Издательский дом Медина Официальный сайт
Поиск rss Написать нам

Новости партнеров:

Ислам и мусульмане по материалам восточного отдела ОГПУ. 1926 год. — Документ №10
19.05.2009

№ 10
О ВСЕМУСУЛЬМАНСКИХ КОНГРЕССАХ В КАИРЕ И МЕККЕ
(по материалам спецосведомления и инопрессы)

сов. секретно
т. Кнорину1
лично

 

(л. 85) Настоящая докладная записка носит только предварительных характер в силу того, что к моменту составления ее, мы не располагали еще вполне исчерпываю­щими материалами, относящимся2 к работе конгрессов. Следовательно и те выводы, кото­рые мы делаем сейчас, нуждаются еще в дальнейшей проверке и уточнении.

КАИРСКИЙ ХАЛИФАТСКИЙ КОНГРЕСС

Подготовка конгресса.

После ликвидации халифата в Турции, англичане развили усиленную деятельность, направленную на воссоздание Халифата, но такого, который находился бы под их полным влиянием и контролем. Нет надобности распространяться здесь о тех перспективах и вы­годах, которые представляло английской политике на Востоке, такое разрешение вопроса. Задача казалась тем более осуществимой, что мусстраны, более или менее свободные от иностранного влияния, и в которых вопрос о халифате мог бы быть поставлен на практи­ческую почву, по тем или иным соображениям воздерживались от принятия каких либо конкретных мер в этом направлении.

Попытки англичан провозгласить халифом одного из своих ставленников в Ара­вии3, как известно, кончилась4 неудачей5, что заставило их перенести свою деятель­ность в Египет6. Целый ряд данных указывал, что на этот раз – кандидатом в халифы наме­чался король Египта – ФУАД. Формальными инициаторами вопроса о воссоздании халифата в Египте выступили уелема7 из «Эль-Азхара»8, объединенные в Высшем Учеб­ном Совете мусульман в Египте9. (Этот ученый10 Совет объединяет наиболее реакци­онное духовенство в Египте.) Эль-Азхарские улема, с ревностью, достойной луч­шей участи, принялись за подготовку всемусульманского конгресса в Египте, долженст­вующего выбрать халифа. Был создан Комитет по созыву конгресса во главе с МУХА­МЕД АБУ ФАЗЛОМ11, председателем Высшего Ученого Совета12. Комитет этот, еще с начала 1924 года приступил к распространению по всему мусульманскому миру различ­ных брошюр и воззваний, в которых настаивалось на необходимости созыва конгресса и избрания Халифа. Первоначально предполагалось, что конгресс состоится в марте 25 года, но неспокойное положение в Аравии13 и ряд моментов внутри-египетского порядка14, вынудили комитет отложить созыв конгресса на май 1926 года. Все это время ни на ми­нуту не прекращалась агитация (через воззвания, брошюры и т. д.) за воссоздание Хали­фата.

Приглашения на Каирский конгресс были разосланы во все мусульманские страны, во все духовные организации (в том числе и в Советском Союзе) и отдельным лицам (в Сов. Союзе МУСА БИГИЕВУ15, видному мусученому и другим).

Отношение различных мусульманских стран к Каирскому конгрессу.

Подобная кампания за халифат вызвала резкое недовольство в Турции и турецкая пресса, в свою очередь подняла широкую кампанию против созыва Халифатского кон­гресса в Каире.

Индийский Халифатский Комитет16 и индийские националисты17 присоединились к оппозиции Каирскому конгрессу, мотивируя тем, что независимость Египта мнимая, и будет большим унижением для мусульманского мира если будущий халиф окажется под иностранным влиянием. Индийские халифатисты в ответ на приглашение АБУ ФАЗЛА, отказались участвовать в конгрессе, заявив, что в настоящее время нет никого, кто мог бы быть избран Халифом и поэтому нет никакой надобности и обсуждать этот вопрос. (Нужно отметить, что индийцы все же участвовали в работах Каирского конгресса). Так как в это время уже было известно о намерениях Ибн-Сауда созвать конгресс в Мекке для решения вопросов о паломничестве и др., индийские халифатисты одновременно высказа­лись за созыв конгресса в Мекке, как в стране независимой от иностранного влияния.

(л. 86) Сирийская газета «Фат-Эль-Араб»18 в статье, напечатанной в качестве от­вета на приглашение в Каир, совершенно не двусмысленно заявила: «Для Сирии, борю­щейся в настоящее время для определения своей национальной судьбы, для защиты своих прав и консолидации своего политического существования, участие в подобного рода конгрессах НЕСОВМЕСТИМО С ТЕМИ ЦЕЛЯМИ, К КОТОРЫМ ОНА СТРЕМИТСЯ». Хотя сирийские делегаты все же на Каирский конгресс явились, но почти все их выступ­ления сводились к тому, чтобы использовать конгресс в целях вынесения протеста против зверств французов в Сирии19.

Персы, как шииты, отказались участвовать в работах конгресса.

В самом Египте также наметилась определенная оппозиция конгрессу в лице еги­петских националистов и более прогрессивной части духовенства20.

Отношение мус. Сов. Союза к Каирскому конгрессу.

В нашем Союзе, приглашения на Каирский конгресс были получены ЦДУ мусуль­ман в Уфе и отдельными представителями духовенства во всех мусульманских окраинах Союза. Мусульмане Советского Союза уже раньше (в период ликвидации Халифата в Турции) имели возможность декларировать свое отношение к халифатскому вопросу во­обще и тем самым позиция их в отношении халифатского конгресса, тем более созывае­мого в Каире, была предопределена. В марте 1926 г. ЦДУ мусульман опубликовало про­тест против созыва конгресса в Египте, в стране, находящейся под господством Англии, где нет гарантий для свободного выявления мусульманами их истинного мнения21. В про­тесте кроме того, указывалось, что единственной страной, где возможен созыв конгресса для обсуждения назревших в мус. мире вопросов, является независимый Геджас – (Мекка). Вслед за этим кампания протестов против Каирского конгресса была проведена по всем окраинам нашего Союза22. Все протесты в свое время были опубликованы в Совет­ской прессе.

Общая обстановка непосредственно перед Каирским конгрессом.

Таким образом, против созыва конгресса в Каире создалась довольно внушитель­ная оппозиция. Это все же не охладило «Эль-Азхарцев» и вопреки воле большинства мус. мира работа по организации конгресса продолжалась23. Но кампания протестов и разоблаче­ний, проведенная по всему Совсоюзу, наряду с оппозицией в Турции и Индии и др. странах, сыграла решающую роль в провале Каирского конгресса, выразившегося в основном в том:

1) что были вскрыты с большой ясностью внутренние пружины, приводя­щие в движение как ученых из Эль-Азхара, так и Египетское пр-во в во­просе о Халифате. Наше осведомление утверждает, что Эль-Азхарские ученые этой кампанией были серьезнейшим образом скомпрометиро­ваны.

2) что в связи с этим на конгресс съехалось самое незначительное количе­ство делегатов, в большинстве представляющих только самих себя и

3) что Каирский конгресс был вынужден отказаться от постановки вопроса о выборах Халифа.

Каирский конгресс открылся 14-го МАЯ 1926 г. Съехалось на конгресс 25–28 деле­гатов из Египта, Индии, Явы24, Туниса, Ирака, Иемена, Палестины, Триполи25, Сирии, Южно-Африканского Союза26, Польши и Марокко. Почти половина делегатов не были никем уполномочены и участвовали в работах конгресса персонально. Делегация из Ма­рокко не была допущена в Египет, благодаря протеста Французского пр-ва27. Но даже внутри этой маленькой группы делегатов не было единодушия. Позиция индийцев была сформулирована в предыдущих их заявлениях. Палестинская делегация заявила, что она примет участие в работах конгресса только с тем условием28 если Халиф не будет избран. Сирийские делегаты с самого начала занялись вопросом о вынесении протеста против зверств французов в Сирии29. Ряд делегатов, в том числе и делегат Марокко, заявили, что они участвуют в конгрессе персонально. Все это, наряду с настроениями во всем мусуль­манском мире, явившимися в результате протестов против Каирского конгресса в Турции, Индии, Сов. Союзе и др. странах, создавало определенную обстановку невозможности решения задач, намеченных инициаторами конгресса.

(л. 87) Работы Каирского конгресса.

Первоначальная программа работ конгресса была изменена. Был изъят вопрос об избрании Халифа и повестка конгресса включила в себя только сл. вопросы: 1) сущность Халифата, 2) необходимость Халифата дл(я) Ислама, 3) необходимые для Халифа каче­ства, 4) возможность установления Халифата в соответствии с законами Корана в настоя­щее время, 5) если невозможно установить Халифат сейчас, то что следует делать, 6) если конгресс решит, что необходимо избрать Халифа, то какие следует принять меры для осуществления этой цели. (Последний вопрос на конгрессе не обсуждался).

Были вынесены сл. постановления: (наиболее важные).

1) Халифат – возглавление религиозной и светской власти мусульман и ох­рана религии. Светская и духовная власть в Халифате неотделимы. Хали­фат един.

2) Халифат является обязательным.

3) Необходимые для халифа качества – мус. вероисповедание, совершенноле­тие, свободное состояние, мужской пол, умственные спо­собности, физическое здоровье.

4) Пути достижения Халифата – а) по назначению предшественниками, б) по постановлению соответствующих духовных организаций и в) насиль­ственный захват у мусульманина, необладающего необходимыми качест­вами.

5) По основному вопросу, возможно ли сейчас осуществление Халифата, кон­гресс постановил, что при настоящих условиях – это невозможно.

