Издательский дом Медина Официальный сайт
Поиск rss Написать нам

Новости партнеров:

Бухарские воспоминания. 20 лет служения имамом /Умар Идрисов/
11.02.2009

Какая наша молодежь? Что посеешь, то пожнешь!

Как-то я записал сам для себя: «Нет большего счастья для молодого человека, чем осознание того, что он не совершил поступков, достойных раскаяния. И счастлив старик, который, вспоминая юношеские годы, не находит в них чего-либо, что лишило бы его покоя в старости и испортило ему настроение!».

Всем нам приходится, кому время от времени, а кому постоянно, думать: какова наша молодежь вообще и мусульманская в частности, молодые служители Ислама? В отличие от нашего поколения «бухарских имамов» многие из них учились в далеких Исламских странах. Туда они поехали получать классическое Исламское образование, которого, конечно же, мы были лишены в годы, когда советская власть навязывала всем атеизм. Так что теоретически мы должны были бы получить от этой новой молодежи только самое лучшее… Так многим казалось, но реальность обернулась своей неласковой стороной.

Кто в начале 1990-х годов уехал за рубеж, чтобы обучаться Исламским наукам? Признаемся честно: уехали ребята разного уровня, и печально, что многие — из неблагополучных семей, духовно неустойчивые. Да, это были в основном двоечники и троечники, от которых родителям хотелось избавиться, у которых здесь ничего не клеилось и ничего хорошего здесь не ожидало…

Теперь мы, все российское общество и наша умма, пожинаем то, что посеяли. А что именно? Экстремизм под маской религии! Тупость, помноженную на отсталость. Дело в том, что тогда еще никто не осознавал вторую, негативную сторону реальности: во многих странах, которые мы привыкли причислять к Исламским, по сути, история застыла: где в XIX веке, где в XVIII столетии, а есть государства, которые все еще пребывают и в более далеком средневековье. Россия-то ушла вперед, а ребята поехали учиться туда, где царит дух средневековой замкнутости, религиозного начетничества и даже нетерпимости. Там внимательно отслеживают, какого покроя у тебя рубаха, какой длины штаны, как ты складываешь ступни во время намаза, какой палец кладешь выше, а какой ниже… и при этом им кажется, что в этом заключается религия, чистота веры!

В своей мелочности они забыли о главном — о любви и всеохватывающем милосердии. Да, все мы тысячи раз твердим одно из священных имен Аллаха ар-Рахман (Всемилостивый), — но к жизни своей его не применяем, будто это что-то не для нас сказанное… нечто заоблачное.

Так вот какая картинка стала проясняться. Наши плохо развитые и малообразованные ребята, которые не находили себе места в жизни, в годы перемен, кризисов, подчас даже голода в некоторых семьях (и в этом им нельзя не сочувствовать!) попадают к суровым наставникам, которые, избегая всего богатства и широты Ислама, твердят о мелочах и настраивают ребят враждебно… даже по отношению к собратьям-мусульманам, которые, повторю, не так ручки-ножки складывают. Что они могли усвоить у таких арабских или афганских наставников? Тогда мало кто понимал, что наши дети едут учиться буквально из ХХ века… в средневековье.

Да, да — многие мусульманские страны застряли в историческом развитии и до сих пор учат своих детей по явно устаревшим меркам. И дело тут не в Коране и Сунне, а в том, как их понимать и использовать для ориентации в современной жизни. Можно ведь все подряд читать, но что-то надо отодвигать на задний план, а что-то выделять и подчеркивать. На это нам дан разум. А разум ой как высоко ценится в Исламе! Но если люди сохраняют менталитет двухсотлетней давности, что они могут дать человеку нашего времени?

Однако как Вы можете так рассуждать! — скажут мне люди, помнящие, что в советское время у нас вообще невозможно было получить полноценного религиозного образования. Отвечу. Да, мусульмане России были сильно стеснены внешне, но традицию все же не потеряли. Более того, у нас в Поволжье мы всегда помнили о татарских просветителях начала ХХ века, которых назвали «джадидами». Они еще тогда поняли причину упадка всей Исламской цивилизации по сравнению с европейской. На первом месте — то, что «врата иджтихада» оказались закрыты! Жизнь менялась, рождались и гибли государства, появлялись новые науки, делались невиданные открытия, — а мусульманам говорили, что все в религии давно уже известно и прописано учеными, а все новшества — от шайтана и происходят в мире неверных…

Вот и доигрались, допрятались от жизни! В итоге почти все Исламские страны оказались под колониальным игом. Почему мусульмане опустились на колени? Да потому что успокоились в самолюбовании, залюбовались на себя в зеркало да и уснули! Вместо открытой, честной дискуссии по всем вопросам меняющейся жизни и вместо напряженной работы ума — бесконечное повторение, зубрежка того, что было гениально для своего времени, а потом… может измениться, или вовсе потерять силу.

