Издательский дом Медина Официальный сайт
Поиск rss Написать нам

Новости партнеров:

Минарет №№ 37–38 | Радикализм и мусульмане: исторический и идеологический ракурс
25.12.2014


Страницы истории

 

Марат Хайретдинов
преподаватель Московского исламского института

 

 

 

Идеологическая борьба Абу Ханифы

Одним из тех, кто вел идеологическую борьбу с хариджитами, был известный ученый Абу Ханифа, по имени которого назван самый распространенный в исламском мире мазхаб.

«Как известно, хариджиты в корне отрицали такое понятие как третейский суд, ибо одним из основополагающих их лозунгов были буквалистски воспринятые слова: „Нет решения, кроме как от Аллаха“. Однажды один из хариджитских предводителей захватил Куфу и отправился к Абу Ханифе, к которому часто обращались с тяжбами, с тем, чтобы он рассуживал эти тяжбы по справедливости.

— Кайся! — обрушился на ученого предводитель хариджитов, едва только приблизился к нему.

— В чем? — оторопел правовед.

— В том, что ты допускаешь третейский суд — вынес свой вердикт хариджит.

— Ты станешь меня казнить или спорить со мной? — спросил имам, понявший, в чем дело.

— Конечно же, спорить!

— Но если у нас с тобой возникли разногласия о предмете спора, то кто же нас рассудит?

— Сам выбери угодного тебе.

— Сядь и рассуди нас в связи с нашим спором — обратился Абу Ханифа к одному из людей хариджитского предводителя. После чего, обратившись к самому лидеру, спросил его: — Согласен ли ты на то, чтобы он рассудил нас?

— Да, — подтвердил он.

— Вот и ты только что допустил третейский суд, — поставил в тупик предводителя хариджитов Абу Ханифа».

«Как-то хариджиты вновь вторглись в Куфу, а Абу Ханифа в это время проводил занятия в мечети.

— Не расходитесь! — сказал факих своим ученикам.

Вскоре пришли хариджиты, встали над ними и спросили:

— Кто вы?

— Мы, — ответил Абу Ханифа, — те, кто ищет убежища у Всемогущего и Великого Аллаха, Который говорит: Если какой-либо многобожник попросит у тебя убежища, то предоставь ему убежище, чтобы он мог слушать Слова Аллаха; затем доставь его в безопасное для него место...“.

Тогда лидеры хариджитов сказали:

— Не трогайте их! Читайте им Коран и отведите их в безопасное для них место».

Эти и другие истории показывают, что одной из главных ошибок хариджитского мировоззрения являлось их излишне буквальное и поверхностное понимание тех или иных предписаний Всевышнего. Не случайно известный мусульманский ученый аль-Куртуби отмечал: «Те, кто обвиняет в неверии за грехи, опираются на внешний смысл аятов, в частности, аята: А те, кто не судит согласно тому, что ниспослал Аллах, они и есть — неверующие. И так поступают хариджиты, но нет для них в этом доказательства». А такой авторитетный сподвижник как Ибн Умар указывал, что «хариджиты берут аяты, ниспосланные относительно неверующих, и применяют их по отношению к верующим».

Абу Ханифа жил во времена смены династий, смут, раздоров, что подразумевало анархию, которой и пользовались хариджиты. И потому он, как никто другой понимал необходимость и значимость мусульманского единства. Абу Ханифа и стал одним из тех, кто сумел «идеологически разгромить» хариджитов, обосновав это богословско-правовыми нормами. Не в последнюю очередь благодаря этому, данное движение впоследствии трансформировалось в более умеренное, сняв радикальную риторику с повестки дня.

К примеру, хариджиты утверждали, что всякий мусульманин, кто совершал большие грехи, является неверующим. Их идейный оппонент Абу Ханифа, напротив, говорит:

«Слово „куфр“ имеет определенное значение, а именно — полное отрицание. Именно так арабы понимают это слово из своего языка, на котором Аллах ниспослал Коран... И верующий — если, не отрицая, оставляет религиозную обязанность, то он именуется грешником». По формуле Абу Ханифы необходимо: «никого из „людей киблы“ не обвинять в неверии из-за греха; ни в ком не отрицать веру; призывать к доброму (одобряемому) и удерживать от дурного (порицаемого)».