6) Наконец, конгресс вынес решение о необходимости оставления в Египте ор­ганизационного комитета (Исполкома конгресса), который должен под­готовить будущий всемусульманский съезд для избрания Халифа. Кроме того было рекомендовано организовать в мусульманских странах фи­лиалы Исполкома конгресса. Председателем исполкома остался председа­тель конгресса – МУХАМЕД АБУ ФАЗЛЬ.

Таким образом, вопрос об избрании Халифа был отодвинут.

Каирский конгресс в оценке делегатов его.

В оценке результатов Каирского конгресса большинство самих делегатов конгресса придерживается очень пессимистических взглядов, хотя и выражается надежда, что на ос­нове решений конгресса можно будет в будущем построить более прочное здание.

Все же кое какая работа проделывается. У нас еще нет материалов о том, какую деятельность развивают и развивают ли вообще, делегаты Каирского конгресса в своих странах, но ряд добытых нами документов – писем председателя Исполкома Каирского конгресса, в адрес различных лиц из духовенства в Советском Союзе – указывают, что Исполком конгресса уже приступил к мобилизации общественного мнения мусульман в пользу созыва второго конгресса в Каире30. В этих письмах МУХАМЕД АБУ ФАЗЛЬ, при­водя постановление конгресса по вопросу об избрании Халифа, просит подготовиться к следующему конгрессу, дабы избранием Халифа воссоздать единство Ислама. Нет сомне­ния, что подобные письма рассылаются по всем мусульманским странам.

Каирский конгресс в оценке делегатов Меккинский конгресса.

Сообщения нашего осведомления в один голос указывают, что отношение к Каир­скому конгрессу и его решениям у большинства делегатов Меккинского конгресса было по меньшей мере равнодушное. Как бы молчаливо признавалось, что Каирский конгресс является ничем иным, как продуктом английской империалистической политики; что Ка­ирский конгресс провалился так, что трудно будет создать второй такой конгресс; что Египетское правительство в связи с событиями вокруг конгресса воочию доказало, что оно является игрушкой в руках англичан (отказ в разрешении приехать в Египет МУСА БИГЕЕВУ31 и делегации из Марокко, отношение к делегации мусульман Совсоюза, едущей в Мекку – о котором будет указано ниже и т. д. и т.д). (Характерно, что делегация египет­ских мусульман на Меккинском конгрессе (не правительственная) также высказалась.

(л. 88) против Каирского конгресса32). Общее настроение делегатов Меккинского конгресса наиболее резко выразил турецкий делегат ЭДИП САРВАТ БЕЙ33, который зая­вил: «Египетское пр-во полагает, что держит в своих руках улема из Эль-Азхара. Послед­ние думают, что они сами держат в своих руках правительство. В сущности и тех и других держат в своих руках англичане».

Характерен следующий факт: один из членов делегации мусульман из Совсоюза в Мекку, получил от некоего босняка, студента из «Эль-Азхара» письменное сообщение о том, как англичане подготавливали Каирский конгресс. В письме указывается на совеща­ние между АБУ ФАЗЛОМ и др. улема и англичанами в Каире, на котором вырабатывалась программа конгресса. Босняк этот просил нашего делегата поднять кампанию протеста против подобного поведения Шейха Эль Азхара Мухаммеда Абу Фазла, представляя себя в полное распоряжение нашего делегата. К сожалению делегат утерял дорогой адрес бос­няка34.

В ы в о д ы:

Суммируя изложенное, мы должны признать, что если Каирский конгресс в той по­становке, в коей он мыслился ее35 инициаторами и не провалился окончательно, то во вся­ком случае, получил сильный удар по всем линиям, что оправиться ему, поднять свой авторитет среди мусульманского мира, будет очень и очень трудно, если только оппози­ция к Каиру не будет сидеть сложа руки при намечающейся уже активности со стороны Исполкома конгресса36.

 

МЕККИНСКИЙ КОНГРЕСС

Отношение к Меккинскому конгрессу различных мус. стран.

Меккинский конгресс, созванный по инициативе короля Геджаса Ибн Сауда и дол­женствовавший обсуждать вопросы о привлечении мусульман всех стран к участию в деле поддержания и развития благоустройства священных мест и урегулирования паломниче­ства, т.е. вопросов, действительно интересующих весь мусульманский мир, не встретил нигде, (кроме Персии) противодействия. Почти все мусульманские страны и дух. органи­зации согласились принять участие в работах Меккинского конгресса. Поскольку в пове­стку дня конгресса в Мекке вопрос о Халифате не был совершенно включен, Турецкое пр-во также сочло возможным послать в Мекку свою делегацию. Даже Египетское пр-во, первоначально занявшее недоброжелательную позицию к Меккинскому конгрессу, все же в результате прислало свою делегацию. Мусульмане Сов. Союза, в ответ на приглашение Ибн-Сауда, также изъявили свою готовность участвовать в работах Меккинского кон­гресса.

Наше отношение к Меккинскому конгрессу.

Резко враждебная позиция, занятая нами в отношении Каирского конгресса, кроме всего остального диктовалась еще соображениями мобилизации общественного мнения мусульман вокруг конгресса в Мекке. Хотя конгресс этот должен был рассматривать во­просы совершенно иного порядка, чем конгресс в Каире, мы совершенно справедливо по­лагали, что Меккинский конгресс явится противовесом против Каирского, что в случае, если Каирский конгресс вынес бы какие либо ответственные решения (избрал бы Ха­лифа), то конгресс в Мекке неизбежно должен был бы организационно, в том или другом виде, оформить оппозицию в мусульманском мире против этих решений. Мы полагали, что именно из такого предположения должны были исходить устроители Меккинского конгресса, назначая его созыв после окончания работ Каирского конгресса.

Так как период подготовки к Меккинскому конгрессу совпал с периодом, непо­средственно предшествовавшим конгрессу в Каире и данных о работе Каирского кон­гресса еще не могло быть, то наша точка зрения, на деятельность делегации мус. Сов. Союза, согласованная с заинтересованными учреждениями в Союзе, в основном своди­лась к следующему:

1) Нам нужно до возможных пределов использовать наше участие в Меккин­ском конгресса, с тем, чтобы объединить антибританские (л. 89) настроения вокруг Каирского конгресса и опротестовать ответст­венные решения последнего (если таковые будут), как продиктованные империалистической Англией.

2) Наша принципиальная точка зрения на Халифат прежняя. Но нужно иметь в виду, что если в Каире будет избран Халиф, то при условии не­противопоставления ему солидного, внушительного недоверия со сто­роны большинства мусульман, или даже, в крайнем случае антибритан­ской халифатской комбинации. (Коллегиальный халифат), избранный в Каире Халиф в конце концов сумеет объединить вокруг себя хотя бы большинство мусульманского мира. В случае ели Халиф в Каире не был бы избран, и вопрос этот всплыл бы в Мекке совершенно самостоятельно, наша делегация должна была стремиться к отодвиганию этого вопроса на более отдаленные времена, опираясь на выявившуюся волю мусульман Советского Союза.

3) По всем вопросам, касающимся: охраны священных мест; вопросов палом­ничества; выражения недоверия к Каирскому конгрессу и его по­становлениям; создания оппозиции Халифу если таковой был бы избран в Каире; отодвигания вопроса о выборах Халифа, если таковой не был бы выбран в Каире и вопрос о Халифе всплыл бы в Мекке самостоятельно, делегация Сов. мусульман выступает как делегация, уполномоченная де­лать те или иные заявления от лица всех мусульман Советского Союза.

4) По всем вопросам, касающимся создания параллельного антибританского Халифата (если вопрос этот всплыл бы после избрания Халифа в Каире) – каждый член нашей делегации выступает от себя лично, персонально, как человек, к голосу которого может прислушаться мус. масса Сов. Союза, но мнение которого совершенно не является решающим для наших му­сульман. Это необходимо было для того, чтобы мусульмане Советского Союза были совершенно свободны в своих решениях по событиям, мо­гущим развернуться в Мекку.

Состав делегации Сов. мусульман на Меккинский конгресс.

Трудность задач, стоящих перед нашей делегацией, диктовала нам необходимость сугубо осторожного отношения к составу самой делегации. Кроме того, что делегация эта должна была состоять из лиц, высоко-авторитетных не только внутри Советского Союза, но и вне его, нужна была полная уверенность в том, что делегация наша сумеет последо­вательно провести в жизнь наши предначертания. В результате длительной подготовки, мы остановились на следующем составе делегации Советских мусульман, отвечающим обоим, указанным выше требованиям: 1) председатель делегации – председатель ЦДУ – муфтий ФАХРЕТДИНОВ, 2) Заместитель его – ТАРДЖИМАНОВ Кашаф37, члены: 3) муфтий Крыма – МУСЛЯХЕДДИНОВ38, 4) Пред. Ташкентского ДУ – АБДУЛ ВАХИД КА­РИЕВ39, 5) От духовенства Татарии – ИЛЬЯСОВ ТАГИР40, 6) От духовенства г. Астра­хани – АБДУРАХМАН УМЕРОВ41, 7) от м/д. г. Петропавловска – МАГДИ МАГКУЛОВ42 и 8) От мусульман Москвы – МУСА БИГЕЕВ.

Все они были выбраны в делегацию муснаселением отдельных районов, которое и собрало необходимые для их поездки суммы (около 2.000 рублей на каждого).

По выполнении необходимых формальностей, делегация мусульман Советского Союза 6-го мая выехала из Москвы и ровно через месяц приехала в Геджас.

Состав Меккинского конгресса, президиум конгресса, комиссии.

