Издательский дом Медина Официальный сайт
Поиск rss Написать нам

Новости партнеров:

Габдулвахид Сулейманов - отец муфтия ахун Сулейман бин Салюк.
28.10.2011

 

 

 

Отец муфтия — ахун Сулейман бин Салюк (Сулейман Селюхов)

Сулейман б. Салюк (1756 — не ранее 1839) — один из наиболее известных имамов деревни Рыбушкино на рубеже XVIII–XIX вв. Его авторитет был настолько высок, что имя Сулеймана-хазрата стало известным далеко за пределами родного селения. Под именем Сулеймана Селюхова он фигурировал в рус­скоязычных документах конца XVIII — первой трети XIX вв. Своим благонравным поведением и полезной обществу деятельностью он умножил славу рода служилого татарина Аллагулы Бокаева.

Надо сказать, что в Большом Рыбушкино, где прожил свою жизнь Сулейман б. Салюк, сложился определенный уважительный стиль взаимоотношений между рядовыми членами махалля и их достойными имамами. Жители селения знали, что имам всегда поможет в трудных обстоятельствах жизни, даст хороший, правильный совет. Например, имам деревни Рыбушкино Салех Хусяинов в 1766 году сделал весьма важное дело для своих односельчан. Он перевел с татарского языка на русский письмо группы из 27 жителей деревни во главе с выборным Махмутом Урмаевым на имя императрицы Екатерины II в Государственную вотчинную коллегию с просьбой подтверждения их прав на землю11. Современник Сулеймана Салюкова, указной мулла деревни Большое Рыбушкино на рубеже XVIII–XIX вв., Абдусалим Сяпаев, был также известен своей готовностью помочь землякам в случае необходимости12.

Сулейман Салюков был не только имамом. Еще в XVIII веке 40-летний Сулейман получил почетное звание указного ахуна, что являлось признанием его глубоких коранических знаний и безупречной нравственности13. После признания его в качестве ахуна авторитет и известность Сулеймана среди мусульман Курмышского уезда значительно выросли.

С годами Сулеймана Салюкова все чаще приглашали для разрешения спорных ситуаций в татарских деревнях как знатока норм шариата, а также в помощь уездным властям для устранения межобщинных конфликтов. Например, в 1826 году вместе с волостным головой и имамами из татарской деревни Ключищи ему пришлось разбирать и устранять проблему, возникшую между семействами из Медян и Ключищ.

10 декабря 1829 года С.Салюков подал рапорт в ОМДС по вопросу о времени проведения рамазана14. Поводом к тому, чтобы заняться вопросом о необходимости точного соблюдения времени проведения мусульманских праздников, стали якобы нарушения со стороны имама деревни Овечий Овраг (Койсувовой, как она названа на татарский лад в рапорте) Юниса Абдулжалилова. В рапорте было указано, что Мухамят-Юнис Абдулжалилов, стаж работы которого имамом насчитывал 1,5 года, в неположенное время проводил рамазан по примеру одного из имамов деревни Собачий Остров (Сафаджай).

Думается, что конфликт, возникший между С. Салюковым и Ю. Абдулжалиловым, имел более глубокие основания, нежели неправильное владение мусульманским календарем со стороны одного из них. Дело в том, что Юнис Абдулжалилов пользовался очень большим авторитетом, связанным не только с его собственными заслугами, но и славой его отца — Абдулжалила. Абдулжалил слыл знатоком мусульманского вероучения и был одним из лучших учителей (мударрисов) того времени, стоявшим у истоков Овечеовражского медресе, получившего в народе название Академии. Его внук — Садек — со временем обретет славу не только знатока вероучения, но и народного целителя. В народе его будут называть «святым Садеком-абзи».

Возник момент определенного соперничества. При сложившейся ситуации некоторые большерыбушкинцы шли в Овечий Овраг, расположенный в пяти верстах от их селения за помощью к сыну знаменитого Абдулжалила, что, естественно, не нравилось Сулейману Салюкову.

По сути, в двух лицах: Сулеймане б. Салюке и Мухамят-Юнисе Абдулжалилове, между которыми возник конфликт, персонифицировалось, как было уже указано, наличие двух настроений и поведенческих линий среди мусульман Нижегородского Поволжья. С одной стороны, мусульман, находящихся под контролем ОМДС и действующих в государственных рамках, следующих «российскому Исламу» — к этой группе принадлежал признанный ОМДС (государственной структурой) Сулейман бин Салюк.