Почему в Коране так сказано: «Я не изменю вам ничего до тех пор, пока вы сами не начнете меняться?» А потому что Аллаху не нужны лентяи и любующиеся в зеркало зубрилы. Разве таким был наш Пророк? И разве так он ориентировал своих сахабов?

Так что поехали было за классикой Ислама, а попали в застой. У нас же, татар Поволжья, не погас интерес к развитию Ислама, мы не заснули — ведь нас так сильно били и гоняли, что спать просто не удавалось! Мы ждали этого часа рассвета, свободы — и он, по милости Аллаха, настал. Нельзя нам забывать о тех мыслях, которые для нас оставили наши учителя — джадиды.

Все, что я сейчас сказал критического в адрес зарубежных учебных заведений по Исламу, не принимайте как схему и догму и огульное охаивание всех и вся. Жизнь многообразна и, конечно, в той же Саудовской Аравии и Пакистане есть чему учиться, везде есть разумные и живые люди. Я говорю об общей тенденции.

Однако, хвала Аллаху! — уехали на юг и другие, сознательные и толковые ребята. И я ими теперь могу только гордиться. Они учились здесь сначала в воскресных школах, потом в Башкортостане в первом медресе, открытом арабами после перестройки. И — что крайне важно — они уже имели наше народное татарское понимание Ислама: их воспитали общение с мудрыми бабаями и простым народом, сохранившим традиции. Эта очень значимо.

Они не «прыгнули в Ислам» из двоечников-троечников, но были отличниками в школах, плавно влились в мусульманскую жизнь своего народа с его навыками и, в частности, с полной готовностью к мирному сосуществованию с иными людьми — вот главное!

Скажу прямо: судьба татар в Российском государстве небезоблачна. Не добровольным было вхождение в этот большой царский, а потом имперский двор: вспомните покорение Казани в 1552 году! И такой уж у нас в результате сложился характер. Бабаи наши жили всегда в тревоге: старались держаться мирно и даже дружелюбно по-соседски, но постоянно помня при этом старинную татарскую пословицу «Урыс дустын булсын – биленда балта булсын» («Пусть твоим другом будет и русский, но топор всегда наготове держи»). Вот еще дед мой наказывал нам: по-русски не говори в доме, на русской не женись! А иначе что делать? Как выжить народу? Как веру да язык сохранить?

Говорю это не из-за национализма — просто в такой вот крепкой и даже замкнутой среде сохранился Ислам. Пойди-ка на улицу со свечой — задует, если ладошкой не закроешь! А еще надежнее — в колпаке стеклянном, в фонаре огонь держать. Так и с традициями. Вот почему именно воспитанные в нашей среде юноши и смогли по-настоящему развиваться и учиться за границей только хорошему.

У меня двое воспитанников уехали в Саудовскую Аравию — наш городской Дамир Мухетдинов и деревенский, Равиль Фатехов. Равиль даже раньше на два года уехал, чем Дамир. Но здесь, в России, во время каникул женился и заявил, что с женой не расстанется, поэтому саудовцы его больше не пустили. Теперь он имам у нас в деревне Татарское Маклаково, там две мечети, и он в одной из них кое-как ведет джума. Ни светского образования он не завершил, ни религиозного — так и остался неучем.

И что за короткое время заложили у него в Саудии — мол, садаку нельзя брать, на меджлис не ходи! — так эта недалекость в нем и осталась. Продает сельхозтехнику, топчется на одном месте — вот такой у нас недоученный имам деревенский…

Рустам Батров — другой мой талантливый ученик, главный редактор российского журнала Исламской доктрины «Минарет». Сейчас решил, что свою фамилию вернет к первоначальной тюркской форме — не Батров, а Батыр. Именно он автор первой на русском языке солидной монографии об имаме Абу-Ханифе, которую мы напечатали в издательском доме «Медина» в 2007 году в серии «Ханафитское наследие». Затем мы издали и сборник «Вместо реформы» его богословских и публицистических работ, выступлений. Приятно видеть появление и мужание молодого Исламского ученого у тебя на глазах!

Как много раньше и в Москве, и в Казани говорили о нашем «традиционном Исламе» и его стержне — ханафитском мазхабе, но ни биографии основателя мазхаба, ни справочника по ханафитскому фикху никто так и не написал, не издал. И это за целых 15 лет свободы религии в новой России! У меня же на глазах из совсем еще зеленой молодежи выросло, точнее вырастает, новое поколение грамотных, трудолюбивых и плодотворно действующих алимов. Хвала Аллаху!