Меккинский конгресс открылся 7-го Июня. Открытие его несколько задержалось против предполагаемого ранее срока (1 июня) по причине того, что некоторые делегации, в том числе и делегация Сов. Союза не успела приехать во время. По докладу мандатной комиссии конгресса в первый день конгресса участвовало 59 человек, а с прибывшими после число конгресса дошло до 70 ч

(л. 90) По странам они распределялись следующим образом: Индия – 13 ч., Сов. Союз – 8 ч., Геджас – 7 ч., Сирия – 4. ч., Турция – 2 ч., Иемен – 3, Судан – 2, Неджд – 5 ч., Ява – 3 ч., Афганистан – 3, Палестина – 4 ч., Египетское пр-во – 3 чел., Египетские му­сульмане – 5 чел., и несколько гостей, специально приглашенных Ибн-Саудом. Нужно отметить, что Индийская делегация состояла из 3-х групп – группа халифатистов, группа улема43 и группа «Эль-Хадис»44. В процессе работ конгресса последняя группа по спорным вопросам шла в оппозиции к первым двум группам своей же делегации.

Председателем конгресса был избран представитель Геджаса ШЕРИФ АДНАН. Заместителем его: председатель Индийской делегации СУЛЕЙМАН НЕДЕВИ45 (группа ха­лифатистов) и председатель делегации ЦДУ мусульман в Сов. Союзе – РИЗАУДДИН ФАХРЕТДИНОВ. Секретарем был избран председатель Ассирской делегации46 – ТЕВФИК ШЕРИФ, БЛИЗКИЙ ДРУГ Ибн-Сауда. Голосование было закрытое. По вопросу о выборе председателя Индийской делегации было внесено заявление оставить этот вопрос откры­тым до приезда Турецкой делегации, из среды которой и выбрать председателя конгресса. Это свое предложение индийская делегация мотивировала тем, что между турками и ара­бами существует вражда и неприязнь и избрание председателем конгресса турка, конгресс положил бы начало взаимному их сближению. Против предложения никто не выступил, но результаты голосования отвели его.

Было создано ТРИ комиссии – Мандатная комиссия – в которую от делегации му­сульман Сов. Союза вошел КАРИЕВ. Программная комиссия – с представителем от мус. Сов. Союза – РИЗАУДДИНОМ ФАХРЕТДИНОВЫМ и комиссия по предложениям, в ко­торую вошли от мусульман Сов. Союза – ТАРДЖИМАНОВ и МУСЛЯХЕТДИНОВ. Важ­нейшей комиссией являлась комиссия по предложениям. Как будет указано ниже – в по­следней и развернулась борьба по всем спорным вопросам. Факт избрания делегатов му­сульман Сов. Союза во все комиссии рассматривался, как знак особого уважения к нашей делегации.

Работы конгресса.

Важнейшие постановления конгресса – следующие:

1. Об основном положении конгресса (работа программной комиссии).

Конституция состоит из 32-х пунктов. Основные из них:

1. Ежегодно в Мекке созывается «Мутемир Алеми Эль Ислами47» (всемирный мусульманский конгресс – или конгресс Исламского мира).

2. Основные цели конгресса: сближение, взаимное ознакомление всех мусуль­манских наций друг с другом; реформа, улучшение религиозных культурных общественно-социальных положений; упорядочение состоя­ния святых мест в Геджасе и облегчение условий путешествия паломни­ков.

3. Конгресс будет созываться ежегодно во время хаджа в Мекке. Если встре­тятся какие либо препятствия к созыву конгресса в Мекке, то он должен быть созван в одном из независимых мусульманских государств. Место созыва определяется Исполкомом Конгресса.

4. Общее количество мусульманских стран-единиц, имеющих право участво­вать на конгрессе – устанавливается в 33. Каждая страна имеет право делегировать своих представителей в любом количестве, но коли­чество решающих голосов распределяется заранее: Геджасу, как центру мусульманства (Киблан-Ислам48) предоставляет ТРИ голоса; Турции, Не­джду и Иемену – как независимым мусульманским странам – по 2 голоса; индийским мусульманам – как численно превосходящим все остальные мусульманские страны – 4 голоса; китайским, явайским мусульманам – по тем же соображениям – по 3 голоса; мусульманам Советского Союза – 2 голоса. Остальные страны имеют право каждая на один голос.

5. Председатель конгресса, его два заместителя и главный секретарь оста­ются постоянно в центре.

6. Конгресс ежегодно будет избирать Исполнительный Комитет, причем пред­седатель и его два заместителя будут входить в Исполком без выбо­ров, а 6 членов и 1 секретарь будут избираться на последнем пленарном заседании конгресса.

(л. 91) 7. При наличии представителей от 6 вышеупомянутых 33 стран кворум бу­дет считаться достаточным для открытия конгресса, однако, для изменения того или иного пункта «Основного положения» необходимо прибытие делегатов из 10-ти стран и присутствие 2/3 общего числа прибывших делегатов.

8. Для удовлетворения обычных нужд конгресса и Исполнительного Комитета, каж­дая из стран будет вносить 300 золотых лир (3.000 руб.) на каждый голос – ежегодно. В случае невнесения этой суммы, данная страна лишается права на голос.

9. Постановления, касающиеся исключительно Геджаса, вносятся председателем на распоряжение Геджасского пра-ва. Это «Основное положение» считается обязательным для тех делегатов, кто присутствовал при утверждении его, ус­ловным для тех, кто не присутствовал (турки и др.).

II. Из других постановлений, вынесенных конгрессом и прошедших через комис­сию по предложениям, необходимо отметить следующие:

1) Требование возвращения Геджасской жел. дороги в распоряжение Геджаса­ского пр-ва. Постановлено обратиться к мандатным правительст­вам (Франция и Англия). В случае неудовлетворения – в Лигу Наций и за­тем в Международный Трибунал.

2) Устройство ж/д Мекка-Джедда, Мекка-Медина. Постановлено: собрать не­обходимые суммы путем пожертвований, доходов с паломников и т. д., на постройку дорог. Пока же ограничиваться приведением в порядок шоссейных путей сообщения.

3) Об Акабе и Маане – постановлено просить возвращения их в ведение Гед­жаса, как всегда входящих в его состав. (Турки, Египтяне и Афганцы при голосовании этого предложения воздержались).

4) Относительно концессий в Геджасе. Постановлено: особо осторожно отно­ситься к даче концессий иностранцам.

5) Ввиду злоумышленного распространения провокационных слухов о беспо­рядках внутри Геджаса, направленных на компрометацию Ибн-Сауда, постановлено: засвидетельствовать перед всем миром, что в Гед­жасе царит спокойствие и доброжелательное отношение к паломникам, к каким бы сектам Ислама они не принадлежали.

Далее вынесен целый ряд постановлений о санитарном устройстве, о паломниче­стве, о вакуфах, о работорговле и т. д. (Вопросы эти для мусульман Сов. Союза актуаль­ными не являются).

Согласно программы конгресса, последний должен был выбрать Исполком из 6-ти человек. Против этого были делегации Турции, Афганистана, Египта и мусульман Сов. Союза. По предложению делегаций Индии и Палестины был выбран ВРЕМЕННЫЙ Ис­полком из Геджасцев с тем, чтобы впоследствии были присланы настоящие члены Испол­кома из Турции, Египта, Индии, Сирии, Неджда и Сов. Союза. Наша делегация, турки, египтяне и афганцы от голосования вопроса в этой постановке также отказались.

Индийская и Палестинская делегации.

Мы считаем необходимым особо остановиться на характеристике действий обеих этих делегаций потому, что наша делегация считает, что если члены этих делегаций и не являются прямыми агентами англичан, то во всяком случае целый ряд их предложений вполне соответствовал планам английской политики.

По мнению делегации Сов. мусульман, руководящая роль во всех подобных высту­плениях принадлежала Халифатской группе индийской делегации в составе СУЛЕЙ­МАНА НЕДЕВИ, ШЕФКЕТА АЛИ, МУХАМЕДА АЛИ49 и ШУГАИ-КУРЕЙШИ50. Последо­вательно шли за ними некоторые члены из группы улема индийской делегации, палестин­ские делегаты и отчасти сирийцы. Факты, которыми доказывается подозрительность по­ведения индийцев, следующие:

1. Индийская делегация на роскошном ужине, устроенном в честь делега­ции советских мусульман, пыталась сагитировать наших делегатов по вопросам: изменения формы правления Геджаса, с заменой ее республи­канской; восстановления разрушенных в прошлом году вахабитами ку­полов и постановки вопроса о выборах Халифа. По мнению нашей деле­гации – первое предложение могло быть рассчитано только на компро­метацию Ибн-Сауда; второе – на брожение

(л. 92) среди войск Ибн-Сауда (вахабиты считают, что поклонение куполам есть идолопоклонничество, язычество) и третье – на срыв конгресса. Де­легация мусульман Сов. Союза отклонила тут же обсуждение этих во­просов.

2. Потерпев неудачу, индийская делегация перенесла все эти вопросы в ко­миссию по предложениям51. Нашей делегации совместно с турками и др. пришлось выдержать большую борьбу в комиссии, в результате которой предложения индийцев были отклонены окончательно.

3. Индийские делегаты в комиссии по предложениям выставили вопрос о соз­дании мусульманской Лиги Наций52. По мнению нашей делегации это предложение могло быть продиктовано только желанием срыва работ Меккинского конгресса и восстановления против Ибн-Сауда англичан и французов, кои, ни в коем случае не допустили в будущем приезда деле­гатов из своих колоний в Мекку.

4. Основываясь на завещании Магомета53, индийская делегация внесла предло­жение об изгнании из Аравии всех христиан и иудеев54. Наша деле­гация считает, что это предложение также было проникнуто провокаци­онным духом.

5. Индийская и Палестинская делегации внесли предложение, гласящее о том, что мусульмане различных стран не должны поднимать оружия друг против друга, если возникнет война между их государствами. Пред­ложение это также было отвергнуто. Делегация Сов. мусульман считает, что подобная постановка вопроса тоже была бы на пользу только импе­риалистам55.

Группировка сил на Меккинском конгрессе.