Через все богословское наследие Абу Ханифы проходят идеи, конечная цель которых — показать неоправданность религиозных убийств. Одна из таких идей заключалась в тезисе о нетождественности, неравноценности веры деянию. «Деяние не есть вера, и вера не есть деяние; Утративший деяние не является утратившим веру, ибо обрел он веру без деяния», — утверждает Абу Ханифа в своем трактате.

Именно это ключевое утверждение лишает почвы те богословские конструкции, которые ведут к такфиру и — как следствие — убийствам на религиозной почве. И Абу Ханифа, основываясь на Коране и Сунне, твердо и неуклонно разъяснял, что: «Верующие равны в вере и единобожии, хотя и превосходя друг друга в деяниях своих...».

И действительно, если совершающий грехи, выходит из веры, то кем тогда следует считать тех сподвижников, которые воевали друг с другом, ведь грех братоубийства является одним из больших грехов. «Халиф Али называет воевавших с ним жителей Сирии верующими, — отмечает Абу Ханифа. Но разве были они правы в своих деяниях, если он воевал с ними?» Поэтому Абу Ханифа спрашивает: «Как же называть те две стороны, ведь одновременно они не могут быть правыми?! Если сочтешь, что они обе правы, то ты ошибешься; если посчитаешь, что обе заблуждаются, то снова совершишь ошибку; а если скажешь, что одна из них права, то как быть с другой? Поэтому, если скажешь: „Аллах знает лучше!“ („Аллаху а’лям“), то поступишь верно. Пойми же то, о чем я пишу: люди кыблы суть верующие. Я не исключаю их из веры за утрату чего-либо из религиозных обязанностей. Кто богопослушен во всех религиозных предписаниях и при этом верует, по нашему разумению, войдет в рай. Кто оставит веру и деяние, тот — неверующий, которому уготован ад. Кто же обрел веру, но утратил что-либо из религиозных обязанностей, тот — грешный верующий. И он в воле Аллаха: если Аллах пожелает, то накажет его, и если пожелает — то простит».

Марат Хайретдинов

Радикализм и мусульмане: исторический и идеологический ракурс

Радикализм и экстремизм уходят своими корнями в глубину веков и были свойственны самым различным народам и религиозным общинам. К большому сожалению, такие «крайние» убеждения нашли своих носителей и среди части мусульман.

«Вышедшие из повиновения»

Первыми радикалами в истории Ислама по праву считаются «хариджиты» (по-арабски: хаваридж, т. е. «вышедшие из повиновения»). Непосредственное образование этой группировки связано с ситуацией, которая возникла в результате сражения, произошедшего в 657 г. между войсками четвертого праведного халифа Али и не подчинившегося ему Муавии.

В стане имама Али оказалась группа, которая призвала остановить сражение, которое вот-вот закончилось бы победой армии четвертого праведного халифа. Именно они ослушались велений халифа, призывавшего не останавливаться и завершить разгром противостоящих им сил. И именно они уже после начала переговоров не приняли того делегата, которого предлагал имам Али, настояв на собственной кандидатуре. Все это и привело к тому печальному итогу, что решение, принятое «третейским судом», к которому обратились обе стороны, оказалось неправомочным и неприемлемым для большинства мусульман.

Несмотря на собственную вину, члены группировки обвинили в произошедшем абсолютно всех, включая и самого халифа Али, на стороне которого они совсем недавно сражались. Они были сильно раздражены после того, что произошло, и решили, что вся концепция Халифата полностью дискредитирована. Взбунтовавшись против четвертого праведного халифа, члены группы образовали отдельную партию и провозгласили девиз — «Ля хукма илля лиЛлях», что означает: «Нет решения, кроме как от Аллаха».

Порядка 12 тысяч воинов ушли из Куфы в селение Харура, в связи с чем поначалу их называли «харуритами». Летом 658 г. имам Али разгромил раскольников в сражении на берегах Нахравана (в Ираке). Однако та небольшая часть, что уцелела, принесла мусульманскому сообществу огромнейший вред.