Но вернемся к Рустаму. Он успешно окончил Московский Исламский колледж. Там его любимым наставником стал профессор, доктор философских наук Тауфик Ибрагим, выходец из Сирии, председатель Общества Исламоведов России, сотрудник Института востоковедения Российской академии наук. Но в первую очередь доктор Тауфик — блестящий, выдающийся востоковед и Исламовед нашего времени. Кстати, немало времени он отдал изучению нашего татарского наследия рубежа XIX—XX веков и его по праву можно назвать продолжателем линии Марджани, Фаизханова и Бигиева.

Мы уговаривали Рустама сразу после окончания колледжа в Москве поступить в вуз, окончить аспирантуру. Но он избрал иной путь: в Ярославле женился и до недавнего времени работал там имамом. Теперь ему ничего не надо — только книги, да журналы, да учитель Тауфик Ибрагим… А я, когда листаю свой фотоальбом и рассматриваю лица моих воспитанников, всегда вспоминаю его: вот открывали мечеть «Тауба» — и он маленький сидит, Рустамчик! Это первые мои пацанята, им лет по 12—15… Теперь все здесь работают, получили религиозное образование. Но я подталкиваю их к джадидскому пути: если ты в современном городе работаешь, то должен быть профессионалом, значит, надо иметь и второе, светское образование!

Если кто в деревне ведет свою жизнь как имам, это хорошо, но там иное положение. В деревне нужен «имам плюс учитель» или «имам плюс врач», а лучше бы и все эти специальности вместе. Посмотрим на экономику: чтобы содержать имама, нужно не менее 300 домов активных мусульман, которые будут обеспечивать ему зарплату — так, чтобы он спокойно работал! Он не должен бегать за 20 копеек на меджлисы, не должен переживать: мол, если не помолится над барашком жертвенным, то не дадут ему три рубля… Вот где выход: или местная община твердо и надежно обеспечивает его, или же он еще работает (и получает зарплату) на второй светской работе. Ведь в Исламе это не только не запрещено, но наоборот: чем больше имам может пользы людям принести, тем выше его статус, больше ему уважения. И к тому же больше финансовой независимости.

Особо скажу о моем ученике Дамире Мухетдинове. Он-то совсем другое дело: отличник, хорошо учился в школе, музыкой занимался. Сразу видно, что такие ребята удачно делают карьеру в любых науках или бизнесе. Другой такой нормальный пошел бы иной дорогой — но вот он влюбился в Ислам! И теперь он моя правая рука, руководитель аппарата ДУМНО. Я отправил его учиться в Мекку. Во время каникул он вовсю занимался воскресными школами, объездил почти все татарские села области. А когда прошло так три-четыре года и он у арабов отучился, спрашивает меня: что дальше? Стоит ли образование в Саудовской Аравии продолжать?

Я ему говорю: «Ты сам смотри. По-арабски можешь говорить, читать и думать?» — «Могу». — «Ну, тогда сам решай: можешь дальше учиться за границей, а здесь жизнь идет стремительно, еще годик-другой, и совсем отстанешь и перестанешь понимать, что у нас в России происходит. Иди дальше, если не боишься!» — «Нет, нет. Возвращаюсь домой!» — «Тогда давай получай светское образование, иди в наш университет, к Олегу Алексеевичу Колобову, на факультет международных отношений».

И Дамир послушался. Теперь он кандидат политических наук, заместитель Олега Алексеевича в Институте стратегических исследований. Более того, недавно губернатор Нижегородской области Валерий Шанцев пригласил моего Дамира стать членом Общественной палаты. Вот его развитие, обучение, профессиональный рост и гражданская позиция — норма для современного молодого мусульманина в России. Он воспитан в наших татарских традициях, у него живое знание арабского языка плюс английский (и еще учит другие языки). К тому же он светский дипломированный политолог и участвует в развитии институтов гражданского общества, в Общественной палате Нижегородской области. Это и есть осуществление замыслов наших предков-джадидов.

И вот таких три человека у меня сейчас в ДУМНО работают, они получили образование в Саудии: Дамир Мухетдинов, Абдулбари Муслимов и Мунир Беюсов — хорошо трудятся на благо всем нам.

А с троечниками одни конфликты. Они нам твердят: «Вы старики и жили при советской кяфирской власти, ваши прадеды тоже жили при империи кяфиров и не могли держать связь с учеными Ислама за рубежом. Какой вообще может быть у татар Ислам после падения в 1552 году Казани?»

