Издательский дом Медина Официальный сайт
Поиск rss Написать нам

Новости партнеров:

НИЖЕГОРОДЕЦ МАХМУД ЮСУПОВ – ПЕРВЫЙ ИМАМ ЯРОСЛАВСКОЙ МЕЧЕТИ (1878–1922) / В. В. Черновская /
12.12.2011

 

 

Пристани на правом берегу Волги

Волжский рейд под Ярославлем

Московская застава в Ярославле

Тир и карусели на ярмарке

Ярославль. Угол Большой Федоровской улицы и Московского шоссе

Качели и карусели на ярмарке

Железнодорожный мост

Император Николай II

Ярославль. Вокзал Северных железных дорог

Ярославль. Общий вид пристаней на Волге

 

 

Хроника строительства мечети

Весной 1911 года городская управа под нажимом епархии обратилась в Думу с ходатайством об изъятия участка, отведенного под устройство мечети. В ее мартовском докладе, представленном в Думу, это мотивировалось следующими причинами.

«Отведенный для нее участок, огороженный забором, к постройке мечети отношения не имеет. Истекло со времени отвода уже более трех лет, а магометане еще не приступили к строительству и до сих пор. По сим соображениям и принимая во внимание, что городским управлением ощущается крайний недостаток свободных от построек земель в городской черте, а между тем в таких участках оно крайне нуждается, городская управа полагала бы со своей стороны обратить участок городской земли, отведенный под постройку мечети, в распоряжение городского управления, предварительно запросив у имама Юсупова о положении дела по постройке мусульманской мечети»[1].

Дума ответила категорическим отказом в передаче участка городской управе, справедливо резюмировав в своем решении, что «ее решение под устройство мечети вошло в законную силу с 9 октября 1908 года. Ныне на ней возведено деревянное строение, в котором мулла проводит богомоления, и было бы справедливо затребовать с него объяснительную о задержке сроков строительства, а не заниматься изъятием участка, подготовленного мусульманами к возведению мечети»[2].

В ситуации, угрожавшей изъятием участка, имам М. Юсупов решил форсировать события. 11 мая 1911 года он уведомил городскую управу, «что община ярославских магометан приступает к началу строительных работ на отведенной под постройку мечети земле по Малой Петропавловской улице»[3].

Без согласия Думы передача участка в распоряжение городского управления не представлялась возможной. Поэтому градоначальник дал добро на строительство и поручил надзор за ним архитектору В. Н. Вахромееву, члену городской управы. Однако его рапортов о ходе работ не последовало. Их и не могло быть. У имама М. Юсупова еще не было официального разрешения на возведение мечети, утвержденного губернатором.

Чтобы такое разрешение состоялось, необходимо было представить ее эскизный проект в связке с пакетом сопроводительных документов. Согласно статьям строительного устава «О построении магометанских мечетей» в пакет сопроводительных документов входили: 1) заявление махалли, составленное в форме общественного приговора, в котором прихожане соглашались содержать мечеть и духовных лиц при ней за свой счет; 2) заключение ОМДС о необходимости ее постройки согласно обозначенному плану; 3) заключение местной епархии, что препятствий с ее стороны к устройству магометанской мечети по выработанному плану не имеется; 4) заключение городской управы об отводе земли под ее строительство; 5) согласие лица, берущего на себя надзор за ходом строительных работ и их соответствием строительно-техническим нормам возведения публичных зданий.

Со времени представления чертежной документации и всех сопроводительных бумаг в губернскую канцелярию всеми архитектурно-техническими вопросами предполагаемой постройки мечети вновь занималось строительное отделение управления. Оно проводило экспертизу на соответствие представленного плана и чертежей строительным правилам и принимало решение. Оформленное протоколом комиссии, состоявшей из чиновников этого отделения, решение – положительное или отрицательное – направлялось на окончательное утверждение губернатору.

По обязательной бюрократической процедуре тех лет дело о разрешении постройки в Ярославле каменной мечети продвигалось более года.