Постановив для самих себя, что проблемы мусульман исходят от соперничества лидеров, уцелевшие фанатики решили убить и Али, и Муавию, и Амра ибн аль-Аса (третейского судью со стороны Муавии). Причем совершить это злодеяние они запланировали на один и тот же день в одно и то же время — во время публичной пятничной молитвы. Их план, однако, сработал не так, как задумывался. Амр остался цел и невредим, так как в тот день почувствовал себя нездоровым; убитым же оказался его заместитель. Муавия в Дамаске отделался незначительным ранением. И только имам Али был сражен насмерть фанатиком-хариджитом по имени Ибн Мулджам в дверях мечети Куфы. Так в возрасте чуть более 60 лет четвертый праведный халиф погиб шахидом (т. е. мучеником за веру) от руки первого в мусульманской истории псевдоисламского террориста-смертника.

Последнее предложение может кому-то показаться странным, однако оно явным образом отражает реальность. То, что убийца халифа Али фактически был «смертником», следует из того факта, что нападение произошло прямо возле мечети во время пятничной коллективной молитвы, т. е. террорист понимал, что у него не было никаких шансов на бегство. Он явно «шел на смерть», и это был его осознанный выбор.

То, что задумывалось членами хариджитской группировки в целом, так же следует считать скоординированной террористической атакой. Посудите сами — трое убийц в одно и то же время нападают на трех представителей мусульманской элиты, причем делают это под одним и тем же лозунгом. Если не брать в расчет отсутствие коммуникативных устройств и орудий убийств современного типа, все остальное является полной аналогией тех террористических актов, которые также часто осуществляются под лозунгами борьбы за якобы «правильный Ислам».

Хариджитская акыда (идеология)

Несмотря на то, что в политическом плане движение хариджитов оформилось лишь во время правления четвертого праведного халифа Али, предпосылки к возникновению такой группы были и до этого. Более того, можно смело утверждать, что идеология, подобная хариджитской, имела быть место во все времена и во всех регионах земного шара. Ибо одной из главных черт этого мировоззрения является принцип неприятия центральной власти.

В связи с этим совсем не удивительно, что основной базой для таких движений всегда являлись малообразованные, буквально воспринимающие те или иные предписания племена, наподобие бедуинских. Конечно, ни в коем случае нельзя обобщать всех и вся, и среди бедуинов, несомненно, было немало достойных представителей своих племен. Как сказано в Коране:

«Среди бедуинов есть и те, кто верует в Аллаха и в Последний день и надеется, что их пожертвования приблизят их к Аллаху и помогут заслужить молитвы Посланника за них. Воистину, пожертвования действительно являются для них средством приближения к Аллаху. Аллах введет их в Свою милость, ведь Аллах — Прощающий, Милосердный» (сура «Ат-Тауба», аят 99).

Если проанализировать историю возникновения непосредственно хариджитов, то можно увидеть, что многие мусульманские историки возводят ее еще ко временам Пророка (мир ему). Так, согласно одному из известных достоверных хадисов как-то во время раздачи Пророком (мир ему) имущества людям к нему подошел некий бедуин и обвинил его в несправедливом распределении этого имущества. Пророк на это ответил: «Кто будет покорен Аллаху, если не я? Мне доверили всех обитателей земли, а вы не доверяете мне?!» Далее же из уст Пророка (мир ему) прозвучали следующие слова: «Из таких вот людей выйдет народ, который будет читать Коран, но он не будет проникать дальше их глоток. Они будут убивать мусульман и призывать язычников. Они выйдут из Ислама подобно тому, как стрела пронзает дичь...» («Сахих» аль-Бухари).

В авторитетных сборниках хадисов приводится не одно подобное предание, и это свидетельствует о том, что и во времена Посланника Аллаха (мир ему) схожие с хариджитскими убеждения были распространены среди части бедуинских племен. Особенно это касается анархических настроений, то есть, нежелания подчиняться какой-либо власти вообще. Действительно, если бы такие воззрения не имели бы подходящей для них почвы, то после разгрома от войск имама Али для уцелевших хариджитов просто не осталось бы никаких шансов продолжать свою разрушительную деятельность. Однако они не только провели тройную террористическую атаку, в результате которой мученически погиб четвертый праведный халиф, не только развернули широкую сеть из числа своих эмиссаров, но и начали целую волну бунтов и мятежей.