С другой стороны, мусульман, тяготевших к так называемому «народному исламу», идущему из глубин сознания и сохранившему некоторые доисламские народные представления о жизни. Об Абдулжалиле в народе говорили как о «богоугодном человеке», что в ортодоксальном Исламе не признается.

Эти отличающиеся друг от друга настроения нижегородских мусульман никогда не разделяли их на какие-либо противостоящие группы. Дело здесь, скорее, в уровне сохранения ишанизма среди татар Нижегородского Поволжья: большем или меньшем15. Ситуация Овечьего Оврага, которая позднее разовьется в связи с деятельностью Садека-абзи, коренится в мусульманском мистицизме — суфизме.

Высказывая претензии Юнису Абдулжалилову, С. Салюков утверждал, что тот на могиле своего отца «выстроил глобец высотой в 6 сажень, выкрасив его зеленой краской», «утверждал, что его умерший отец был святым» и что он сам «представляет себя таковым же богоугодным человеком», приглашая к себе «девок и женщин, чтобы сделать их мюридами». На основании этих обвинений Сулейман предлагал Оренбургскому магометанскому духовному собранию уволить Юниса с должности имама16.

ОМДС было обязано разобраться в сложившейся ситуации. Началось расследование. М.-Ю. Абдулжалилов настаивал на том, что он «исправлял должность по правилам Магометанского исповедания», «был ли отец святым, он не знает», «себя богоугодным человеком народу не представлял», мюридов не имел. Что касается могилы отца, то он объяснил следующее: "Как на могиле отца моего присажена березка, а оное кладбище ничем не обнесено, то дабы по оной не ходила скотина, не чинила вреда присаженной березке, обнесена та мною только деревянной решеткой, выкрашенной для прочности, вышиной ниже 2 аршин, а как местоположение кладбища находится по оврагу, то в зимнее время наносит оной снегом, так что не остается признаку не только могил... Почему рассудил я поставить возле решетки еще жердь. Единственно только к удобному найдению мне зимою под снегом помянутую могилу отца моего для чтения над ним молитв Священного Алкорана как сие согласно правилам Магометанского Исповедания«17. Обследование на месте, проведенное Сергачским земским судом (деревня Овечий Овраг относилась к Сергачскому уезду), показало правоту Юниса-муллы.

На судебное заседание в Сергач 23 июля 1830 года С. Салюков прибыть не смог, так как был болен18. Ю. Абдулжалилов активно доказывал свою правоту, убеждал в том, что его «по учености приговорили», то есть рекомендовали на должность имама в его приходе, что "приставили (к нему — авт.) к обучению на разных азиатских диалектах своих детей, с коими для свидания нередко приезжают их отцы и заходят в дом и бывают почасту во время богослужения в соборной мечети«19. Суд признал, что Ю. Абдулжалилов может остаться на своей должности имама.

В Курмышский суд, в ведении которого находилось Большое Рыбушкино, где проживал С. Салюков, поступила информация о том, что Ю. Абдулжалилов получил распоряжение уничтожить жердь над могилой отца, а самому С. Салюкову рекомендовали впредь воздерживаться от необоснованных обвинений. Однако пока шло разбирательство, а оно продолжалось с 1830 по 1839 год, Сулейман б. Салюк перебрался в Стерлитамакский уезд в деревню Абсалямову. Во всяком случае, 5 июня 1839 года Сулейман дал именно там подписку приставу первого стана Стерлитамакского уезда в том, что он ознакомлен с заключением ОМДС, направленным в Стерлитамакский земский суд от 5 апреля 1839 года, составленное в связи с его заявлением.

В этой истории для нас небезынтересен тот факт, что еще до назначения сына Сулеймана б. Салюка на должность муфтия в 1840 году, Сулейман перебрался в деревню Абсалямову Стерлитамакского уезда. Причем, в документе о нем сказано: «отставной ахун Сулейман Салюков». Понятно, что человек в возрасте за 80 лет не мог уехать один на новое место жительства, сняв с себя обязанности ахуна. По-видимому, он уехал к своим родственникам.

К тому же, некоторые рыбушкинцы (и таких фактов достаточно) мигрировали, особенно на рубеже XVIII–XIX веков, в соседние уезды в поисках выхода из проблемы малоземелья. Родственники Салюковых могли быть среди них.

Переезд произошел тогда, когда Сулейман б. Салюк был уже в преклонном возрасте, так как до этого он активно выполнял обязанности ахуна в Курмышском уезде. Если поддержать ту точку зрения, что Габдулвахид Сулейманов родился в Стерлитамакском уезде, то следует предположить, что, живя в Большом Рыбушкино, 30-летний имам с женой к моменту рождения сына едет в другой уезд, чтобы дождаться там появления на свет малыша и уехать обратно в родное селение. Такое вряд ли могло произойти.