План и необходимые чертежи были представлены в двух экземплярах в канцелярию губернского правления летом 1911 года, откуда один из них был направлен на рассмотрение техническими чинами строительной комиссии, а другой – в Уфу, на экспертизу ОМДС.

Наряду с культовыми зданиями других конфессий, городские мечети возводились в соответствии с правилами Строительного устава, рекомендующими при разработке чертежной документации брать за основу образцовые проекты мусульманских культовых зданий. Разработанные ОМДС и утвержденные правительством, они были призваны унифицировать архитектуру мечети.

Г. В. Саренко спроектировал каменную джами с учетом этих рекомендаций. Поэтому к ее плану и фасаду у строительной комиссии не возникло принципиальных возражений. Но, ссылаясь на единые требования к городским публичным зданиям, она указала на несоблюдения открытого пространства вокруг нее: «не мене как на десять сажен» до других обывательских строений. А такое расстояние при размерах участка, выделенного под строительство мечети, было, по ее мнению, недостижимо[4].

Вопрос о том, каким должен быть минарет – каменным или деревянным, комиссия оставила открытым. Не усматривая законных оснований к запрещению «строить деревянную башню», она настаивала лишь на изменении ее конструкции, «чтобы башня имела солидное основание и была бы поставлена не на затяжках стропил крыши»[5].

Осенью пришел ответ из Уфы. В своем письме от 24 ноября 1911 года Духовное собрание сообщало губернскому правлению, «что за неимением в Ярославле мечети и многого числа магометан, проживающих в нем, считает постройку в городе соборной мечети, согласно обозначенному плану, необходимой»[6].

В первых числах февраля 1912 года чертежи с исправлениями, внесенными в план мечети, имам М. Юсупов вторично представил на рассмотрение и утверждение строительной комиссии. А через месяц губернское правление озаботило махаллю повтором общественного приговора. В нем она должна была «удостоверить, что при мечети имеется не менее 200 наличных душ мужского пола и, чтобы общество долженствующее составить новый приход, изъявило надлежащим образом в общественном приговоре свое согласие на доставление средств для содержания предполагаемой к постройке мечети и нужного при ней духовенства»[7].

Через десять дней требуемый документ был представлен в канцелярию правления. В нем сообщалось: «1912 года 14 марта, мы, нижеподписавшиеся прихожане Ярославской магометанской мечети, быв сего числа на нашем общем собрании в присутствии нашего муллы Махмуда Юсупова вследствие предписания губернского строительного отделения, заявленного нашему мулле, что мы должны доложить настоящим приговор, обеспечивающий постройку каменной мечети в г. Ярославле взамен измененного плана первоначально таковой из деревянной, посоветовавшись между собой, единогласно постановили обеспечить существование мечети и духовенства нашими частными приходскими доходами»[8].

Приговор подписали 256 магометан (мужчин). 45 человек расписались сами – на русском и татарском языках. За неграмотностью остальных по их личной просьбе расписался крестьянин Нижегородской губернии Кутдусь Аксянов.

Поскольку городская управа претензий к плану и фасаду будущей мечети не имела, а вопрос об изъятии участка под ее постройку больше не поднимала, окончательное решение строительной комиссии зависело теперь от заключения местной епархии.

Духовная консистория представила свое решение 15 июня 1912 года. Епархиальное начальство уведомляло губернское правление, что с его стороны препятствий к устройству магометанской мечети по выработанному проекту «за городом, а не в черте его, не встречается»[9].

Строительные правила (статья 156) обязывали чиновников считаться с мнением руководства православной церкви. Так поступил и председатель строительной комиссии, губернский инженер В. П. Новиков. Уведомив М. Юсупова о позиции епархии, он предложил махалле другой участок под устройство мечети, вне городской черты, за Романовской заставой, сопроводив это предложение разъяснениями, что «если магометанское общество пожелает выстроить означенную мечеть за городом, то необходимо представить в губернское правление план местности в двух экзмеплярах»[10]. Со времени первого прошения имама М. Юсупова об отводе участка под устройство мечети прошло уже почти пять лет, из которых два года ушло на его межевание и оформление необходимых документов. На этой земле уже существовало деревянное строение, в котором он проводил общественные намазы. Канонически и, если следовать духу российского законодательства, регулирующего деятельность исламских институтов, то и де-факто это строение признавалось соборной мечетью.