Все эти предложения, борьба вокруг которых развернулась в наиболее многочис­ленной комиссии по предложениям, разделили делегатов конгресса на две группы. Первая из них, меньшая по количеству составлялась из делегатов групп халифатской и улема ин­дийской делегации, палестинской делегации и некоторых членов сирийской. В противовес им в процессе борьбы более или менее консолидировалась вся остальная часть конгресса. Руководящую роль в первой группе играли индийские халифатисты, во второй – делега­ция мусульман Сов. Союза. Последнюю группу поддерживал и сам Ибн-Сауд.

Делегация Сов. мусульман имела большое влияние на ход работ конгресса. Состав­ленная из высоко авторитетных лиц, она сумела привлечь на свою сторону колеблющиеся элементы из Явы, Суматры и др. стран. Благотворную работу нашей делегации отметил и Ибн-Сауд на прощальном визите.

Меккинский конгресс в оценке его делегатов.

Отрицательное мнение о работах конгресса высказали только индийцы и пале­стинцы еще в процессе работ конгресса. Один раз они даже пытались своим уходом со­рвать работу комиссии по предложениям, когда выяснилась невозможность вынесения постановлений, предложенных ими.

Конкретных данных об отношении других делегаций к результатам работ кон­гресса мы еще не имеем, хотя наша делегация утверждает, что все остальные делегации были чрезвычайно довольны работами конгресса.

Делегация мусульман Советского Союза считает, что положительная роль Меккин­ского конгресса заключается в том:

1) что он действительно привлек внимание мусульман всего мира к во­просам сохранения независимости Геджаса;

2) что он явился и является внушительной силой против Каирского кон­гресса, идущего на поводу у англичан;

3) что в случае, если между Каиром и Меккой возникнет борьба за большинство в мусульманском мире, Меккинский конгресс

(л. 93) сумеет выйти с честью из этой борьбы и

4) что работы 1-го Меккинского конгресса не оставляют возможно­стей объединения между Каиром и Меккой.

Делегация в то же время отмечает, что практическое осуществление большинства намеченных конгрессом мероприятий сомнительно по причине отсутствия необходимых средств и противодействия империалистических государств.

Отношение к делегации Сов. мусульман заграницей.

В Турции делегация мусульман Сов. Союза встретила самое дружелюбное отноше­ние. Вся пресса в один голос отмечала высоко авторитетность состава делегаций56. Особен­ные симпатии к себе вызвал председатель делегации ФАХРЕТДИНОВ. Наша деле­гация в Турции дала ряд интервью.

То же самое предупредительное отношение, граничащее с восторгом делегация Со­ветских мусульман встретила и со стороны египетских и Сирийских паломников, по до­роге из Суэца в Джедду. Целым рядом интервью наши делегаты обрисовали перед ними истинное положение вещей в Советском Союзе и опровергнули злостные вымыслы капи­талистической прессы. На египтян и сирийцев эти интервью произвели огромное впечат­ление. Один сириец выявил свое восхищение Сов. Союзом в сл.(едующих) словах: «Не сравнивайте нас с Вами. Вы граждане свободной страны, мы же находимся под пятой французов».

В Геджасе нашим делегатам был оказан особо торжественный прием. Ибн-Сауд всячески оттенял свое особое расположение к делегации Сов. мусульман.

Совершенной противоположностью всему этому явилось отношение к нашей деле­гации в Египте, где она дважды была арестована англичанами – по дороге в Мекку и об­ратно – и один раз даже переведена57 из полицейского управления на вокзал в автомо­биле, крытом железной решеткой и в болгарском порту Верна58, где агенты болгарской охранки пытались арестовать нашу делегацию, за разговоры с портовыми рабочими о по­ложении в Сов. Союзе.

Необходимо отметить и попытки татаро-башкирской эмиграции в Турции во главе с Заки ВАЛИДОВЫМ59, повлиять на нашу делегацию в вопросе о Халифате. ЗАКИ ВАЛИ­ДОВ вручил даже некоторым членам делегации из Сов. Союза проект предложений по халифатскому вопросу60.

Нужно отметить еще попытку БАТТАЛОВА61 – эмигранта из Сов. Союза скомпро­метировать члена делегации Сов. мусульман Муса БИГИЕВА, пользуясь некоторой его оплошностью в интервью, данном им турецкой прессе. (М. БИГЕЕВ заявил, что он явля­ется делегатом Китайского Туркестана). Выступление БАТТАЛОВА в прессе особого значения не имело.

Некоторые предварительные выводы:

1) Мусульманский конгресс показал, что в вопросе о Халифате в мусульман­ском мире еще нет единства мнений.

2) Меккинский конгресс имел серьезное значение в деле консолидации анти­британских настроений вокруг вопроса о Халифате.

3) Меккинский конгресс показал, что в его лице организаторы Каирского кон­гресса, Эль-Азхарские улема, отражающие интересы английской по­литики на Востоке, имеют внушительную оппозицию.

4) Меккинский конгресс показал, что борьба между Каиром и Меккой за влия­ние на большинство мусульманского мира – неизбежна.

(л. 94)

5) Исполком Каирского конгресса свою деятельность по отвоеванию большин­ства, уже начал. Одновременно с этим англичанами ведется уси­ленная работа по дискредитации Ибн-Сауда и ваххабитов (антиваххабит­ская кампания в Персии, основанная на провокационных слухах о разру­шении священных могил в Мекке и Медине; провокационный инцидент с «махмалом» – столкновение между египетскими паломниками и бедуи­нами62 и т. д.). Исполком Меккинского конгресса все еще не определил своей программы по вопросу о дальнейшей борьбе за большинство.

6) Практика 1-го Меккинского конгресса показала, что от поведения делега­ции мус. Сов. Союза зависит очень многое. Но в настоящее время, за не­имением сведений о том, как расцениваются работы Меккинского кон­гресса в различных мус. странах, в первую очередь в Турции и в Индии, мы лишены возможности наметить хотя бы предварительный план даль­нейших работ нашей делегации. Вопрос об участии в работах Исполкома Меккинского конгресса также требует еще разрешения.

7) Все эти моменты могут быть разрешены лишь после того, как будут соб­раны все необходимые материалы. Поэтому на ближайший период нашей задачей является сбор исчерпывающих данных. Во всяком случае, то или иное решение должно быть вынесено не позже ноября месяца.

8) Наконец, нужно отметить, что делегация Сов. мусульман, свою миссию вы­полнила вполне удовлетворительно.

ЗАМНАЧВООГПУ: (ВОЛЛЕНБЕРГ)
ВР.НАЧ.11-го ОТДЕЛЕНИЯ (ПЕТРОСЬЯН)
СЕКРЕТАРЬ (МИШУСТИН)

Там же, Л. 85-94. Текст машинописный. Копия.

Далее на последнем листе (Л. 94) этого документа следует приписка каран­дашом от руки:

P.S. Мы в этой записке сознательно не задели вопроса о том, какое влияние ока­жет Мекк. конгресс на деятельность м/д. в Сов. Союзе /в сторону «единения», «сплоче­ния» и т. д./ во первых потому, что при составлении этой записки не хотели «гадать», и во вторых потому, что эти вопросы уже разрешаются нами в практической, повседнев­ной работе. Следующая записка, уже на основании конкретных данных, осветит этот и целый ряд других вопросов.

Петросьян

 

Примечания:

1 Кнорин (Кнориньш) Вильгельм Георгиевич (1890–1938). Родился в Лигенте Венденского уезда Лифлянд­ской губернии в крестьянской семье. В 1905 примкнул к революционному движению. В 1910 г. вступил в РСДРП, большевик. Вел партийную работу в Петербурге, Риге, Либаве (Лиепае). В 1917 г. секретарь испол­кома Минского Совета, редактор газеты «Звезда», член Минского комитета РСДРП(б), член Военно-рево­люционного комитета Западной области и фронта. С декабря 1918 г. секретарь Центрального бюро КП(б) и член Временного рабоче-крестьянского правительства Белоруссии. С февраля 1919 г. член Совета обороны и секретарь ЦК КП Литвы и Белоруссии. В августе 1919 – июне 1920 гг. окружной военный комиссар Смо­ленского военного округа. В 1920–1922 гг. секретарь Центрального бюро КП(б) Белоруссии. В 1922–1925 гг. заведующий информационным отделом ЦК ВКП(б), затем заведующий агитпропом Московского комитета партии, а в 1926-1927 гг. заведующий агитпропом ЦК ВКП(б). С 1927 г. член ЦК ВКП(б). В 1928–1935 гг. работал в исполкоме Коминтерна. С 1932 г. директор Историко-партийного института красной профессуры. С 1935 г. заместитель заведующего отделом пропаганды и агитации ЦК ВКП(б). В июне 1937 г. исключен из партии, а в сентябре – арестован. Был приговорен к смертной казни. –

РГАСПИ. Ф. 495. Оп. 65. Д. 9797.

2 Ошибка в тексте – «относящимися».

3 Речь идет о короле Хиджаза Хусейне бен Али Аль-Хашими, провозгласившем себя в марте 1924 г. хали­фом. Его действия стали одной из причин ухудшения отношений между ним и Великобританией. – Васильев А. М., цит. произв. С. 290.

4 Ошибка в тексте – «кончились».

5 Имеется в виду, что мусульманский мир не только не признал хиджазского короля Хусейна халифом, а в конечном итоге он и его сын Али утратили власть над Хиджазом.