Указание на то, что отец Г. Сулейманова был ахуном Курмышского уезда не оставляет сомнения, что речь идет о Сулеймане Салюкове, ахуне из Большого Рыбушкина, так как все ахуны того времени, действовавшие в уезде, нам известны поименно. Судя по известным нам материалам о жизни Сулеймана Салюкова, он прожил всю свою жизнь до момента отставки и переезда в деревню Абсалямову Стерлитамакского уезда в деревне Большое Рыбушкино.

Что же это за деревня Абсалямова? Известно, что на территорию Западной Башкирии происходило интенсивное переселение татар-мишарей с курмышских мест. Таким образом возникали деревни со смешанным населением: башкиро-мишарские, башкиро-мишарско-татарские и др. В частности, в интересующем нас Стерлитамакском уезде (Оренбургская губерния) в 1795 году из 184 селений 25 имели смешанный состав населения20. К середине XIX века в уезде существовало 37 аулов, основанных мишарями21, из них один появился в первой половине XVII века, два — в период с 1700 по 1729 гг., шесть — с 1730 по 1750 гг., двадцать — с 1751 по 1799 гг. Конец XVIII века в связи с усилившимся безземельем в татарских деревнях Нижегородчины отличался наибольшим оттоком жителей в поисках лучшей доли. Три мишарских деревни возникли в Стерлитамакском уезде в первой половине XIX века. Время возникновения 5 деревень (из 37) неизвестно22. Всего мишарей на территории Башкирии в середине XIX века насчитывалось 94 тысячи человек23.

В числе названных мишарских деревень была и татарская Абсалямова. Деревня Абсалямова продолжала существовать в Стерлитамакском уезде и впоследствии24. Именно туда на склоне лет перебрался Сулейман б. Салюк.

Он прожил на свете более 80 лет и был человеком незаурядных способностей, став имамом и ахуном, известным в округе мусульманским деятелем. О нем персонально упоминал в своем вышеупомянутом труде Ш. Марджани.

Именно Сулейману Салюкову во многом были обязаны рыбушкинцы грамотностью своих детей, добрыми контактами с русскими чиновниками, взаимопониманием с населением соседних татарских деревень. Он призывал мусульман к благонравию, любви к миру и согласию, заботе о детях и их родителях, к чувству гармонии в душе.

В семье Салюковых среди детей особое место занимает сын Габдулвахид. Поэтому нельзя не отметить, что нам интересен Сулейман бин Салюк и как отец третьего по счету муфтия России —
Габдулвахида Сулейманова.

Габдулвахид Сулейманов — сын жителя селения Большое Рыбушкино ахуна Сулеймана Салюкова, родился, как отмечалось, в 1786 году. Позднее в его должностном формуляре появится в графе «Из какого звания происходит» запись: «Из духовного звания». Начальное, религиозное образование он получил от отца. Затем обучался в нескольких медресе25. Он получил высшее религиозное образование в медресе Каргалы близ Оренбурга у мударриса Габдуррахмана б. Мухаммадшарифа26. Неплохо владел арабским языком и фарси. Свободно говорил и писал по-русски.

По свидетельству Ш. Марджани, муфтий Оренбургского магометанского духовного собрания Габдулвахид б. Сулейман б. Салюк б. Габделхалик аль-Жабали аль-Арбашчи (1786–1862) был родом из мишар Горной стороны. То, что по материалам ревизии (переписи) жителей деревни Большое Рыбушкино (1834 год) в составе семьи Салюковых Габдулвахид не указан27, объясняется тем, что он рано покинул родную деревню и уехал в Петербург. Довольно распространенной ситуацией того времени была отправка сыновей к родственникам в другие города для заработка. Та же участь постигла и Габдулвахида. Его отправили в столицу империи — Санкт-Петербург, где в то время были выходцы из многих мишарских деревень.

Косвенным подтверждением нижегородских корней Габдулвахида Сулейманова можно считать поддержку, которую он оказывал нижегородским имамам, будучи на посту муфтия (1840—1862)28.


11 Сенюткин С.Б., Сенюткина О.Н., Гусева Ю.Н. История татарских селений Большое и Малое Рыбушкино Нижегородской области (XVI–XXI вв.). Нижний Новгород, 2001. С. 39–41, 396.