В случае, если махалля согласилась бы на предложение председателя строительной комиссии, то ее возвращение к положению прихода при виртуальной мечети становилось неизбежным. Даже при благоприятном исходе, т. е. быстром отводе нового участка под постройку мечети, в чем мусульмане были далеко не уверены, возбуждение ходатайства о нем, межевание с последующим оформлением документов на владение им потребовало бы немалого времени. Чиновно-бюрократическая машина, как они убедились на своем опыте, не отличалась особой поворотливостью.

Три месяца махалля готовила ответ. Представленный в форме очередного прошения, он был доставлен М. Юсуповым в губернскую канцелярию 14 октября 1912 года.

«Имея в виду:

1, что принципиальное согласие ярославского епархиального начальства о постройке мечети в деле строительного отделения уже имеется;

2, что постройка мечети вне черты города хотя и возможна, но затруднительна для общества как потому, что Городскою думою уже отведена земля в пределах города Ярославля и о новом участке придется возбуждать новое ходатайство, так и потому, что это противоречило бы интересам прихожан в смысле отдаления мечети;

3, что отведенный Думою участок настолько удален от центра города и церквей православных и глух, что может считаться менее центральным, чем тот, который могла бы, по наведенным нами справкам, отвести Городская дума из земли за Романовской заставой;

4, что никаких законных оснований к устройству мечети вне города Ярославля, а не на отведенном участке, епархиальным духовным начальством не указано в заключении;

5, что мы по сему заявляем о желании общества устроить мечеть на отведенном Городской думою участке – покорнейше просим утвердить представленный нами проект мечети и выдать план с установленной подписью»[11].

Прошение рассматривалось месяц. 16 ноября 1912 года протокол строительной комиссии, заверенный подписями технических чинов губернского правления, был направлен «на благоусмотрение губернатора».

На этот раз комиссия встала на сторону мусульман. Она докладывала:

«Рассмотрев означенный проект мечети, строительное отделение находит его составленным правильно и подлежащим утверждению. Претензий к ее плану и фасаду со стороны духовных инстанций не имеется. В том, что касается существующих относительно построек мечетей законоположений, то в них не имеется указаний, чтобы мечети не могли быть возводимы в черте города»[12].

Ссылаясь на ст. 156 Строительного устава, «в том смысле, что построение мечети допускается только в таком случае, если от этого не может произойти соблазна в вере для живущих вместе с магометанами православных и новокрещенных татар, строительное отделение считает необходимым указать, что Малая Петропавловская улица и образующий угольный участок переулок могут быть причислены к наиболее глухим улицам города. Православных церквей в рассматриваемом и соседних кварталах не имеется. Наиболее близкая к мечети церковь находится на расстоянии двухсот сажен»[13].

Далее комиссия докладывала, что технический надзор за постройкой мечети письменно обязался взять на себя инженер-механик Лоран. Остальные прилагаемые к ее проекту сопроводительные документы «присутствуют в наличии»[14].

20 ноября 1912 года, т. е. через четыре дня, протокол вернулся из канцелярии губернатора в исходящую инстанцию с краткой резолюцией шталмейстера двора его императорского величества, действительного статского советника графа Д. Н. Татищева: «Препятствий не чинить»[15].

Мусульмане сразу же приступили к началу строительных работ, а в 1913 году они шли уже полным ходом.

Свое поражение в противостоянии с ревнителями мусульманской веры архиепископ Тихон воспринял болезненно. С ним случилось нечто вроде нервного срыва. В мае 1913 года, в год 300-летнего юбилея царствования дома Романовых, когда во время поездки по Волге Николай II встречался в Ярославле с представителями проживающих здесь конфессий, он заявил, что не явится на встречу с императором, если там будут магометане. И хотя мусульмане готовились к этой встрече, они уступили настойчивым просьбам губернских чиновников не участвовать в мероприятиях, чтобы не омрачать государя скандалом, который может быть спровоцирован угрозой главы православной епархии.

