.

Чтобы уставновить Adobe Flash Player перейдите по этой ссылке
Н

ИД «Медина» награжден почетной грамотой за активную книгоиздательскую деятельность

Р

Информационные партнеры

www.dumrf.ru | Мусульмане России Ислам в Российской Федерации islamsng.com www.miu.su | Московский исламский институт
При использовании материалов ссылка на сайт www.idmedina.ru обязательна
© 2009 Издательский дом «Медина»
закрыть

Уважаемые читатели!

В связи с плановыми техническими работами наш сайт будет недоступен с 16:00 20 мая до 16:00 21 мая. Приносим свои извинения за временные неудобства.