6 Это утверждение может рассматриваться как во многом прямолинейное и преувеличенное. В действитель­ности же вопрос о созыве Каирского мусульманского конгресса демонстрировал значительно более сложную картину взаимоотношений между Велико-британией, с одной стороны, и различными поли­тико-социальными силами едва ставшего независимым Египта с другой, как и между самими этими силами. Ориентация короля на Великобританию во многом определялась не только ущербным суверенитетом страны, но и опасениями в связи с тем, что массовая поддержка партии Вафд и С. Заглула могла бы, как это доказывали события, развернувшиеся после убийства Ли Стэка (см. сноску 168), могли бы позволить Вели­кобритании в еще большей мере ограничить египетскую независимость. В своем противостоянии Вафду Фуад I опирался на традиционную религиозную элиту, представленную улемами «Аль-Азхара». В свою очередь, деятельность вафдистов в эпоху их нахождения у власти была направлена на то, чтобы реформиро­вать Аль-Азхар, превратив его в подчиненное государству учебное заведение, а также лишить права кон­троля над светскими учебными заведениями и создать противостоящий Аль-Азхару светский университет. Это означало, в частности, что традиционная религиозная элита была заинтересована в поддержке халифатских притязаний короля. Вместе с тем обретение статуса халифа (и как его итог, уста­новление египетского контроля над святыми местами Хиджаза) могло бы помочь королю упрочить собст­венные позиции, в том числе и в отношениях с Великобританией. Учитывая слабость позиций короля Фуада, Великобритания же склонялась к тому, чтобы поддержать его притязания, поскольку к этому ее под­талкивали действия хиджазского короля Хусейна (отказ ратифицировать Версальский договор и подписать англо-хиджазский военный договор, требование отмены декларации Бальфура о создании в Палестине «ев­рейского национального очага», провозглашение себя в марте 1924 г. халифом и, наконец, открытие в июле 1924 г. в Джидде советского дипломатического представительства). – Vatikiotis P.J. The Modern History of Egypt. L., 1969. P. 296–298; а также: Борисов А. Б. Роль ислама во внутренней и внешней политике Египта. – М. 1991. С. 49–50.

7 Правильнее – «улемы». Приведенная в тексте документа форма передачи этого понятия восходит к арабскому термину уляма (улемы), мн. от араб. алим (знаток религиозного права)» (см. сноску 84).

8 В современном произношении и написании – Аль-Азхар, основанный в 970 г. в Каире крупнейший универ­ситетский центр мусульманской учености. – Арабская Республика Египет. С. 44.

9 Авторы документа не были в полной мере знакомы со структурой управления Аль-Азхара. В 1895 г. в те годы верховный муфтий Египта и один из наиболее известных мусульманских реформаторов Мухаммед Абдо создал в Аль-Азхаре Административный совет, а в дальнейшем – в 1908 г. и Высший совет Аль-Аз­хара для контроля над финансовой деятельностью этого университета. Оба совета действовали под руково­дством его ректора. В 1911 г. в Аль-Азхаре был создан Комитет высших улемов (Хейъа кибар аль-уляма), который, в свою очередь, был призван контролировать деятельность ректора, а также лишать мусульман­ских законоучителей религиозных званий за «антиисламские» проступки. – Борисов А. Б., цит. произв. С. 29. Поскольку арабские слова «уляма (улемы)» и «алим» восходят к корню, обозначающему «науку» и «обуче­ние», постольку авторы документа, видимо, сочли необходимым назвать Комитет высших улемов «учебным (ученым) советом».

10 Ошибка – «учебный».

11 Шейх Мухаммед Абу Аль-Фадль Аль-Гизави – в 1916–1927 гг. в качестве верховного имама (ректора) Аль-Азхара возглавлял этот университет. – См. электронный сайт университета Аль-Азхар: http://www.alazhar.org/arabic/profile.htm. Последнее посещение 15 июля 2007 г.

12 Имеется в виду Комитет высших улемов.

13 Речь идет о недждийско-хиджазской войне 1924–1925 гг.

14 Этими «моментами внутриегипетского порядка» были, конечно же, события, предшествовавшие и последовавшие за вынужденной отставкой в конце но­ября 1924 г. правительства С. Заглула. Эта отставка была осуществлена под жестким давлением со стороны Великобритании в связи с покушением в Каире в ноябре 1924 г. на главно­командующего (сардара) египетской армии и генерал-губернатора Судана англичанина Ли Стэка, осуществ­ленном группой оппозиции, противостоявшей Вафду. Несмотря на то что парламентские выборы 1925 и 1926 гг. принесли победу вафдистам, им так и не удалось сформировать собственный кабинет министров. Переход Великобритании в наступление на египетский суверенитет нашел свое прямое выражение в эвакуа­ции египетских вооруженных сил из Судана и отмене англо-египетского кондоминиума. После падения прави­тельства С. Заглула Великобритания пыталась навязать Египту новый двусторонний договор, который зна­чительно сокращал сферу египетского суверенитета и, по сути дела, восстанавливал протекторат Велико­британии. – Кошелев В. С., цит. произв. С. 219–223; а также: Новейшая история арабских стран Африки. – М. 1990. С. 10–12.

15 Бигиев (Биги) Муса Джарулла (1875–1949), родился в Ростове-на-Дону. Учился в Ростовском реальном училище, получил религиозное образование в Апанаевском медресе в Казани и до 1896 г. – в Бухаре. С 1901 по 1904 г. учился в каирском университете Аль-Азхар, а также в Хиджазе, Бейруте, Сирии и Индии. В 1904 г. в из­дававшемся одним из ведущих египетских мусульманских реформаторов Рашидом Ридой (участвовавшим в дальнейшем в Мекканском мусульманском конгрессе 1926 г.) каирском журнале «Аль-Манар» была опубликована его первая работа «История Корана и его списков». В 1904 г. вернулся в Россию, где поступил на юридический факультет Санкт-Петербургского университета. Активный участник всех российских мусуль­манских съездов, содействовал разработке программы и устава партии Иттифак аль-муслимин. Постоянно выступал со статьями в российских мусульманских газетах, а также издавал в Петербурге в 1904–1904 гг. газету «Ульфат», а с 1913 г. – газету «Иль». В течение 1910–1917 гг. вышли в свет его основные теологиче­ские работы, посвященные вопросам фикха и религиозной философии. Важнейшей из них являлась опубли­кованная в 1911 г. книга «Доказательства Божественной благодати», утверждавшая, что милость Аллаха объемлет всех людей, вне зависимости от их религиозной или национальной принадлежности. В 1909–1911 гг. преподавал в ведущем джадидском медресе России – оренбургской «Хусаиние». Восторженно встретил февральскую революцию 1917 г., но не принял приход большевиков к власти, хотя и не покинул Россию. После октября 1917 г. постоянно проживал в Петрограде. В 1923 г. издал в Берлине «Азбуку ислама» как ответ на работу Н. Бухарина и Е. Преображенского «Азбука коммунизма», за что подвергся аресту. Матери­альные лишения, а также все усиливавшиеся разногласия с советской властью заставили М. Бигиева в 1930 г. через Среднюю Азию тайно покинуть Россию. С 1930 по 1949 гг. жил в Афганистане, Индии, Египте, Иране, Финляндии, Германии, Японии. Скончался в 1949 г. в Каире. – Хайрутдинов А. Г. Последний татар­ский богослов (жизнь и наследие Мусы Джаруллаха Бигиева). – Казань, 1999. С. 31–62.

16 Точнее – Всеиндийская халифатистская конференция (All India Khilafat Conference).

Халифатистское движение – одно из политических течений в среде мусульман Британской Индии. Его воз­никновение было связано с политикой Османской империи после прихода к власти султана Абдул-Хамида II, стремившейся заручиться поддержкой мусульман различных стран мира в ходе своего противостояния европейским державам. По мнению М. Кремера, американского исследователя проблем панисламизма, становление индийского халифатистского движения было связано с активной деятельностью османских дипломатических представителей в Индии и в частности в Мадрасе. – Kramer M. Islam Assembles. The Advent of the Muslim Congresses. N.-Y., 1986. Р. 6–9. События Первой мировой войны, вклю­чая поражение Османской империи, усилили в Индии пропаганду единства всех мусульман под лозунгами халифатистского движения. Еще больший импульс этому движению придало поражение англичан в ходе англо-афганской войны в мае – июне 1919 г., а также подписание Севрского мирного договора между странами Антанты и Турцией, предполагавшего раздел османской территории. В сентябре 1919 г. на встрече ведущих мусульманских политических и общественных деятелей Индии в г. Лакнау день 17 октября был провозглашен «днем хали­фата», «днем поста и молитвы». К действиям мусульман присоединялись и индусы, – М. К. Ганди призвал своих единоверцев примкнуть к халифатистскому движению, в ответ на это он был избран председателем Всеиндийской Халифатистской конференции. Наиболее мощные центры движения были созданы в Бомбее, а также в провинциях Синд и Бенгалия. Индийские халифатисты, начиная с марта 1920 г., активно включились в про­водившиеся М. К. Ганди кампании ненасильственного сопротивления властям метрополии.– История Востока. Восток в новейшее время (1914–1945 гг.). – М. 2006. Т. V. С. 323–324. Авторы благодарны известному российскому индологу Л. Б. Алаеву за консультации по вопросу о развитии индийского халифатистского движения.

17 Имеется в виду Индийский национальный конгресс во главе с М. К. Ганди.

18 Название газеты (если она действительно издавалась) искажено. Быть может, имеется в виду издание небольшой сиро-палестинской национали­стической организации «Джамъийя аль-умма арабийя аль-фата (Организация младоарабов)», соз­данная в 1907 г. арабскими студентами в Париже. После создания в октябре 1918 г. эфемерного «арабского королевства» (просуществовало только до июля 1920 г., пав под ударами французского экспедиционного корпуса) ее члены вошли в состав ближайшего окружения главы этого «государства» – «короля» Фейсала бен Хусейна, одного из сыновей хиджазского короля Хусейна бен Али Аль-Хашими.

19 В 1925–1927 гг. на юге Сирии, находившейся под французским мандатным управлением, развивалась вели­кая сирийская революция – антифранцузское повстанческое движение под руководством одного из представителей друзской знати Султана Аль-Атраша.