«Спящие» до поры до времени анархические убеждения были сильно распространены среди немалого количества племен в самых разных уголках мусульманского мира. И, прежде всего, хариджитская пропаганда находила себе все новых и новых приверженцев среди замкнутых, в основной своей массе неграмотных и излишне воинственных общин.

Мнение мусульманских ученых

Если обобщить мнения мусульманских ученых относительно хариджитской идеологии, то среди ее основных отличительных черт можно выделить следующие:

— узость мышления и излишний буквализм 1;

— неприятие инакомыслия и разнообразия мнений 2;

— проявление чрезмерности как в области поклонения, так и в мирских делах;

— радикализм по отношению к грешникам, в том числе порой даже и к тем, кто совершал лишь небольшие прегрешения;

— широкое распространение практики обвинений в неверии («куфр»), многобожии («ширк») или отступничестве («ридда»);

— преступание границ дозволенного, и, как следствие этого, варварство и жестокость.

Некоторые примеры, приводимые известными мусульманскими учеными, показывают ту поразительно-парадоксальную логику мышления, которой следовала часть приверженцев хариджитских убеждений. Так, одни, обвиняя в отступничестве от Ислама тех мусульман, которые не поддерживали их идеи, не считали при этом вероотступниками ни христиан, ни иудеев, поскольку с их точки зрения те «не изменяли учению своих пророков». Другие дошли в своих убеждениях до того, что отрицали существование суры «Йусуф», указывая на то, что "поддержание неправедной с их точки зрения власти недопустимо«.3 Третьи полагали, что раз в Коране запрещены только «падаль, кровь, свинина и то, что заклано не ради Всевышнего Аллаха»4, то все остальное употреблять в пищу разрешается.

Еще одним парадоксальным набором качеств, характерных для приверженцев хариджитских убеждений, была их внешняя набожность, суровая аскетичность и чрезмерное усердие в поклонении. И здесь вновь следует вспомнить о словах Пророка (мир ему), который предупреждал своих последователей: «Поистине, ваши молитвы и посты по сравнению с их молитвами и постами будут казаться вам ничтожными» («Сахих» Муслима).

Как уже упоминалось, основным лозунгом хариджитских групп были слова: «Ля хукма илля лиллях» (т. е. «Нет решения, кроме как от Аллаха»). Данный призыв достаточно прост и на первый взгляд ясен, однако его буквальное истолкование явным образом заводит в идеологический тупик. Провозглашая данный лозунг, хариджиты подразумевали, что никто не вправе вершить суд над людьми, кроме Аллаха. В связи с этим халиф Али отмечал: «Они (хариджиты) говорят слова истины, подразумевая ложь. Действительно, нет суда, кроме как у Аллаха, но эти же подразумевают, что нет ни у кого права приказывать, кроме как у Аллаха, но у людей непременно должен быть повелитель, праведный или неправедный».

И тогда, и впоследствии призыв: «Ля хукма илля лиллях» (несмотря на правильный по своей сути смысл), к сожалению, стал источником «фитны», то есть, раздора и смуты. Причина этого кроется в том, что каждая группа, провозглашающая данный лозунг полагает и заявляет, что как раз они-то и должны осуществлять Божественную власть. Естественно, что с этим не соглашаются другие, причем, иногда, из числа членов этой же самой группировки. В результате и происходит распад единства мусульман, часто приводящий к жестоким и кровавым последствиям. Таким образом, напрашивается очевидный вывод о том, что одним из сопутствующих хариджитской идеологии факторов является элементарная борьба за власть. Этот фактор, по сути, лежит в подсознании, прикрытый ярким обрамлением якобы «религиозного рвения».