Но ведь они и там, в арабских странах, никому не нужны, и здесь не нужны: дай им книгу перевести — не могут! Проповедь попросишь сказать, хутбу для народа — не могут! Их любимое занятие — это игры в подполье, они просто разгильдяи. Но есть и еще худшие — это революционеры. Они всегда и со всем несогласны, к созиданию не способны, их так вылепили из троечников! Нормального русского языка они не знают, не выступят ни по телевидению, ни по радио, не переведут арабскую книжку, но «за Ислам поболеть» и дедов поругать — это пожалуйста!

Мне иногда предлагают приставить их к какому-нибудь делу. Но как с ними работать? Взять в нашу структуру, чтобы не просто числиться, а работать! Троечники пошли путем разрушения, а отличники — путем созидания. Если троечники (не дай Бог!) вытеснят отличников, то будут лишь орать «Аллах акбар!», да так, что в Кремле будет слышно. А вот туалеты у них останутся обгажены, книг вообще не будет, сайтов не будет… И между ними будет вечно кипеть противоборство. Посмотрите на них: они на базаре небритые и немытые, такими же приходят в мечеть, а ведь на джума надо ходить в белой рубашке! Сколько я ни говорил им об этом, ну никак эти колхозники не меняются… Что ж, это общий человеческий уровень такой.

Но были в моей практике и такие случаи. Обучаешь ребят толково, но они домой к нам не возвращаются. Послал Ахметжанова Марата и Атауллина Ильдара в МГЛУ к Халеевой Ирине Ивановне учиться  арабскому языку, и все было отлично. Однако один теперь в Москве, в РИА-Новости, а другой – в египетском посольстве служит. Не вернулись из Москвы, и что тут поделаешь? Ключ вопроса — бытие определяет сознание: зарплата плюс интересная творческая работа.

Поэтому мы у себя в Нижнем Новгороде расширяем медресе «Махинур», учредили Исламский институт имени Хусаина Фаизханова, разворачиваем дела издательского дома «Медина» и многое другое. Нам самим надо готовить учителей истории, культурологии плюс имамов.

Ведь только образованный и высококультурный человек должен сегодня выходить на проповедь! И таких специалистов надо не один год готовить. А если надо похоронить кого в деревне… что ж, пусть бабаи это сделают, они это умеют.     

И все же грех жаловаться: молодежь наша сейчас учится, есть президентская программа вузовской помощи — лет через десять они вырастут, будет новое поколение Исламских ученых. Хотя бы из десяти один да останется в нашем деле и преуспеет. У нас два парня сейчас в Петербурге учатся — азербайджанец и татарин; и из села Сафаджай Ильдар Нуриманов учится в Москве, в Институте стран Азии и Африки.



М

Медина аль-Ислам
Газета мусульман Евразии

М

Ислам Минбаре
Трибуна ислама —
Всероссийская газета мусульман

А

Аль-Минбар

И

Ислам в Российской Федерации

Серия энциклопедических словарей

Ж

Минарет

Ежеквартальный евразийский журнал мусульманской общественной мысли

КНИЖНЫЕ НОВИНКИ:
  • Вера и добродетель. Книга II из цикла «Проповеди» /И. А. Зарипов/
  • Коранический гуманизм. Толерантно-плюлистические установки /Ибрагим, Тауфик Камель/
  • История Корана и его сводов /Муса Бигиев/
  • Пустыня внемлет Богу: хрестоматия /сост. М. И. Синельников/
  • Исламская мысль: традиция и современность. Религиозно-философский ежегодник. Вып. 1(2016)
Д
Ислам: Ежегодный официальный журнал Духовного управления мусульман Российской Федерации
Фаизхановские чтения
Мавлид ан-Набий
Форумы российских мусульман
 
Рамазановские чтения
Фахретдиновские чтения
Хадж российских мусульман
Современные проблемы и перспективы исламоведения и тюркологии
Ислам на Нижегородчине
Миграция и антропоток  на евразийском пространстве
Х
В Вашем браузере не установлен компонент Adobe Flash Player, поэтому Вы не можете увидеть отображаемую здесь информацию.

Чтобы уставновить Adobe Flash Player перейдите по этой ссылке
Н

ИД «Медина» награжден почетной грамотой за активную книгоиздательскую деятельность

Р

Информационные партнеры

www.dumrf.ru | Мусульмане России Ислам в Российской Федерации islamsng.com www.miu.su | Московский исламский институт
При использовании материалов ссылка на сайт www.idmedina.ru обязательна
© 2009 Издательский дом «Медина»
закрыть

Уважаемые читатели!

В связи с плановыми техническими работами наш сайт будет недоступен с 16:00 20 мая до 16:00 21 мая. Приносим свои извинения за временные неудобства.