20 Египетские националисты, представленные партией Вафд, не были противниками созыва Каирского му­сульманского конгресса, однако не принимали какого-либо участия в деятельности сторонников его созыва. Это объяснялось тем, что они считали, что созыв Каирского конгресса усилит позиции Фуада I, как и груп­пировавшихся вокруг него и поддерживаемых королевским двором политических партий. В свою очередь, никто из ведущих религиозных деятелей Египта, включая и тех, кто не был связан с Аль-Азхаром (в част­ности, будущий участник Мекканского конгресса и издатель газеты «Аль-Манар» Рашид Рида), считали не­обходимым созыв мусульманского конгресса в Каире, чтобы противостоять притязаниям хиджазского ко­роля. – Vatikiotis P. J. op. cit. P. 300.

21 В частности, председатель ЦДУМ Р. Фахретдинов обратился в марте 1926 г.с телеграммой председателю ЦИК СССР М. И. Калинину (опубликована в газете «Известия» от 18 марта 1926 г.), где отмечалось, что «мусульманское население РСФСР всецело присоединяется к протесту индийских мусульман против созыва халифатского конгресса в Каире». Далее в телеграмме отмечалось: «Конгресс должен быть созван в стране, находящейся (вне) сферы влияния империалистических держав; этому условию не удовлетворяет состоящий под господством Англии Египет, где нет гарантии для свободного выявления мусульманами их истинного мнения. Созыв конгресса в Мекке как священном для всех мусульман месте вполне соответствовал бы за­даче, лежащей перед конгрессом, при условии ограждения этого (конгресса) от влияния (и) происков импе­риалистов». – Романенко В. С., цит. произв. С. 67.

Текст телеграммы Р. Фахретдинова был во многом ярким свидетельством превращения ЦДУМ в случае с проблемой обоих мусульманских конгрессов в одно из орудий советской внешней политики.

22 Не приходится говорить, что эта «кампания протестов» была, скорее всего, не только санкционирована, но и инициирована официальными властями.

23 В Аль-Азхаре был организован Халифатский комитет, создавший сеть подчиненных ему региональных комитетов по всему Египту. Эта деятельность осуществлялась с полного согласия короля Фуада I, обладав­шего, согласно статье 153 египетского основного закона 1923 г., «правом конституционного контроля над деятельностью религиозных институтов». – Vatikiotis P.J., op. cit. P. 300.

24 Основной и наиболее развитый остров в составе голландской Нидерландской Индии, занимавшей террито­рию современную Индонезию. Центр формирования индонезийского национального самосознания и политической жизни, включая и окончательно оформленную в 1912 г. ведущую партию того времени «Са­рекат ислам (Союз ислама)», выдвигавшей платформу «мусульманского национализма». – История Востока. Восток в новое время (конец XVIII – начало ХХ в.). Кн. 2. – М. 2005. С. 432–433.

25 Историческая провинция на западе современной Ливии. До 1912 г. – провинция Османской империи, по­сле поражения в итало-триполитанской войне 1911–1912 гг. передавшей суверенные права на эту террито­рию Италии. В ноябре 1918 г., воспользовавшись ситуацией первой мировой войны, когда итальянская ар­мия была сосредоточена на европейском театре военных действий, шейхи местных племен и представители городской знати провозгласили создание Триполитанской республики, к 1924 г. разгромленной войсками фашистской Италии. В описываемое время часть «заморских» территорий Италь­янского королевства. – Новейшая история арабских стран Африки. С. 173–175.

26 Прибытие на конгресс южно-африканской делегации определялось присутствием в этой стране, тогда доминионе в составе Британской империи, значительной общины выходцев из Британской Индии, включавшей и немалую долю приверженцев ислама.

27 В 1926 г. на севере Марокко, находившемся под совместным протекторатом Франции и Испании, все еще продолжалось сопротивление франко-испанским войскам созданной в зоне расселение берберских племен Атласа так называемой «республики Риф». Существовала с 1921 по 1926 г. – См. об этом: Луцкая Н. С. Республика Риф. – М. 1959. Нежелание Франции допустить марокканскую делегацию в Каир определялось опасениями, что делегаты Каирского конгресса выразят свою солидарность с рифскими повстанцами.

28 Позиция палестинской делегации на Каирском конгрессе была связана с тем, что в то время среди претендентов на пост халифа был и иерусалимский верховный муфтий Палестины Хадж Амин Аль-Хусейни (см. сноску 55).

29 См. сноску 174.

30 Улемы Аль-Азхара действительно пытались продолжить осуществленную ими в связи с проведением Каирского конгресса работу. Более того, даже в 1930-х гг. издававшийся Аль-Азхаром журнал «Нур аль-ислям (Свет ислама)» регулярно пропаганди­ровал необходимость избрания халифа-египтянина. – Vatikiotis P. J., op. cit. P. 300.

31 Как отмечалось во вступительной статье к этой публикации, после 1924 г. советские граждане не могли въезжать в Египет. Муса Бигиев в этом отношении не мог быть исключением.

32 Никакого осуждения или «выступления против» Каирского конгресса в речи главы египетской делегации в Мекке шейха Мухаммеда Ахмеда Аз-Завахири не содержалось. – См. текст это выступления в протоколах Мекканского конгресса в: Романенко В. С., цит. произв. С. 122–125.

33 Как свидетельствуют протоколы Мекканского конгресса, глава турецкой делегации на этом форуме. – Романенко В. С., цит. произв. С. 114.

34 Босняк – мусульманин, уроженец Боснии и Герцеговины. Связанный с «неким босняком» пассаж документа № 10 косвенно подтверждает, что кто-то из советских представителей на Мекканском конгрессе мог выполнять поручения советских специальных служб.

35 Ошибка – «его».

36 См. сноску 184.

37 Тарджеманов (Тарджемани) Кашаф (Кашшаф) (1877–1943). Родился в Спасском уезде Казанской губер­нии, закончил казанское медресе «Марджания», впоследствии был имамом и мударрисом (преподавателем религиозного закона) «Белой (11-й)» мечети Казани. На III Всероссийском мусульманском съезде (август 1906 г., Нижний Новгород) вошел в состав духовной комиссии съезда. Был сторонником реформирования располагавшегося в Уфе Оренбургского Магометанского духовного собрания, которое он считал «истори­ческим центром казанских мусульман». В мае 1917 г. на I Всероссийском мусульманском съезде в Москве был избран кади и членом коллегии Диния назараты. После самороспуска в 1919 г. Милли Идаре члены его ведомства по делам религий признали советскую власть, а само это ведомство трансформировалось в Центральное духовное управление мусульман (ЦДУМ) с цен­тром в Уфе. В 1921 г. Тарджеманов возглавлял комиссию ЦДУМ по помощи голодающим Поволжья. С 1924 г. редактор «Ислам маджалласы (Мусульманского журнала)», издававшегося ЦДУМ. На состоявшемся в 1926 г. очередном Всероссийском съезде мусульманского духовенства был вновь избран кади. В 1935 г. в связи с массовым закрытием мечетей выдвинул предложение о закрытии ЦДУМ. После смерти в 1936 г. председателя ЦДУМ Р. Фахретдинова как его заместитель исполнял функции председателя Центрального духовного управления. В 1936 г. арестован и приговорен к десяти годам заключения. Погиб в одном из ла­герей ГУЛАГ. – Ислам на европейском Востоке. Энциклопедический словарь. С. 317–318.

38 К сожалению, в силу отмеченных выше причин (см. сноску 101) авторы не смогли обнаружить сколько-либо полную информацию о муфтии Халиле Мусляхеддинове. Тем не менее, в цитировавшейся выше работе коллег из Института востоковедения им. А. Крымского Национальной академии наук Украины, отмечается, что в связи с ходатайством Крымского центрального мусульманского народного управления (КЦМНУ) в ЦИК Крымской АССР «об открытии при мечети прихода Аджи-Курти полуторамесячных курсов» для подготовки кадров «служителей мусульманского культа», ЦИК получил и список будущих преподавателей этих курсов, «заведующим» которых «назначался председатель Правления» КЦМНУ «муфтий Муслядин (так в тексте публикации. – Д. А., Г. К.) Халил». – Богомолов А., Бубенок О., Данилов С., Радивилов Д., цит. произв.

39 Абдувахит-кары Абду-Рауф Кариев (1859?–1937). Родился в Ташкенте, получил высшее духовное образова­ние. В 1909 г. по обвинению в пропаганде националистических и сепаратистских идей был аресто­ван и выслан на пять лет в Тульскую губернию. Депутат II Государственной думы. В 1917–1918 гг. первый председатель партии туркестанских джадидов Шуро-и Исламия – политического оппонента традиционали­стской и ведущей местной партии Шуро-и Уламо. С 1919 г. сотрудничал с советской властью, содействуя проведению выборов в курултай (совет) Хорезмской советской республики. В 1921–1922 гг. член Верхов­ного суда Туркестанской Советской республики. В 1933 г. подвергся первому аресту со стороны советской власти. В 1937 г. репрессирован. – Государственная дума Российской империи. Энциклопедический сло­варь. – М. 2006. Т. I. С. 255; см. также: Ямаева Л. А. Мусульманские депутаты Государственной думы России 1906–1917 гг. – Уфа. 1998. С. 292.