Если кратко подытожить все сказанное, то можно отметить, что, фактически, хариджиты сформировали одну из самых ранних в мусульманской истории религиозно-политических группировок. Они были полными пуританами, испытывали сильнейшую неприязнь к политике, и на первый взгляд стремились жить «в соответствии со Словом Аллаха». Хариджиты стремились провести в жизнь идею «Царства Божьего», но полагали при этом, что все прочие, кроме них, обречены на вечные муки. Их агрессивный идеализм привлекал большое число последователей во времена социальной или религиозной неустроенности, и это представляло серьезную опасность государственной власти в различные периоды истории. В добавление к этому их жестокие и агрессивные действия по отношению к инакомыслящим (прежде всего, из числа самих мусульман) несли смерть и страдания во многие регионы Халифата. И хотя это движение было религиозно-фанатичным, оно постепенно включило в себя и многие бунтарские группы, включая совершенно нетерпимые к любой установленной политической власти. Все это создавало внутренние конфликты и беспорядки, в связи с чем хариджиты достаточно быстро стали разделяться на различные группировки, часто враждовавшие и друг с другом.

Хариджитские движения

Хариджиты, конечно, не считали себя раскольниками и потому не признавали за собой такие названия, предпочитая броские и красивые имена. В то же время их часто называли по именам их предводителей или по названию местности, в которой они создавали свои опорные базы.

При этом внутри хариджитских группировок часто происходили внутренние конфликты. По этой причине через некоторое время они начинали разделяться на более мелкие группы. Однако перечисление всех известных из истории названий хариджитских группировок может занять достаточно много места. В связи с этим, вероятно, имеет смысл перечислить лишь самые крупные из них. Согласно известному историку Абуль-Фатху аш-Шахрастани среди таковых можно выделить следующие группы:

мухаккимиты, азракиты, наджиты, байхаситы, аджрадиты, салябиты, ибадиты, суфриты.

Основной тактикой хариджитских группировок было совершение набегов на города и поселения, захват в плен воинов правительственных войск или обычных, мирных жителей, а также грабеж имущества. Все это они полагали разрешенным, оправдывая свои преступные деяния тем, что якобы «сражаются против неверных и многобожников». Хариджиты поднимали бунты и мятежи и во времена Омейядов, и при Аббасидах. В некоторых регионах они и вовсе создавали, фактически, независимые государства, как, например, Мидрариды и Рустамиды в Северной Африке, просуществовавшие более 100 лет. А на небольшой период времени под хариджитским контролем оказывались даже священные города Мекка и Медина.

Как уже упоминалось, через небольшой период времени после своего появления хариджитские группы начинали разделяться на более мелкие группировки. Это происходило по самым разным причинам — начиная от идейных противоречий и заканчивая элементарными межличностными конфликтами. Так, к примеру, у Рустамидов основным поводом для внутренних конфликтов была та династическая форма правления, которую ввели первые рустамидские правители, при том, что согласно хариджитскому учению передача власти по наследству крайне порицается, а в некоторых случаях и вовсе отвергается.

Что же касается идеологических противоречий, то разделение по этому принципу происходило в зависимости от «крайности» убеждений. Например, часть хариджитов (известные как «азракиты») исповедовала столь радикальные воззрения, что считала неверующими не только тех, кто поддерживает центральную власть, но и всех тех, кто не принимал участие в их вооруженных акциях. Не переселившиеся в их военные лагеря также объявлялись «неверующими». Те же, кто переселялись, должны были пройти испытание посредством убийства пленников или рабов, и если они не совершали этого преступления, то сами предавались казни, причем объявлялись при этом многобожниками или лицемерами. Лидеры азракитов требовали от своих подчиненных обязательного соблюдения принципа «религиозно-политических убийств», применяя его не только к своим врагам, но даже и к своим единомышленникам, если они, по их мнению, «отсиживались дома». Очевидная жестокость и нетерпимость к любому инакомыслию в итоге привели к полному разгрому азракитской группировки.

Умеренные хариджитские группы (например, такие как «суфриты» или «ибадиты»), хотя также нередко выступали с оружием в руках, тем не менее, следовали менее жестким воззрениям. Поэтому отнюдь не случайно, что едва ли не единственными оставшимися наследниками хариджитов традиционно считаются «ибадиты», составляющие большинство жителей Омана. При этом, однако, следует понимать, что такое наследие является вторичным, поскольку в идеологическом плане ибадиты Омана уже давно отошли от радикальных установок и вовсе не представляют какую-либо угрозу мусульманскому сообществу (как это было с прежними хариджитами). Современные оманские ибадиты — это вполне умеренные представители уммы. По сути, они являются ибадитами лишь по фикху, а не по акиде. И они никак не могут сравниваться с теми современными радикалами и экстремистами, которые совершают террористические атаки в разных уголках мира, выступая при этом под «псевдоисламскими» лозунгами.