В июне 1914 года двери Ярославской соборной мечети открылись для молитвы. В августе следующего года началось возведение кирпичного минарета. Наблюдение за ходом работ, закончившихся осенью, вел автор его проекта, архитектор Г. В. Саренко.

В пересечении незримых линий, определявших географическое положение Ярославской джами, присутствовала координата, невольно воскресающая историческую протяженность мира Ислама. Она родилась и обрела свое воплощение в архитектурных формах на одном меридиане с Меккой.

По состоянию на 1917 год активными прихожанами мечети числились 550 человек, в том числе 400 мужчин и 150 женщин. Подавляющее большинство из них были выходцами из Нижегородской губернии.

Подворная перепись населения, проведенная в Ярославле в том же году, сообщила, что имам М. Юсупов с семьей живет в квартире, устроенной в цокольном этаже мечети. Здесь же проживал Невретдин Жедиханов, исполнявший обязанности муэдзина и сабиана (учителя начальных классов) в мектебе при мечети. Владельцем земли и строений на ней значилась магометанская мечеть[16].


[1] ГАЯО. Ф. 509, оп. 1, д. 1225, л. л. 23 об.

[2] Там же, л. 13 об.

[3] Там же, л. 22

[4] ГАЯО. Ф. 80, оп. 1, д. 2498, л. 2, 3

[5] Там же, л. 29

[6] Там же, л.л.2 7,27 об.

[7] Там же, л. л. 2,3

[8] Там же, л. л. 12, 12 об.

[9] Там же, л. 20

[10] Там же, л. 22 об.

[11] Там же, л. 22

[12] Там же, л. л. 29, 29 об.

[13] Там же

[14] Там же, л. 29 об.

[15] Там же, л. 22

[16] ГАЯО. Ф. 642, оп. 2а, д. 715, л. л. 232, 232 об.



М

Медина аль-Ислам
Газета мусульман Евразии

М

Ислам Минбаре
Трибуна ислама —
Всероссийская газета мусульман

А

Аль-Минбар

И

Ислам в Российской Федерации

Серия энциклопедических словарей

Ж

Минарет

Ежеквартальный евразийский журнал мусульманской общественной мысли

КНИЖНЫЕ НОВИНКИ:
  • Вера и добродетель. Книга II из цикла «Проповеди» /И. А. Зарипов/
  • Коранический гуманизм. Толерантно-плюлистические установки /Ибрагим, Тауфик Камель/
  • История Корана и его сводов /Муса Бигиев/
  • Пустыня внемлет Богу: хрестоматия /сост. М. И. Синельников/
  • Исламская мысль: традиция и современность. Религиозно-философский ежегодник. Вып. 1(2016)
Д
Ислам: Ежегодный официальный журнал Духовного управления мусульман Российской Федерации
Фаизхановские чтения
Мавлид ан-Набий
Форумы российских мусульман
 
Рамазановские чтения
Фахретдиновские чтения
Хадж российских мусульман
Современные проблемы и перспективы исламоведения и тюркологии
Ислам на Нижегородчине
Миграция и антропоток  на евразийском пространстве
Х
В Вашем браузере не установлен компонент Adobe Flash Player, поэтому Вы не можете увидеть отображаемую здесь информацию.

Чтобы уставновить Adobe Flash Player перейдите по этой ссылке
Н

ИД «Медина» награжден почетной грамотой за активную книгоиздательскую деятельность

Р

Информационные партнеры

www.dumrf.ru | Мусульмане России Ислам в Российской Федерации islamsng.com www.miu.su | Московский исламский институт
При использовании материалов ссылка на сайт www.idmedina.ru обязательна
© 2009 Издательский дом «Медина»
закрыть

Уважаемые читатели!

В связи с плановыми техническими работами наш сайт будет недоступен с 16:00 20 мая до 16:00 21 мая. Приносим свои извинения за временные неудобства.