40 Тагир (Тахир) Ильясов (Ильяси) (1881–1933). Родился в деревне Индерка Кузнецкого уезда Саратовской губернии (ныне Неверкинский район Пензенской области). В 1897–1903 гг. учился в казанском медресе «Мухаммадия», в 1903–1907 гг. – в каирском университете Аль-Азхар. С 1907 г. и вплоть до его закрытия в 1919 г. преподавал в медресе «Мухаммадия». С 1921 по 1929 г. имам-хатыб мечети на Старотатарском кладбище Казани. В 1926 г. отказался от предложения стать мухтасибом Казани. В феврале 1930 г. аре­стован и осужден на пять лет заключения, но через два года освобожден по болезни. Умер в ссылке в Волго­градской области. – Минуллин И. Р. Мусульманское духовенство Татарстана в 1920–1930 гг. Политико-пра­вовые и социально-экономические аспекты. Диссертация на соискание ученой степени кандидата историче­ских наук. – Казань. 2001. С. 128. Авторы искренне благодарны казанскому ученому Б. М. Ягудину за помощь в поиске данных о Т. Ильясове.

41 Абдурахман (Габдурахман) Умеров (Гумеров) (1867–1933). Родился в Астрахани, с 1881 по 1892 гг. учился в основанном в Казани Ш. Марджани медресе «Марджания». В 1895 г., вернувшись в Астрахань, открыл в этом городе медресе «Низамия», где одновременно работал преподавателем, а также содействовал изданию татарской научной и художественной литературы, основав издательство «Умеров и КО». Автор работ по истории ислама, астраханских ногайцев, а также переводов изданной по-арабски религиозной ли­тературы. В 1914–1917 гг. был выслан из Астрахани в Казань. После возвращения из Казани был избран мухтасибом Астраханской губернии. Участник всероссийских мусульманских съездов в Москве (май 1917) и Казани (июль – август 1917). Участник состоявшегося в сентябре 1920 г. в Уфе I Всероссийского съезда мусульманского духовенства, где было окончательно оформлено создание Центрального духовного управ­ления мусульман. В 1928 г. подвергся аресту и высылке в село Малые Корелы Архангельской губернии по обвинению в антисоветской деятельности и руководстве антисоветской группой, где скончался 17 марта 1933 г. – Рахимов С. Абдурахман Умеров: долгое возвращение. – Гасырлар авазы/Эхо веков. 2004, № 1. С. 252–254.

42 В протоколах Мекканского конгресса его называли, арабизируя его имя и фамилию, «Махди бен-Макул (или Максуд) из Сибири». – Романенко В. С., цит. произв. С. 83.

К сожалению, авторам публикации не удалось получить информацию об этом члене советской делегации. Они выражают вместе с тем искреннюю благодарность петропавловскому коллеге С. Ш. Казиеву за предпринятые им в помощь авторам усилия.

Петропавловск (ныне центр Северо-Казахстанской области Республики Казахстан) – основан в 1752 г. как военная крепость Новоишимской оборонительной линии, возведенной на границе казахской Степи. Как и все города, построенные русскими в непосредственной близости от территорий кочевания казахов, Петропавловск стал одним из центров сосредоточения татар, переселенцев из Поволжья и Урала, организовывавших там и собственную религиозную жизнь. Татарская община этого города занималась торговлей с казахами и государствами Средней Азии, ее усилиями (как и усилиями татарских общин других русских южноуральских и южносибирских городов) в Степи распространялся и ислам. – См.: Масанов Н. Э., Абылхожин Ж. Б., Ерофеева И. В., Алексеенко А. Н., Баратова Г. С. История Казахстана. Народы и культуры. – Алматы. 2001. С. 232–236.

43 Речь, видимо, идет об индийских богословах-традиционалистах.

44 Вероятно, что подтверждается и названием этой группы – «Эль-Хадис» или как в тексте протоколов Мекканского конгресса – «Улема эль-Хадис» (Романенко В. С., цит. произв. С. 87) (араб. – обновленцы, улемы-обновленцы), это были последователи созданной в 1877 г. Национальной мусульманской ассоциации. Ее сторонники были поборниками реформы исламского вероучения, выступали против косности улемов-традиционалистов и призывали своих единоверцев воспользоваться достижениями европейской цивилизации. – История Востока. Восток в новое время (конец XVIII – начало ХХ вв.). – М. 2005. Т. IV. Кн. 2. С. 121.

45 Согласно протоколам Мекканского конгресса, Сулейман Надави (в них фиксируется арабизированная форма его фамилии – «эль-Недви») был председателем «Комитета Халифата Индии» (Там же. С. 81). Иными словами, речь шла о Всеиндийской халифатистской конференции (см. сноску 167). Доступные авторам источники и материалы не позволяют тем не менее подтвердить или опровергнуть эту информацию.

46 Имеется виду делегация Асира (см. сноску 57).

47 Правильное арабское название конгресса – «Аль-Муатамар аль-ислямий аль-алямий».

48 Правильно – «Кибла аль-ислям», метафора, означающая, что Хиджаз является центром мусульманского мира. Кибла – направление молитвы мусульманина, всегда обращенной в сторону расположенной в Хид­жазе Мекки.

49 Речь идет о братьях Мухаммеде Али и Шаукате Али, наиболее ярких представителях индийского халифатистского движения, по сути дела, выработавшими его основные программные установки. В январе 1920 г. по их инициативе руководство Всеиндийской халифатистской кон­ференции направило вице-королю Индии послание, в котором подчеркивалось, что пред­ложенный Великобританией и другими странами Антанты Османской империи Севрский договор «не мо­жет быть принят кем-либо из мусульман, поскольку он лишит их вечного спасения». Институт халифата, отмечалось в этом документе, это – «суть веры ислама, где неразрывно слиты мирское и Божественное, цер­ковь и государство». В силу этого «мусульмане никогда не примут какого-либо отступления от принципа халифата или раздела руководимой халифом империи». В документе ставился и вопрос об Аравийском полуострове, где «абсолютно исключена какая-либо немусульманская власть в силу тес­ной связи этой территории с самой суть ислама». Расположенные же там «святые места ислама» могут находиться лишь под «суверенитетом халифа». Наконец в этом документе ставился вопрос о том, что дальнейшее сохранение «лояльности индий­ских мусульман в отношении правительства Великобритании» может быть обеспечено только при условии «гарантий правительства, связанных с их религиозной свободой», включая и адекватное «заповедям ислама» решение вопроса о халифате. В апреле 1924 г., после того как в республиканской Турции был ликвидирован институт халифата, братья М. и Ш. Али обратились к правительству Великобритании со специ­альным меморандумом, в котором подчеркивали: «Должны быть исключены все попытки немусульман вмешаться в ход свободного избрания мусульманами халифа. Суверенитет халифата над святыми местами (в Хиджазе. – Д. А., Г. К.) не должен быть ликвидирован даже в пользу того или иного мусульманского прави­тельства. … Египет и другие территории бывшей турецкой империи должны быть переданы халифату. Ре­лигиозные святыни мусульман не могут быть оккупированы или управляемы немусульманами». – Legrain J.-F., op. cit. P. 106–108.

50 К сожалению, личность этого индийского делегата установить не удалось.

51 Внимательное ознакомление с протоколами Мекканского конгресса не дает оснований считать обоснованными эти обвинения в адрес индийских делегатов (скорее всего, составители документа № 10 исходили только из устной информации кого-то из членов советской делегации). В ходе заседаний конгресса индийские делегаты не ставили ни вопроса об изменении системы государственной власти в Хиджазе, ни вопроса об обязательном избрании халифа. На третьем заседании конгресса М. Али заявил, что «свобода обрядов не уважается в Хиджазе», подчеркнув, что «доказательство тому – разрушение мавзолеев предков» (Романенко В. С., цит. произв. С. 129). В свою очередь, Ш. Али внес предложение в отношении «куполов», включавшее пожелание о «восстановлении разрушенных исторических памятников в самый краткий по возможности срок», поддержании (в достойном состоянии. – Д. А., Г. К.) «не разрушенных мавзолеев», а также создании «комиссии, сформированной из улемов суннитов и шиитов», которой «будет поручено изучение вопроса о восстановлении разрушенных мавзолеев и условий их восстановления» (Там же. С. 149–150). Конечно, по сообщению цитируемого автора (Там же. С. 150), «по техническим причинам» ему не удалось опубликовать протоколы № 5 и 12 конгресса, но на одном из них «были обсуждены и приняты статьи 6-27 устава Конгресса», а на втором – «обсуждали порядок работы комиссий». Таким образом, соответствующие предложения не могли быть внесены и на этих заседаниях, поскольку опубликованные В. С. Романенко протоколы конгресса содержат, по сути дела, и протоколы заседаний всех его комиссий.

52 В опубликованных В. С. Романенко протоколах Мекканского конгресса нигде не говорится об этом предложении индийских делегатов.

53 Существующая традиция, опираясь на рассказы сподвижников и жен Мухаммада, присутствовавших при его кончине, подчеркивает, что перед своей смертью, Пророк высказал несколько завещательных наставлений. Они включали в том числе проклятия христианам и иудеям и требование освободить от них Аравию «от Адена до Ирака, от Джидды до Сирии», что якобы подтверждало и границы Хиджаза, включающего Акабу и Маан (см. сноску 209). – Gaudefroy-Demombines M. Mahomet. – P. 1969. P. 204–205; см. также: Большаков О. Г. История халифата. I. Ислам в Аравии. 570–633. – М. 1989. С.186.