Наследники хариджитов

Идейными, а значит — главными, основными наследниками хариджитов в современную эпоху, безусловно, являются так называемые «такфиристы» — то есть, те, кто обвиняет большую часть мусульман в неверии, лицемерии или многобожии и проповедует хариджитские идеи «необходимости религиозно-политических убийств» всех, кто мыслит не так, как они. Группировки с такого рода идеями мы видим сегодня в Ираке, Сирии и других странах. И об этом тоже предупреждал Посланник Аллаха (да пребудет над ним мир и милость Всевышнего Аллаха), сказав буквально следующее: "Появятся люди из моей общины, которые будут читать Коран, но он не будет опускаться ниже их глоток. Они будут появляться каждый век и будут разгромлены...".5


1 Под «буквализмом» подразумевается буквальное понимание тех или иных фраз и малый уровень образного мышления или его неприятие.

2 Мусульманские ученые говорили по этому поводу, что хариджиты являются самыми упрямыми в следовании только собственным убеждениям. При этом следует отметить, что «разнообразие мнений» является неотъемлимой частью шариата и именуется как «ихтиляф».

3 Дело в том, что именно в этой суре рассказывается о том, как Всевышний Аллах утвердил пророка Йусуфа (Иосифа) на чужой земле и привел его к тому, что он сумел занять важный пост при правителе. Увидев в этом противоречие со своими анархическими убеждениями, часть хариджитов и пришла к своему парадоксальному решению. Еще одним поводом для отрицания этой суры явилось наличие в ней «истории о страстной любви», что никак не могло уложиться в их логику мышления.

4 Сура «Аль-Бакара», аят 173.

5 «Сунан», ибн Маджа.



М

Медина аль-Ислам
Газета мусульман Евразии

М

Ислам Минбаре
Трибуна ислама —
Всероссийская газета мусульман

А

Аль-Минбар

И

Ислам в Российской Федерации

Серия энциклопедических словарей

Ж

Минарет

Ежеквартальный евразийский журнал мусульманской общественной мысли

КНИЖНЫЕ НОВИНКИ:
  • Вера и добродетель. Книга II из цикла «Проповеди» /И. А. Зарипов/
  • Коранический гуманизм. Толерантно-плюлистические установки /Ибрагим, Тауфик Камель/
  • История Корана и его сводов /Муса Бигиев/
  • Пустыня внемлет Богу: хрестоматия /сост. М. И. Синельников/
  • Исламская мысль: традиция и современность. Религиозно-философский ежегодник. Вып. 1(2016)
Д
Ислам: Ежегодный официальный журнал Духовного управления мусульман Российской Федерации
Фаизхановские чтения
Мавлид ан-Набий
Форумы российских мусульман
 
Рамазановские чтения
Фахретдиновские чтения
Хадж российских мусульман
Современные проблемы и перспективы исламоведения и тюркологии
Ислам на Нижегородчине
Миграция и антропоток  на евразийском пространстве
Х
В Вашем браузере не установлен компонент Adobe Flash Player, поэтому Вы не можете увидеть отображаемую здесь информацию.

Чтобы уставновить Adobe Flash Player перейдите по этой ссылке
Н

ИД «Медина» награжден почетной грамотой за активную книгоиздательскую деятельность

Р

Информационные партнеры

www.dumrf.ru | Мусульмане России Ислам в Российской Федерации islamsng.com www.miu.su | Московский исламский институт
При использовании материалов ссылка на сайт www.idmedina.ru обязательна
© 2009 Издательский дом «Медина»
закрыть

Уважаемые читатели!

В связи с плановыми техническими работами наш сайт будет недоступен с 16:00 20 мая до 16:00 21 мая. Приносим свои извинения за временные неудобства.