12 ЦАНО, ф.1986, оп. 764, д. 257, лл. 2 об.,3; д. 259, л.7; д. 267, лл. 2 об.,3. д. 272, л. 19; Сенюткин С.Б., Сенюткина О.Н., Гусева Ю.Н. История татарских селений Большое и Малое Рыбушкино Нижегородской области (XVI–XXI вв.). Нижний Новгород, 2001. С. 42.

13 Ахун, ахунд — духовный сан выше муллы и мухтасиба.

14 ЦГИА РБ, ф. 295, оп. 3, д. 583, л. 2, 2 об.

15 О некоторых проявлениях суфизма в Нижегородском регионе см.: Хабутдинов А. Истоки суфизма в Нижегородской области //Медина аль-Ислам. 2005. № 5. С. 5.

16 ЦГИА РБ, ф. 295, оп. 3, д. 583, л. 2, 2 об.

17 ЦГИА РБ, ф. 295, оп. 3, д. 583, л. 10.

18 ЦГИА РБ, ф. 295, оп. 3, д. 583, л.7.

19 ЦГИА РБ, ф. 295, оп. 3, д. 583, л.10 об.

20 Западные башкиры. По переписям 1795–1917 гг. // Асфандияров А.З., Абсалямов Ю.М., Роднов П.И. Уфа: Китап, 2001. С. 15.

21 Там же. С. 24.

22 Там же. С. 24.

23 Там же. С. 23.

24 Так, в 1881 году указной мулла этой деревни Галиаскар Альхузин Адельшин просил в ОМДС разрешения отправиться в хадж — ЦГИА РБ, ф. И-295, оп.11, д. 107, л.103.

25 Д.Д. Азаматов указывает (без ссылки) на то, что Г. Сулейманов обучался в медресе села Каргалы — Азаматов Д. Сулейманов Габдулвахид //Ислам на территории бывшей Российской империи. Энциклопедический словарь. Вып. 1. М.: Изд.фирма «Восточная литература» РАН, 1998. С. 89; его же. Оренбургское магометанское духовное собрание в конце XVIII–XIX вв. Уфа: Гилем, 1999. С. 53.

26 Хабутдинова М. Сулейманов Габдулвахид // Ислам на европейском Востоке. Энциклопедический словарь. — Казань: Магариф, 2004.—С. 302.

27 Ревизская сказка 1834 года — ГАУО, ф. 156. Симбирская казенная палата, оп. 2, д. 198, д. 201.

28 Подробнее см.: Сенюткина О.Н., Загидуллин И.К. Нижегородская ярмарочная мечеть — центр общения российских и зарубежных мусульман (XIX—начало XX вв.). Нижний Новгород: НИМ «Махинур», 2006.

 

 

 



М

Медина аль-Ислам
Газета мусульман Евразии

М

Ислам Минбаре
Трибуна ислама —
Всероссийская газета мусульман

А

Аль-Минбар

И

Ислам в Российской Федерации

Серия энциклопедических словарей

Ж

Минарет

Ежеквартальный евразийский журнал мусульманской общественной мысли

КНИЖНЫЕ НОВИНКИ:
  • Вера и добродетель. Книга II из цикла «Проповеди» /И. А. Зарипов/
  • Коранический гуманизм. Толерантно-плюлистические установки /Ибрагим, Тауфик Камель/
  • История Корана и его сводов /Муса Бигиев/
  • Пустыня внемлет Богу: хрестоматия /сост. М. И. Синельников/
  • Исламская мысль: традиция и современность. Религиозно-философский ежегодник. Вып. 1(2016)
Д
Ислам: Ежегодный официальный журнал Духовного управления мусульман Российской Федерации
Фаизхановские чтения
Мавлид ан-Набий
Форумы российских мусульман
 
Рамазановские чтения
Фахретдиновские чтения
Хадж российских мусульман
Современные проблемы и перспективы исламоведения и тюркологии
Ислам на Нижегородчине
Миграция и антропоток  на евразийском пространстве
Х
В Вашем браузере не установлен компонент Adobe Flash Player, поэтому Вы не можете увидеть отображаемую здесь информацию.

Чтобы уставновить Adobe Flash Player перейдите по этой ссылке
Н

ИД «Медина» награжден почетной грамотой за активную книгоиздательскую деятельность

Р

Информационные партнеры

www.dumrf.ru | Мусульмане России Ислам в Российской Федерации islamsng.com www.miu.su | Московский исламский институт
При использовании материалов ссылка на сайт www.idmedina.ru обязательна
© 2009 Издательский дом «Медина»
закрыть

Уважаемые читатели!

В связи с плановыми техническими работами наш сайт будет недоступен с 16:00 20 мая до 16:00 21 мая. Приносим свои извинения за временные неудобства.