54 Говоря о деятельности иностранцев в Хиджазе, индийские делегаты, в частности, М. Али, ставили вопрос о недопустимости предоставления на его территории экономических концессий гражданам немусульманских стран ради предотвращения «иностранного немусульманского вмешательства в дела Хиджаза» (Романенко В. С., цит. произв. С. 120). Один из них (это был не упоминаемый в документах № 9 и 10, но присутствующий в протоколах «эль-Корачи» – Там же. С. 146) на 18 заседании конгресса поддержал предложение египтянина Р. Риды (против принятия которого протестовала официальная египетская делегация) о возвращении Маана и Акаба Хиджазу, мотивируя это «рекомендацией, данной Пророком на смертном ложе» с тем, «чтобы Хиджаз оставался целостным, населенным только мусульманами, запрещенным для других, избавленным от их господства и власти» (Там же. С. 146–147). Лишь однажды соответствующий хадис с упоминанием «христиан и иудеев» был процитирован в протоколах конгресса. Тем не менее, не говоря о том, что это «предсмертное завещание Пророка», Ш. Али процитировал его, поддерживая предложение иерусалимского муфтия Амина Аль-Хусейни о превращении Хиджазской железной дороги в мусульманский вакф. Далее он добавил: «Мы должны дать понять Европе, что мы непоколебимо полны решимости по этому пункту (о Хиджазской железной дороге. – Д. А., Г. К.). Мы должны во всеуслышание протестовать, если Европа примет позу, враждебную Исламу и мусульманам» (Там же. С. 110). Слова Ш. Али, конечно же, должны пониматься в контексте общей позиции индийских халифатистов (см. сноску 204) в отношении Хиджаза и их антибританских действий (не стоит забывать, что значительная часть Хиджазской железной дороги пролегала по территории управлявшейся Францией подмандатной Сирии, а также управлявшейся Великобританией подмандатной Трансиордании). Стоило бы добавить, что неприятие советской делегацией предложения Р. Риды (только поддерживавшееся индийскими делегатами) о недопустимости предоставления в Хиджазе экономических концессий для немусульман было вызвано тем, что между Хиджазом и Советским Союзом в соответствующую эпоху и позже существовали относительно широкие экономические контакты. – См. об этом сборник документов, связанный с дипломатической миссией сменившего К. Хакимова на посту советского представителя в Джидде Н. Тюрякулова: Назир Тюрякулов – полпред СССР в Королевстве Саудовская Аравия (письма, дневники, отчеты) (1928–1935 гг.). – М. 2000.

55 В протоколах конгресса не упоминается это, как пишут составители документа № 10, это совместное палестино-индийское предложение. Но в них отмечается, что на 15-м заседании конгресса было отклонено предложение «эль-Корачи и муллы Мухаммеда Али, приглашающее мусульман к единству», а также «устранению любых разногласий и противоборства между ними», как и призывающее мусульман «в случае недоразумений искать возможности посоветоваться, помня, что все мусульмане – братья» (Романенко В. С., цит. произв. С. 133). Важно, однако, другое, – религиозные советские мусульманские деятели выступили не поборниками «мусульманского братства и солидарности», что, казалось бы, должно бы быть для них естественно, а сторонниками большевистского классового принципа «пролетарской революции» и идеи «защиты социалистического отечества», даже если бы оно находилось в состоянии войны с каким-либо мусульманским государством.

56 Ошибка в тексте документа – «делегации».

57 Ошибка в тексте – «перевезена».

58 Ошибка в тексте – «Варна».

59 Валидов (Валиди) Ахмет Заки Тоган (1890–1970). Башкирский и мусульманский российский политик, известный востоковед-тюрколог. Председатель правительства первой национальной автономией в составе советской России – «Малой Башкирии», созданной в 1919 г. благодаря его личным усилиям в качестве признанного руководителя башкирского национального движения. Родился в деревне Кузяново Стерлитамакского уезда Уфимской губернии (ныне Ишимбайский район Республики Башкортостан) в семье муллы. В 1908–1912 гг. учился в казанском медресе «Касимия», а затем преподавал в нем. С конца 1915 г. работает вместе с мусульманской фракцией российской Государственной думы. С апреля 1917 г. руководит проведением башкирских курултаев (национальных советов). В 1935 г. окончил Венский университет. Первоначально сотрудничает с противниками советской власти, включая А. В. Колчака. Но затем организует переход башкирских военных частей на сторону большевиков, что и позволяет создать признанную В. И. Лениным башкирскую автономию. В мае 1920 г. порывает с большевиками, убедившись в том, что они ограничивают права возглавляемой им автономии. Присоединяется к басмаческому движению в Туркестане, став председателем «Туркестанского национального объединения», координировавшего действия басмаческих групп в Средней Азии. В 1923 г. эмигрирует в Иран, а затем в Турцию, где вплоть до 1970 г. преподавал историю тюркских народов в Стамбульском университете. Автор многих работ по истории тюркских народов и исламу. Член многих научных обществ Европы и Австралии, профессор Боннского и Геттингенского университетов Германии. Скончался в Стамбуле. – Башкортостан. Краткая энциклопедия. С. 200; см. также: Косач Г. Г. «Государственный» город и национальные автономии: Оренбург в первые советские годы. – Вестник Евразии, – М. № 2, 2002.

60 В своих «Воспоминаниях» А. З. Валидов, сохранивший очень теплые чувства по отношению к Р. Фахретдинову, связанные с их встречей в 1908г. в Оренбурге контактами последующих лет по меньшей мере дважды сообщал о своей встрече в главой делегации советских мусульман в 1926 г. в Стамбуле, откуда они отправлялись в Египет и далее – в Мекку. Первый раз А. З. Валидов писал: «В 1926 г. Ризаэддин Фахреддин, отправляясь в хадж, некоторое время провел в Стамбуле и был гостем в моем доме… Он вспомнил нашу встречу в 1908 г. в Оренбурге и свой совет получить русское образование». Второй же раз в тех же «Воспоминаниях», А. З. Валидов сообщал: «В 1926 г. Риза Кади (Р. Фахретдинов. – Д. А, Г. К.) заехал в Стамбул по дороге на конгресс в Мекку и порадовал меня воспоминаниями о нашей встрече в Оренбурге». – Валиди Тоган З. Воспоминания. Борьба мусульман Туркестана и других тюрок за национальное существование и культуру. – М. 1997. С. 49 и 217, соответственно. Никаких подробностей о своих встречах с другими членами делегации, как и о «собственных предложениях по халифатскому вопросу А. З. Валидов не сообщал.

61 Имеется в виду Саетбатталов (Баттал) Габделбарый (Барый) (1883–1969) - историк, литературовед, публицист, редактор выходившей в 1917 г. в Казани татарской газеты «Курултай». Эмигрировал в Тур­цию. Наиболее известны вышедший в 1925 г. его историко-публицистический труд «Казанские тюрки», а также выходивший в Стамбуле в 1954–1957 гг. сборник очерков «Казанские знаменитости». Принимал участие в действовавшем в Турции в середине 1920 гг. обществе «Тюрк очаги (Турецкий очаг)», который в Советском Союзе рассматривался в качестве рассадника пантюркизма. Скончался в Стамбуле. – См., в частности: Тагиров И., Миннуллин Р. «Очаги» являются проводниками идеи неопантюркизма…». – Гасырлар авазы/Эхо веков. 1996. № 3/4. – http://www.archive.gov.tatarstan.ru/magazine/go/anonymous/main/?path=mg:/numbers/1996_3_4/03/03_2. Последнее посещение 20 июля 2007 г.

62 Речь идет о событиях лета 1926 г., когда перед началом паломничества в Мекку из Египта в этот город, как того требовала традиция, был отправлен махмаль – специальное покрывало, возлагавшееся на Каабу. Караван, перевозивший это покрывало в сопровождении египетских музыкантов, неподалеку от «священ­ного города» столкнулся с группой невооруженных и одетых в одежды паломников ихванов, направляв­шихся в хадж. Впервые услышавшие музыку ихваны сочли ее «язычеством» и надругательством над их ре­лигиозными чувствами и убеждениями и попытались помешать дальнейшему движению каравана. Египет­ский офицер, возглавлявший охранявший махмаль вооруженный отряд, приказал стрелять в нападавших, что привело к гибели 25 ихванов. Только вмешательство находившегося неподалеку от места инцидента Ибн Сауда остановило кровопролитие. Инцидент с махмалем произошел в то время, когда в Мекке прохо­дил созванный саудовским правителем мусульманский конгресс. – Васильев А. М., цит. произв. С. 300–301.



М

Ислам Минбаре
Трибуна ислама —
Всероссийская газета мусульман

М

Медина аль-Ислам
Газета мусульман Евразии

А

Аль-Минбар

И

Ислам в Российской Федерации

Серия энциклопедических словарей

Ж

Минарет

Ежеквартальный евразийский журнал мусульманской общественной мысли

КНИЖНЫЕ НОВИНКИ:
  • Тебе, восток, я шлю привет... Исламский Восток в зеркале русской поэзии
  • Коранический гуманизм. Толерантно-плюлистические установки /Ибрагим, Тауфик Камель/
  • История Корана и его сводов /Муса Бигиев/
  • A modern perspective on jihad
  • Коранический гуманизм как основа системы просвещения российского мусульманства в XXI веке. Третьи Фахретдиновские чтения
Д
Ислам: Ежегодный официальный журнал Духовного управления мусульман Российской Федерации
Фаизхановские чтения
Мавлид ан-Набий
Форумы российских мусульман
 
Рамазановские чтения
Фахретдиновские чтения
Хадж российских мусульман
Современные проблемы и перспективы исламоведения и тюркологии
Ислам на Нижегородчине
Миграция и антропоток  на евразийском пространстве
Х
В Вашем браузере не установлен компонент Adobe Flash Player, поэтому Вы не можете увидеть отображаемую здесь информацию.

Чтобы уставновить Adobe Flash Player перейдите по этой ссылке
Н

ИД «Медина» награжден почетной грамотой за активную книгоиздательскую деятельность

Р

Информационные партнеры

www.dumrf.ru | Мусульмане России Ислам в Российской Федерации islamsng.com www.miu.su | Московский исламский институт
При использовании материалов ссылка на сайт www.idmedina.ru обязательна
© 2009 Издательский дом «Медина»
закрыть

Уважаемые читатели!

В связи с плановыми техническими работами наш сайт будет недоступен с 16:00 20 мая до 16:00 21 мая. Приносим свои извинения за временные неудобства.